Россия в красках
 Россия   Святая Земля   Европа   Русское Зарубежье   История России   Архивы   Журнал   О нас 
  Новости  |  Ссылки  |  Гостевая книга  |  Карта сайта  |     

 
Рекомендуем
Новости сайта:
Дата в истории
Новые материалы
Юрий Кищук (Россия). Дар радости
Ирина Ахундова (Россия). Креститель Руси
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Мы подходим к мощам со страхом шаманиста
Борис Колымагин (Россия). Тепло церковного зарубежья
Нина Кривошеина (Франция). Четыре трети нашей жизни. Воспоминания
Павел Густерин (Россия). О поручике Ржевском замолвите слово
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия).  От Петербургской империи — к Московскому каганату"
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Приплетать волю Божию к убийству человека – кощунство! 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). "Не ищите в кино правды о святых" 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). «Мы упустили созидание нашей Церкви»
Алла Новикова-Строганова. (Россия).  Отцовский завет Ф.М. Достоевского. (В год 195-летия великого русского православного писателя)
Ксения Кривошеина (Франция).  Шум ленинградского прошлого 
Алла Новикова-Строганова (Россия). Насквозь русский. (К 185-летию Н. С. Лескова)
Юрий Кищук (Россия). Сверхзвуковая скорость
Алла Новикова-Строганова (Россия). «У любви есть слова». (В год 195-летия А.А. Фета)
Екатерина Матвеева (Россия). Наше историческое наследие
Игорь Лукаш (Болгария). Память о святом Федоре Ушакове в Варне

Павел Густерин (Россия). Советский разведчик Карим Хакимов
Олег Озеров (Россия). Гибель «Красного паши»
Павел Густерин (Россия). О заселении сербами Новороссии
Юрий Кищук (Россия). Невидимые люди
Архимандрит Исидор (Минаев) (Россия). «Пути Господни неисповедимы». Стереотипы о Церкви. "Разрушение стереотипов, которые складываются у светских людей о Церкви" (Начало), (продолжение)
Павел Густерин (Россия). Политика Ивана III на Востоке
Алексей Гудков (Россия). Книжных дел мастера XX века
Павел Густерин (Россия). Присутствие РПЦ в арабских странах
Айдын Гударзи-Наджафов (Узбекистан). За бедного князя замолвите слово. (О Великом князе Николае Константиновиче Романове)
   Новая рубрика! 
Электронный журнал "Россия в красках"
Вышел весенний номер № 50 журнала "Россия в красках"
Архив номеров 
Проекты ПНПО "Россия в красках":
Публикация из архивов:
Раритетный сборник стихов из архивов "России в красках". С. Пономарев. Из Палестинских впечатлений 1873-74 гг. 
Славьте Христа добрыми делами!

Рекомендуем:
Иерусалимское отделение Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО)
Россия и Христианский Восток: история, наука, культура



Почтовый ящик интернет-портала "Россия в красках"
Наш сайт о паломничестве на Святую Землю
Православный поклонник на Святой Земле. Святая Земля и паломничество: история и современность
Презентация книги Протоиерея Георгия Митрофанова
"Трагедия России" - стенограмма выступлений

Презентация книги протоиерея Георгия Митрофанова "Трагедия России. "Запретные" темы истории XX века в церковной проповеди и публицистике". Санкт-Петербург. Издательство Моби Дик. 2009. Музей Анны Ахматовой в Фонтанном Доме. 19 мая 2009 г.

Ведет презентацию старший научный сотрудник СПбГУ, кандидат исторических наук Кирилл Михайлович Александров.

К.М.Александров:
Досточтимый владыка, досточтимые отцы, дорогие братья и сестры, уважаемые господа! Для меня большая честь сегодня вести эту презентацию. Книга, которую мы хотели бы сегодня предложить вашему вниманию, - это, конечно, настоящее, большое событие не только в жизни Петербурга, не только в жизни национальной России и русского зарубежья, но и событие в жизни Церкви. В первую очередь это связано с тем, что автор, протоиерей Георгий Митрофанов, профессор Санкт-Петербургской Духовной академии, один из самых известных миссионеров современной Церкви, представляет сборник своих статей на самые актуальные, болезненные и, конечно, самые важные темы для русского христианского сознания в современной России. Мне очень приятно сегодня выполнять роль ведущего этой небольшой презентации. Я бы не хотел быть многословным, потому что сегодня среди выступающих будет много людей замечательных, незаурядных, ярких, каждый из которых по-настоящему является личностью, поэтому я с радостью, от всей души предоставляю слово Его Преосвященству епископу Штуттгартскому Агапиту.

