Как я пришла к Богу

Повесть

Киев, FLAMINGER, - 2004

Редакция, составление, предисловие и послесловие – Маргарита Черненко

Умерла 4 августа 1995 года в Москве.

Жизнь ее была недолгой. Но удивительно насыщенной и яркой. Много раз круто менялась ее судьба. Но всегда в ее сердце горела любовь. Любовь необычная. Платоническая, жертвенная, будто поднималась по ступеням, пока не достигла самого Бога.

Больше 20 лет посвятила она Церкви, больше 20 лет – лишений, испытаний, больше 20 лет – непостижимых радостей и просветления.

В начале 80-х духовный отец сказал Галине (это имя дали ей при крещении), что пострижет ее в монахини на смертном одре. Она сама относилась к этому смиренно. Даже с юмором. «Какая из меня монахиня?» – не раз повторяла она. А в 90-м Галина сильно заболела. У нее обнаружили рак. Лечиться категорически отказалась, не веря в медицину. Она приняла судьбу как повеление Господа.

Узнав о болезни, Батюшка срочно приехал к Галине. Он сдержал свое слово. Он постриг ее в монахини, в «тайный постриг». С тех пор она стала монахиней в миру (или мантийной монахиней, по церковной терминологии).

Галина рассказывала, как Батюшка подбирал ей новое имя. Сначала слегка припугнул: «Раз твое имя начинается на букву Г, то и монашеское должно с нее начинаться. Назовем тебя Глиндухой». Галина «возопила»: «Батюшка, не надо!» И ее нарекли Марией. В честь святой Марии Египетской. И маму ее так звали. Так третий раз в жизни она поменяла имя.

После «переодевания» – так мать Мария называла свое монашество – случилось чудо. В ее судьбе неожиданно приняла  самое живое участие бывшая родственница (жена брата) Жанна, профессор медицины.

В своем письме Галина писала: «Жанна спасла мне жизнь – приняла, осмотрела, написала письмо в клинику и проконтролировала операцию… Насчет больницы: как ни странно, она произвела на меня хорошее впечатление, и вспоминаю о ней без всякого отвращения. Сама операция, конечно, была страшная, но – исключительно по всем вашим молитвами – прошла она удачно и после нее чувствовала себя сносно… Сейчас дома, привыкаю к новому состоянию инвалида 2 группы, много всяких сложностей, да ничего, жить можно, и не в этом дело. Довольно ясно виден во всем Промысл Божий – болезнь эта привела к желанному монашеству, иного пути к нему быть не могло…» (23 февраля 1991 года).

Монашеский подвиг виден одному Богу. Земной человеческий глаз не в состоянии увидеть внутреннюю, основную работу души – молитву. Она льется из сердца.

Мать Мария говорила о монашестве с чувством своего недостоинства перед этим великим поручением. Но какой бы ни был глубокий час ночи (мне доводилось быть свидетелем тому не раз), все горел в ее келейке тихий свет – молилась матушка. И это несмотря на то, что в последние два года жизни болезнь вернулась к ней, и изводила болями. Страдания она переносила стойко. Встанет утром, перекрестится, и с улыбкой, с абсолютно чистым взором голубых своих глаз скажет: «Ну что, мать, чаю хочешь?» – будто и не было ночи мучений.

С каждой нашей новой встречей матушка менялась: она становилась все прозрачнее и легче. Тело истончалось, а душа светлела. Мне иногда казалось, что в ней оставался только дух. Почему она так преобразилась, земному разуму понять невозможно. Тайна эта велика. Видно, сам Господь живил ее душу, поддерживал и пестовал.

В одном из последних писем мать Мария писала: «Писать стало как-то очень трудно (так же, как и читать). Что тебе сказать? Шлепаю по квартире на костылях, на улицу фактически не выхожу и в храм тоже (вынужденный затвор!). Без Церкви очень тяжко, хотя и причащает иногда дома о.Афанасий. Лечусь все теми же шариками гомеопатическими, да вылечусь ли – на то воля Божья». 

Всегда поражала меня в Галине ее внутренняя целостность. Она приняла свою жизнь во Христе без малейших признаков внутренней раздвоенности, столь свойственной нашему брату-интеллигенту. Ее интеллигентность покорилась более высокому уровню сознания.

В то время (а это было начало 80-х годов), впрочем, как и в любое другое время, религиозная жизнь была без преувеличения подвигом. Духовная литература под запретом. Евангелие многие и в глаза не видели (выписывали цитаты из атеистических брошюрок). Батюшка, Галина и преданные им друзья «самиздали» огромное количество книг: перепечатывали и переплетали Евангелия, катехизисы, молитвословы, жития святых, – все то, к чему доступ был перекрыт, и чего так не хватало людям. И дарили их всем. Просто дарили.

Галина вместе с Батюшкой написала книгу «Яко с нами Бог» (автором указан С.Лавров – псевдоним Батюшки) – своеобразную азбуку для неофитов. В народе ее ласково называли «Пчелка», и все духовные батюшкины чада буквально учились по ней ходить. Книжка очень живая, остроумная, сердечная. Как первая любовь, она незабываема. Парадоксальными притчами, примерами наголову разбивались атеистические штампы, сидевшие в нас одинаково ровными рядами.

В соавторах Галина не указана. Хотя писательский труд лежал именно на ее плечах. Батюшка наставлял и вдохновлял. Но и разу она не вздохнула по этому поводу, а тихо, не играя, отошла в сторону, не приписывая себе никаких заслуг. А ведь Галина знала авторские права хорошо. Но ей они уже были не нужны. Как анонимный средневековый мастер своим трудом она хотела лишь восславить Бога.

Повесть «Как я пришла к Богу» Галина Левинсон  писала  в течение нескольких лет, с 1989 по 1993 год, хотела продолжить, но не успела. Ей просто необходимо было поделиться тем огромным духовным опытом, который она получила от о.А. По православной традиции, прославлять человека при его жизни нельзя. Потому  и не называются в ней личные имена, – это табу. Но эффект повести не агиографический. Интересна и значительна судьба самой Галины. Ее  редкий дар видеть в людях самое лучшее поражает. Она заплатила за свою жизнь и за свои слова полной мерой. 

Маргарита Черненко