Епископ Штуттгартский (РПЦЗ МП) Агапит: Христос воскресе! Всечестные отцы, братья и сестры!
Меня эта книга застала впервые, когда я был в прошлом году в Иерусалиме, во время Успенского поста. И мы как раз переживали столкновение трех православных народов. И, по-моему, не случайно я после Пасхи опять оказался в Иерусалиме, и меня застало приглашение приехать к вам сюда, на презентацию. Понятно, что когда находишься в Иерусалиме и сидишь на Елеоне или в Гефсимании, смотришь на Храмовую гору, то переживаешь историю больше такую, а о.Георгий меня своей книгой вырывал буквально в современную, русскую историю. И я чувствую, что это необходимо. Я сам родился в Германии, мои родители русские, и я вижу, какие трудности переживает немецкий народ со своей историей. Я вырос в немецкой школе, получал образование, а немцы фактически стеснялись говорить о своей собственной истории. С другой стороны, нынешнее управление Германией способствует вспоминанию всех тех страшных мест государственного произвола, как, например, Дахау. На прошлой неделе наша молодежь Германской епархии пешком из нашего монастыря в Мюнхене пошла посетить этот концлагерь. Там находится русская часовня. Они шли буквально по тому пути, как один из этапов заключенных. Мне довелось в Дахау быть в 1995 году, когда был пятидесятилетний юбилей освобождения узников Дахау. Меня тогда особенно впечатлило, что государство, чиновники и политики, русские и немецкие ветераны приехали в этот концлагерь и вместе вспоминали прошлое. Там выступал президент центрального еврейского общества Германии и вспомнил, что в 1941 году первыми, кто пострадал в этом лагере, были русские. Около двух тысяч человек было расстреляно. Они первыми пострадали помимо других народностей. Произошло это просто потому, что Красный Крест запрашивал, будет ли Советский Союз защищать своих граждан, и Сталин в свое время отказался. Поэтому они были предоставлены государством на произвол судьбы. Я вижу, что такие места для нашей молодежи очень важны тем, что имеется возможность осмыслить свою историю с жестокой стороны действительности. Для меня в книге о.Георгия особенно важен был тот момент, что он молитвенно старается свою русскую историю воспроизвести, молитвенно осмыслить наш страшный ХХ век и представить людей, которые оказались в этих событиях и старались как-то осваивать и сохранить русское национальное прошлое в его духовном значении.

Когда меня застало приглашение приехать в Петербург, я был в Иерусалиме как раз в неделю жен-мироносиц. Это та седмица, когда мы вспоминаем мироносиц, Иосифа Аримафейского и Никодима. Как вы знаете, это были члены совета израильского, синедриона. Это та номенклатура еврейская, которая в большинстве своем отказалась от Христа. Из этого общества они пришли и отдали должное Господу, положив Его во гроб. Никодим принес больше 30 кг мира. Это явно видно царское погребение, которое он совершил. Вот это свидетельство мироносиц, свидетельство Иосифа Аримафейского и Никодима явило нам образец, как, можно сказать, власть имущие люди уподобляясь народу должны относиться к Истине.

В России история ХХ века, конечно, жуткая и требует очень болезненного осмысления. В конце этой недели на Бутовском полигоне будут вспоминать те жертвы, которые были там принесены. Я вам напоминаю об этом, потому что недаром на этом месте произошло единство Русской Церкви. Для меня этот образ важен: когда покойные Святейший Патриарх Алексий и наш митрополит Лавр с лопатой стояли вместе, закладывали Бутовский храм. И этим Церковь положила конец русскому разделению. Но есть, конечно, на пути этого единства еще много больших задач для осмысления своей собственной истории. Вот, например, мы прославили Царственных мучеников, мы им молимся, в церкви на всех видных местах видим их иконы, а вот отношение Церкви и общества к их мощам, их останкам неясное. Эта неясность не случайна, она происходит от того, что не выработалось доверие между Церковью и государством. Мы еще не выработали того общего языка, чтобы получить ясность в этом вопросе. Хотя ученые, вроде, давно уже все исследовали, но, видимо, здесь дело в нравственном подвиге и государственных деятелей, и наших, естественно, церковных деятелей, которые должны найти какую-то общую платформу для подхода и для ответа, на все что связано с убийством царской семьи.

Поэтому все темы, которые вы можете прочитать в книге о.Георгия, которые он поднимает, те деятели и подвижники, военные и философы, мыслители и президенты, они старались на своем пути повернуть судьбу России именно в сторону государственного строя, который мы унаследовали от своих благочестивых предков. И особенно это должно происходить в тех местах, где большая часть нашего народа была замучена, не только на Бутовском полигоне, но и у вас под Питером много есть мест, есть они на Колыме, Магадане, прочее - все эти просторы русские, где погибали русские люди. Действительно мы можем лучше всего осмыслить, и наша молодежь может прочувствовать, что значит безбожная власть или государственный произвол. Надо, конечно, всячески сохраниться, чтобы он не мог придти в силу. Мы можем строить государство по-человечески только тогда, когда мы действительно имеем параметры того Божественного мира, которые необходимы, где личность человеческая является ценностью такой, которую можно сохранить или защищать. Церковь всегда, особенно православная Церковь относится к человеку лично. Все наши богослужения построены на молитвенном общении к Личности, будь это Бог-Отец, Бог-Сын, Бог-Святой Дух, будь это святые, будь это члены церковные. Именно вот это личностное отношение к человеку - это самое главное достоинство и самая главная ценность, которые мы получили. И Христос нас именно учит таким взаимоотношениям. Поэтому когда мы вспоминаем прошлое свое, мы обращаемся в первую очередь к личностям, вспоминаем их подвиги и страдания, их переживания. Через их подвиг мы осмысляем и нашу жизнь, то, что мы получили от наших предков. Простите за многословие.

К.М.Александров:
Я с большим удовольствием предоставляю слово замечательному петербургскому ученому, автору послесловия к книге протоиерея Георгия Митрофанова, профессору Санкт-Петербургского университета, доктору филологических наук Петру Евгеньевичу Бухаркину.

Проф. П.Е.Бухаркин:
Досточтимый Владыка! Досточтимые отцы! Дорогие друзья! Дамы и господа!
Книга, о которой мы сегодня говорим - это действительно книга исключительная. И исключительная она не только глубиной поставленных проблем, редкой остротой их решения. Как мне представляется, она удивительна и внутренним своим масштабом, калибром того внутренним содержанием, которое она в себе несет. Казалось бы, мне должно быть трудно говорить об этой книге, потому что вроде все, что я думал о том, что о.Георгий изложил на этих страницах, я уже написал в послесловии. Но размышляя о сегодняшнем выступлении, я вдруг ощутил, что как много тем, как много вопросов оказалось мной совсем не затронуто. И сейчас я бы написала послесловие совсем иначе. Это естественно, свидетельствует о моей некоей торопливости, но и не только об этом. "Трагедия России", книга о.Георгия, действительно, в известной мере неисчерпаема и о ней можно говорить бесконечно много. Это свидетельство редкого достоинства и книги, и ее автора. Это не оговор. Действительно, ее автора, потому что в написанных о.Георгием страницах в полной мере проявились его человеческий масштаб, его человеческий калибр.

Говоря об этой книге, мне сейчас хотелось бы обратить внимание на две, казалось бы, не вполне связанных, хотя внутренне неразрывно соединенных ее особенностях. Во-первых, это удивительная самостоятельность мысли и совершеннейшая свобода, вообще редкая в нашей стране и в наше время, я бы сказал, редкая еще более. О.Георгий пишет свободно, не своевольно, конечно, а свободно, в полной мере понимая свою ответственность за выражение своих собственных концепций, очень резких. Я должен сказать, что с некоторыми взглядами о.Георгия я все-таки не могу согласиться. Это одна сторона. С другой стороны, в этой книге также ощутима и глубокая верность традиции. Внимательный читатель "Трагедии России" увидит, что эта книга ни в коей мере не книга модерниста, или человека склонного к поспешному обновлению. Это книга человека, неразрывно связанного с глубинной традицией. Книга, в общем-то, в чем-то консервативная. И я думаю, что все люди, сталкивающиеся с о. Георгием, не только как с автором каких-то статей, книг, но и как с пастырем - думаю, что для о. Георгия это самое основное - согласятся, что о.Георгий действительно представляет как священник скорее консервативную часть Церкви. Не в политической, конечно, ее ангажированности, а в духовной. И это очень важно. Вот эти два начала - свобода и верность традиции - и делают книгу о.Георгия при ее открытой политизированности, обращенности к идеологическим проблемам книгой глубоко церковной, подлинно церковной. И эта книга, как мне представляется, хотя конечно не мне, особенно в присутствии людей со столь большим духовным опытом говорить об этом; но мне представляется, что эта книга показывает, чем должна быть и чем является Христианская Церковь, и, в частности, Русская Православная Церковь. Читая эту книгу, ты понимаешь, что с одной стороны, необходима верность прошлому. Невольно вспоминается статья о.Сергия Булгакова, тогда еще Сергея Николаевича Булгакова, "Героизм и подвижничество". Не молодой герой, а старец - вот ориентир Церкви, прошлое, предание. И с другой стороны, Церковь, и именно Церковь, только Церковь дает подлинную свободу. И вот когда мы читаем книгу о.Георгия, именно эти мысли, я думаю, и приходят к нам в голову, именно этому она нас и учит. И тем самым она показывает, что на самом деле только с Церковью, с настоящей, подлинной Церковью связано будущее России. Об этом много говорили и в конце 19 века, и в начале 20 века, иногда это тиражировалось, утрачивался глубокий смысл, но вот общение с написанным о.Георгием сборником показывает, что именно в Церкви можно найти ответ на то, что нужно и каждому человеку, и нашей стране в целом.

К.М.Александров:
Одна из самых замечательных проповедей, которую произнес, с моей точки зрения, о.Георгий в своей жизни, посвящена памяти замечательного человека, противоречивой, конечно, личности, но столь же яркой на самом деле и безусловно очень русской - генералу от кавалерии Петру Николаевичу Краснову, Георгиевскому кавалеру, герою Первой мировой войны. И я хочу сейчас предоставить слово человеку, который произведения П.Н.Краснова открыто совершенно держал на своих полках еще в 70-е годы, когда это было не просто предосудительно, а у стороннего наблюдателя могло вызвать чувство страха и неловкости. Я с удовольствием предоставляю слово профессору Санкт-Петербургской Духовной академии, Его Высокопреподобию протоиерею Владимиру Мустафину.

Прот. Владимир Мустафин:
Ваше Преосвященство! Ваше Высокопреподобие! Уважаемые дамы и господа!
Книгу, которую представляют сегодня, вы все знаете - сборник статей и проповедей, это очередной труд о.Георгия. Мы знаем его темы. Я хорошо знаю эти темы и всегда восхищался приверженностью его к одной и той же теме. Она хорошо прослеживается, и даже если читатель впервые возьмет любую из его книг. Это и публицистика, и проповеди, и научные труды, и в академии он преподает историю России ХХ века, и в публицистических статьях ту же тему излагает: историю России в ХХ веке, и в общественной деятельности, и вообще везде, где ему приходится говорить, он всегда эти темы излагает. Тема ясна - это катастрофа России в ХХ веке. Так характеризуется и оценивается им революция и, естественно, все следствия этой катастрофы, и, конечно, новое время, когда вроде носители этой катастрофы сами разложились. И в результате, как многим казалось в 90-х годах, в том числе и о.Георгию и многим нам, что раз мы заблудились и теперь осознали, что заблудились, так пора выходить на тот путь, на тот пункт, с которого эти блуждания начались. Но все-таки история идет своим чередом. И я понимаю тоже о.Георгия, что он критически относится в значительной степени и к нашей действительности теперешней. Потому что не так все пошлo, как хотелось бы. И не порвано с коммунизмом так, как бы хотелось - открыто, публично, может быть даже с вызовом каким-то, доходя до запрета этой идеологии и символики, И в политике наших властей тоже можно замечать какие-то колебания. Он это все и делает, наблюдательный человек, поэтому и отмечает. Понятны его переживания, человека, который является не только священником, но и гражданином своей страны и который к тому же хоть и еще довольно молодой, но уже и не юный. Так что опыт у него есть. Он уже 25 лет в академии, оказался там с 1984 года, работал в библиотеке, потом учился и преподает. Так что все эти темы хорошо известны, и они востребованы. Потому что такая функция в общественной жизни есть - восстанавливать исторические реалии из-за того, что они были или замолчаны, или изуродованы до неузнаваемости, изолганы каким-то сатанинским образом. Поэтому любая историческая правда нужна сейчас. Нужна и как история, и как другая функция - толкование на исторические факты. Во всяком случае, знать нужно все: и Белое движение, и настоящую историю Гражданской войны, и историю 20-х годов, 30-х, и Великой Отечественной войны, и движения Власова, и других антикоммунистических групп, которые тогда были, и послевоенную историю. Все это нужно знать. И историю Русской Церкви, конечно, нужно знать. Все это делается историками. И вот одним из таких историков, незаурядных, конечно, является о.Георгий. Это очень полезное дело делается. Понятно еще его такая скорбь на сердце, почему же так не произошло в 90-х годах, как хотелось бы. Тут много причин, но я думаю, что надеяться было как-то утопично. Где-то до 70-х годов, хотя и была Советская власть, но народ был в значительной степени прежним, еще были живы многие люди, родившиеся до революции и даже воспитание получившие до революции или в 20-е годы. Поэтому при Советской власти еще жили люди, которые потенциально эту власть не должны были принимать - или шли на компромисс, или просто уходили в себя. Сейчас у нас другая страна. Сейчас у нас люди не российские. Это советские люди. Вся интеллигенция "совком" побита. Что бы она не изображала, Православие ли, что-то еще - все выходит по-советски, "по-совковски", карикатурно, топорно, заменяя только звезду крестом. И раздражение о.Георгия по этому поводу понятно. Перерядиться-то легко, но интеллигенция не из ряженых же должна состоять. Понятно, что "совковость" - это хроническая болезнь, с ней труднее жить-то, тихое помешательство ведь не лечится. Вот такая опасность есть. Поэтому надежда на то, чтобы мы, петербургская интеллигенция, люди умственного труда хотя бы теоретически пытались усваивать настоящие ценности. И поэтому может быть когда-нибудь это поможет. Все-таки надеемся на промысел Божий. Ведь фактор исторического развития - сила Божия, а мы ей помогаем. Делатель такого рода - это о.Георгий, выдающийся наш петербургский интеллектуал, историк и церковный делатель. Он показывает пример другим, неустанно, уже много лет идет и идет, и тон не меняет, хотя многие уже и тон поменяли, и сами изменились, но он упорно свое твердит. И слава Богу, что он это делает.

К.М.Александров:
Я совершенно согласен со всеми предыдущими выступающими, которые подчеркивали не только значимость размышлений о русской истории, и особенно русской истории ХХ века, которую мы имеем все основания назвать катастрофической, но и то, что этими размышлениями занимается не просто священник, а священник по-своему яркий, безусловно одаренный педагогическими талантами. Поэтому, как я сказал уже в самом начале, эта книга - большое событие в жизни Церкви и это должно получить свое осмысление в первую очередь на страницах церковной периодики и в средствах массовой информации, которые принадлежат Русской Православной Церкви. С удовольствием предоставляю слово Сергею Валерьевичу Чапнину, главному редактору газеты "Церковный вестник" и "Журнала Московской Патриархии".

С.В.Чапнин:
Добрый вечер! Я прежде всего хотел бы развеять миф о том, - хотя о.Георгий развеивает много мифов - что о.Георгий принадлежит только Санкт-Петербургу. Это неправда. Мы в Москве тоже знаем о.Георгия, любим его и стараемся по мере сил поддерживать. Значительная часть статей, которые вошли в сборник, это тексты уже опубликованные в течение последних четырех-пяти лет в нашей главной официальной церковной газете "Церковный вестник". И говоря о том, что эта книга трудная для восприятия, неоднозначная, могу сказать, что это действительно так, по реакции читателей "Церковного вестника", которая была сложная, критическая, возмущенная порой, но тем не менее, в целом, наши читатели воспринимали позицию о.Георгия с пониманием. Я думаю прежде всего потому, что о.Георгий очень честный человек, и вот эта честность не только по отношению к достоверности исторических фактов, но и прежде всего внутренняя честность в осмыслении того, о чем о.Георгий рассказывает, дает необычайную силу его статьям. Мы с вами прекрасно знаем, что таких людей мало. О.Георгий причем такой "громко" честный человек. Есть люди честные, но они ведут себя тихо. О.Георгий занимает честную позицию, но при этом поднимает немало информационного шума. Это трудно. Когда мы говорим о шуме, то кажется, что это что-то бессмысленное и то, чего нам следовало бы избегать. Уж, по крайней мере, профессору, протоиерею следовало бы каких-то шумных ситуаций избегать. О.Георгий прекрасно знает, что это не получается. И я думаю, что это такая харизма. Наверное, можно было бы затаиться, выбрать исключительно академический формат, замкнуться в нем. Это было бы понятно и достойно уважения. А о.Георгий существует в двух ипостасях: исследователя, ученого и публициста. Публицистика о.Георгия в некотором смысле плакатная, она зовет, она побуждает измениться. Измениться, может быть, не столько духовно - это скорее проповедь - а измениться в своем отношении к прошлому. Нам всем очень нужна эта перемена. Прошлое России для многих является чем-то чужим: "это не мое прошлое". Когда мы говорим о России, очень часто мы говорим с огромной дистанцией, как сторонние исследователи. Россия, которую мы видим в статьях о.Георгия - это Россия живая. Да, она ушла как бы, но она сохраняет свое значение для нас, живущих сегодня. И вот это напряжение того, что ушло, но остается значимым не встретишь ни в патриотической публицистике, ни даже во многих церковных текстах, вот этого радостного, глубокого чувства узнавания того, что это наша история, и мы причастны и к радостям, и к трагедиям ХХ века.

Я бы еще хотел сказать о том, что президент России, мне кажется, услышал о.Георгия. Сегодня прошла информация о том, что создана специальная комиссия при президенте для противодействия извращению исторических фактов. Некоторые подумали, что это некий советский реванш и это скорее направлено против того дела, которое делает о.Георгий. Но мне кажется, что нужно быть оптимистами. Мне кажется, что эта комиссия призвана развеять советские мифы о нашем прошлом. По крайней мере, поскольку комиссия только приступает к своей работе, я думаю, что надо просто и о.Георгию возвысить свой голос и как-то подсказать, как должна работать комиссия. Потому что те чиновники, которые в нее вошли, пока этого не понимают. Неслучайно есть множество удивительных совпадений. Неслучайно СМИ обнародовали эту информацию именно сегодня, к нашему с вами собранию. Надо это вот так понимать. Значит, Господь нам подсказывает, как нужно действовать дальше. Это, конечно, поднимает служение о.Георгия до служения Правде на совершенно новый уровень. О.Георгий, поздравляю Вас сердечно!

К.М.Александров:
Один из самых популярных персонажей и любимых о.Георгием в новейшей истории - генерал Шарль де Голль, который вызывает у него массу позитивных эмоций. Мне вспоминаются очень важные слова, которые генерал де Голль произнес уже после окончания войны, когда кто-то упрекнул его в том, что он помиловал маршала Петена, возглавлявшего правительство Франции во время оккупации и взявшего на себя бремя ответственности за судьбу французского народа в условиях нацистской оккупации. Де Голль сказал о том, что "я и Петен - это две стороны одного лука. Есть тетива, а есть основа этого лука. Мы две стороны, и я не мог быть равнодушен к судьбе этого человека". Я хочу сейчас предоставить слово одному из самых замечательных, на мой взгляд, клириков Русской Православной Церкви, потому что это человек, который для меня является другой стороной лука. Для меня о.Георгий и о.Петр Мещеринов - это две стороны одного лука. То, что о.Петр Мещеринов пишет и то, на что о.Георгий отзывается, это в принципе, как в 50-е годы Национально-трудовой союз запускал воздушные шары с листовками, разбрасываемыми над территорией Советского Союза. Вот эта яркая, короткая, живая публицистика, это все принадлежит трезвому историческому голосу Его Высокопреподобия игумена Петра Мещеринова. И я с удовольствием предоставляю ему слово.

Игум. Петр Мещеринов:
Добрый вечер!
У нас видите, получается разнообразный вечер. Сергей Валерьевич сейчас выступил с оптимистическим заявлением. Я, может быть, сделаю несколько другое. Я хочу сказать, что когда мы размышляем о прошлом и настоящем России и Русской Церкви и думаем о перспективах, мы - а под этим словом я понимаю сейчас церковное сообщество - странным образом преуменьшаем значение советского периода нашей истории. Я уж не говорю о том, что даже в церковном обществе есть отчетливая, большая тенденция этот период восхвалять. Большинству кажется, что был такой эпизод в нашей жизни и прошел. Теперь мы опять великая Россия и снова Святая Русь. На самом деле большевизм Россию с лица земли ни больше, ни меньше, а просто стер. Традиции почти тысячелетнего исторического, духовного, культурного, нравственного, социального развития нашего Отечества, России были не просто сломлены, а с корнем и с жестокостью, не имеющей аналогов в истории, уничтожены. Большевизм, по выражению Варлама Шаламова, "смертельно растлил" душу русского народа. Лучшие его качества были сознательно и цинично сведены к нулю, а худшие культивированы до максимальной степени. И мое мнение, что Россия как цивилизация, как христианская культура, как живая преемственная традиция прекратила свое существование. Мы действительно, как сказал владыка, как сказал о.Владимир Мустафин, живем в другой стране. И само слово "Россия", которое мы употребляем сейчас является не синонимом исторической России, а абсолютным антонимом. И такая точка зрения сегодня, конечно, не популярна. Она идет вразрез с нашей господствующей идеологией, причем не только общественной и церковной, потому что главное в нашей идеологии сейчас - это триумфализм: "мы самые великие, самые духовные, у нас самая прекрасная история, не исключая советский период, а она еще более прекрасная история, потому что ближе к нам". Мы, короче говоря, "встаем с колен". А то, что голова при этом остается лежать на земле, мало кого беспокоит. Если же случается в нашей жизни "кое-где у нас порой" отдельные недостатки, то это ни по какой иной причине, как потому что коварный и растленный Запад наш православный нравственный народ растлевает. И этим самым создается какая-то атмосфера безумного морока, от которого можно было бы вообще придти в уныние, если бы не отдельные голоса людей, которые оценивают прошлое и настоящее с христианской, и только с христианской, т.е. с церковной, евангельской точки зрения, называют вещи своими именами и говорят об исторической правде. И один из таких людей и я бы сказал, единственный, может быть, человек в нашей Церкви такого масштаба, это о.Георгий Митрофанов. Да, единственный мыслитель, который не боится говорить именно о советском периоде нашей истории, о его значении для нас, в том числе и для церковной жизни. В своем алкании и жажде Правды о.Георгий выступает, что мне очень близко, прежде всего как пастырь. В этом пастырстве проявляется именно глубокая церковность того, что он пишет. Потому что он пишет свои статьи не для того, чтобы кого-то разоблачить или с кем-то поспорить, или кого-то опровергнуть. Тексты о.Георгия - это замечательный и увы! редкий в наши дни пример исключительно христианской, церковной, евангельской оценки того, о чем он пишет. О.Георгий свободен от идеологии и от конъюнктуры. В наше, насквозь идеологичное и конъюнктурное время это само по себе приобретает пастырское значение, Когда мы знакомимся с текстами о.Георгия, само по себе это воспитывает, что произносится слово Правды. Во-вторых, о.Георгий - я знаю, что он сейчас будет сопротивляться и относится к этому скептически, но я все-таки буду настаивать на своем - предстает перед нами в своих текстах как пытливый ученый-историк. Эта ученость только подчеркивается тем, что о.Георгий излагает свои мысли ярко, четко, без академической зауми. Сам стиль его, лишенный излишней публицистичности, чего я, к сожалению, не избегаю иногда в своих текстах, направлен на то, чтобы заставить человека думать. Я приведу пример. В книге есть статья об Антоне Владимировиче Карташеве. В ней авторских выводов минимум, а сама биография этого замечательного человека и подбор его цитат так поданы - именно академически, учено - что говорят читателю о современной ситуации больше даже, чем иная горячая и пламенная, актуальнейшая публицистика. И в этом, конечно, умение педагога и ученого. Так что на пастырский и педагогический аспекты я хочу обратить ваше внимание.

Теперь главный вопрос. Нерв в размышлениях о.Георгия, как я уже сказал, - это христианская оценка нравственной, духовной судьбы России ХХ века. Поэтому в книге превалируют две темы: Белое движение и Великая Отечественная война. Почему именно они? Потому что это две важнейшие вехи в уничтожении России, причем уничтожении не как государства, поскольку государство осталось до сегодняшнего дня, а именно как нравственной, религиозной и культурной традиции. И вот Сергей Валерьевич сказал, что мы к ней причастны, а я немного по-другому вижу, что как раз иллюзия движет нашими людьми, которые думают, что они ей причастны. Они, к сожалению, нисколько не причастны именно потому, что историческая Россия погибла на полях Гражданской войны. А нравственное падение России заключалось как раз в том, что народ Белое движение не поддержало, отказавшись от христианского мировоззрения и от христианского образа жизни. Война же 1941-1945 годов примечательна для церковно-исторического анализа о.Георгия тем, что победа в ней лишила наш народ самой возможности покаяния. Поэтому столь пристальное внимание автор обращает на генерала Власова. Массовое сознание воспринимает его только как предателя. О.Георгий увидел в нем то осознание ошибочности выбранного Россией пути, которое должно было бы быть у всего нашего народа. Победа этот росток покаяния задавила окончательно. И вот мы подходим с вами к главному. После публикации таких текстов о.Георгия перед нами неизбежно встает вопрос: а нам что с этим делать? Что нам делать с тем, о чем так ярко и доходчиво, и одновременно так бесспорно и академически аргументировано написал о.Георгий? Прежде всего, я думаю, книгу будут шельмовать, возмущаться ею, доносить по начальству. Тем более, что с сегодняшнего дня есть куда доносить. Я думаю, что этой комиссией будет оказываться работа с обеих сторон. Об о.Георгии будет сказано, что он подрывает основы, очерняет историю, льет воду на мельницу и поступает непатриотично, а следовательно, в нашей сегодняшней идеологической парадигме, нецерковно. Но, как я уже сказал, о.Георгий рассматривает все как раз с церковной, с христианской и научно-исторической точки зрения. Замечу вообще, что я не знаю большего патриота и более церковного человека, чем о.Георгий, и я очень рад и горжусь тем, что имею возможность личного дружеского общения с ним. Проблема покаяния, поднятая автором в этой книге, требует самого внимательного подхода. Я хочу немного пояснить свою мысль, что я имею в виду здесь под покаянием. Покаяние не есть какое-то кликушечески истеричное индивидуальное или социальное самобичевание, которое на практике приводит не к приближению ко Христу, а только ко все возрастающей неадекватности. Покаяние начинается, собственно говоря, с критики, с христианской трезвой оценки прошлого и настоящего, как личного, так и общественного. Сегодняшний дух триумфализма и этого нашего "квасного патриотизма", который ликует от хоккейных побед и прочих бессмысленных вещей такого рода, наибольшим образом препятствует этому покаянию. Но без него мы просто погибнем, потому что - я выскажу свое личное чувство - в пятой главе книги пророка Даниила повествуется о весах, на которых был взвешен царь Валтасар. И вот мое такое мнение, все более и более усиливающееся, что Россия взвешена на этих ужасных Божьих весах и уже найдена слишком легкой. В России не осталось народа. Вместо него - атомизированное население и верхушка, которая паразитирует над этим населением и она плоть от плоти этого населения, это не оккупационные власти. Русская нация уже умерла духовно и нравственно, и вслед за этим она уже умирает физически. Спасти, уже причем отдельных, частных людей, нежелающих гибнуть, может только коренной перелом в общественном мировоззрении. Начаться же этот перелом может - даже если не употреблять это слово "церковное покаяние" - именно с осознания своего прошлого и настоящего, с трезвого и критического. И в этом, если говорить высокие слова, я считаю, главная социальная задача Церкви, коль скоро Она претендует на "совесть нации". Если Церковь не будет говорить об этом, то стране совсем конец. Именно в Церкви должна начаться эта работа покаяния, эта работа осознания нашей истории и современности. Должна она была начаться уже 20 лет назад. К сожалению, она не началась и сегодня в полной своей мере, потому что большинство церковных людей, пользуясь словами о.Владимира Мустафьина, проникнуто духом советского и постсоветского общества. Дух подлинной церковности, который являет о.Георгий, увы! это удел очень немногих частных лиц сегодня в Церкви. Но если так будет продолжаться, то Церковь наша разделит судьбу России. Поэтому вопрос, поставленный о.Георгием в названии его другой книги "Является ли Россия Россией ксерокса или Христа?", сейчас не только чрезвычайно актуален, но стоит со всей серьезностью именно перед нашей Церковью. Только ли Русская наша Православная Церковь или она в первую очередь все же Христова? Если церковное сознание не поднимается выше осознания себя только как части народной жизни, тогда это церковное сообщество разделит участь народа, о которой я сказал. Если же наша Церковь все же Христова - а я глубоко верю, что Она действительно Христова - то Она должна не только осознавать, но и говорить, кричать, вопиять, взывать на каждом углу во время и не во время, как говорит Священное Писание, то, о чем говорит о.Георгий. Об этом покаянии, осознании, кто мы такие, куда мы пришли, что с нами происходит, что с нами будет. Пока ничего этого нет кроме уровня таких немногих лиц. Я еще раз повторю, что высказываю здесь свое субъективное мнение, но это тот нерв, который передался мне от чтения книги о.Георгия.

В заключение хотел бы отметить одно качество уже автора книги, которое лично для меня очень важно и существенно и которое редко для сегодняшнего времени. Одной из характеристик жизни современных русских людей является трусость. Мы стали трусливой нацией. Если бы мы были смелыми, взрослыми, если бы наши мужчины были мужчинами, то у нас была бы, я думаю, совсем другая жизнь, но мы, к сожалению, нация трусов. Вот о.Георгий Митрофанов - смелый человек. Причем эта смелость не какое-то лихачество безрассудное или, как бывает уже перед отчаянием, наплевательское такое отношение: а, будь что будет. Нет, эта смелость евангельская, смелость христианская. О.Георгий услышал призыв нашего Господа "Не бойтесь!" и он, собственно, ничего не боится, следует этому призыву. Сегодня презентация смелой книги. Я желаю о.Георгию продолжать свое благородное служение, благородное пастырское, прежде всего, служение, служение ученого и так же смело, умно, с любовью к России, к Церкви учить этому людей.

К.М.Александров:
Можно только сказать, что никакая комиссия о.Георгия не напугает. Это понятно. Я с удовольствием предоставляю слово иеромонаху Евгению Гейнрихсу.

Иером. Евгений Гейнрихс (Римско-Католическая Церковь):
Ваше преосвященство! Дорогие отцы, друзья, коллеги!
Я Евгений Гейнрихс, католический священник уже в течение почти 30 лет и здесь торжественно и радостно заявляю, что я горжусь тем, что нас с о.Георгием связывает теплое приятельство, дружба и что я ему очень благодарен за то, что он нашел возможным и нужным меня сегодня пригласить на презентацию своей замечательной книги. Книги, которая является, к сожалению, скорее исключением, чем правилом в нашей стране, принадлежит не к потоку, а к уже иссыхающему ручейку литературы, которая призывает возвратиться к видению смыслов происходившего и происходящего, здесь и сейчас задать себе простой вопрос: кто мы такие и куда мы движемся? Когда-то, 10-12 лет тому назад я решил в своем приходе познакомить приходскую молодежь с различиями и сходством, существующими между великими христианскими традициями - традициями Востока и Запада. Мы решили пригласить тогда несколько священников и среди них на наше приглашение отозвался о.Георгий. Что греха таить, часто бывает так, что нам удобнее слышать тех, кто говорит нам вещи приятные, понятные, кто поддается вместе с нами соблазну видеть в оппоненте - трагическое разделение Церкви есть факт - того, кто свою традицию, которую он представляет, выставляет в каком-то нелепом, карикатурном виде. Такие ругатели есть. Разные высказывались мнения насчет церковной современной реальности на том вечере, о котором я сейчас вам рассказываю. Потом все закончилось, и гости разошлись, и я спросил наших молодых людей: а на чьей вы стороне были, кто вам больше понравился из выступавших. И все единодушно сказали, что больше всего на них произвели впечатление слова, сказанные о.Георгием, потому что он говорил о Церкви ответственно и скорбно, говорил правду и говорил ее с трудом. То есть видно было, что ему больно, что он не злорадствует, что он переживает то, что происходит с нашей страной, с церковностью в России. Я избегаю сказать "с нашей Церковью", хотя конечно сам так считаю и думаю, и для меня Церковь единая и единственная, а человеческие разделения все-таки это нечто, Господом не установленное. Если говорить о книге, которая сегодня предлагается автором вашему вниманию, то это книга очень важная, потому что книга призывает думать, призывает восстанавливать, искоренять ту разруху, которая начинается в головах. Ведь вспомним, с чего начали большевики. Они начали войну с памятью. Кажется, кому мешали кладбища русские. Они уничтожали кладбища. Можно только в Петербурге насчитать несколько огромных кладбищ, полностью уничтоженных. Сколько процентов из современных россиян назовет по имени-отчеству своих прадедов? О.Георгий в своей книге призывает нас относиться к этому ответственно. Здесь я имел радость соглашаться практически со всеми выступающими. Все говорили вещи для меня совершенно бесспорные. Я не могу сейчас вспомнить того, что вызвало у меня протест совести. Поэтому то, что я сейчас скажу, не относится к этой аудитории. Английский писатель Честертон, сейчас достаточно популярный среди христианских читателей, как-то сказал: "Прежде, чем начинать спорить, надо договориться о вещах бесспорных", условиться о вещах бесспорных. Вот о.Георгий, как мне кажется, своей книгой призывает нас вернуться к вещам бесспорным. Истина, которая предается молчанию, или провозглашение кривды из каких-либо соображений. Когда христианин ради каких-то соображений: патриотических, идеологических, еще каких-то, предает Истину, то очень условно, чтобы не сказать нагло, носит это имя "христианин". Потому что действует во образ отца лжи, врага Божьего. Истина требует внимательного, трезвого, скорбного, чуждого противоположных, противонаправленных видов человеческой глупости, какими являются оптимизм и пессимизм, в духе христианского реализма оценивая реальность, но не переходя на личности, не исхищая суда Божьего. Тоже об этом пишет о.Георгий. Мы могли бы судить персонажи его скорбных повествований, только если бы сами оказались на их месте. Вот тогда какое-то право, и то внехристианское имели бы мы это делать. Неосуждение, прощение, которые мы в своем ежедневном молитвенном правиле увязываем с собственным прощением, собственным спасением. "Остави нам долги наша, как и мы…" Значит, нет места злорадству, нет места мстительной злобной радости, если кто-то даже ошибся, даже смертельно ошибся. О.Георгий возвращает нас к необходимости об этом думать и думать постоянно. Я согласен с о.Петром, который сказал, что эту книгу ждет большая полемика. И нам остается пожелать о.Георгию успеха, но о.Георгий смелый человек. Среди наших современников это редкий тип мужественного человека, настоящего мужчины и, вне конфессионального контекста скажу, рыцаря. Возвращаясь к тому же Честертону, который, говоря о рыцарском духе, о детских играх в рыцарей, говорил, что не надо бояться этого игрушечного меча - человеческой крови он не прольет. Остается только поблагодарить автора за то, что написал эту книгу и за то, что меня, дурака, сюда пригласил.

К.М.Александров:
Безусловно, я думаю, что какие бы бури и водопады ни обрушились на эту книгу и ее автора, дело не только в том, что о.Георгий смелый человек. Сегодня уже несколько раз говорили об этом. Но среди тех людей, которые готовы разделить с ним этот пафос, которым пронизана вся книга, есть тоже, безусловно, очень смелые и мужественные люди. Я хочу предоставить сейчас слово одному из таких замечательных людей. Тем более что для нашей презентации это необычно. По-моему, это единственная женщина, которая сегодня официально у нас будет выступать. Я приглашаю к микрофону доктора филологических наук Светлану Всеволодовну Шешунову, замечательного специалиста и одного из лучших знатоков творчества Александра Исаевича Солженицына, чья проза занимает огромное место в жизни о.Георгия Митрофанова. Наш гость из г.Дубна.

В.В.Шешунова:
Ваше Преосвященство! Ваше Высокопреподобие! Дорогие братья и сестры!
Я должна извиниться за то, что очень многое из того, что хотелось бы мне сказать об о.Георгии, я опущу, потому что это уже сказано до меня и намного лучше, чем я могла бы это сформулировать. А извинилась я за то, что дерзну сказать несколько слов о значении книги о.Георгия, проповеди о.Георгия для меня лично. Уже далеко тот день, когда я открыла в одном из исторических сборников, от которого ничего не ждала, статью о духовно-нравственном значении Белого движения. Я была поражена, кто же это пишет, кто это сказал, где этот батюшка, смогу ли я выразить ему свою личную благодарность за то, что он сказал, наконец, трезвое и любящее слово правды об оболганных защитниках настоящей России. И как я была счастлива, когда при перезахоронении белых генералов в Донском монастыре увидела о.Георгия, смогла к нему подойти и потом ездить сюда в Петербург на те панихиды, когда он молитвенно поминает - один из немногих наших клириков - вот этих героев России, совершенно забытых подавляющим большинством нашего народа. Тут уже говорилось о том, что о.Георгий прежде всего пастырь. Он прежде всего любит тех людей, о которых он пишет. И он свою любовь доказывает делом - вот этим удивительным молитвенным поминанием. Я совершенно согласна с о.Петром, что очень больно и тревожно думать о грядущем - судьбе нашей России и о грядущей участи книги о.Георгия, на которую, конечно, обрушится целый шквал обвинений. Но мне все-таки хочется надеяться, что слово о.Георгия дойдет до его читателей, как оно дошло до меня. Потому что, скажем, мое личное отношение к генералу Андрею Власову изменил о.Георгий в намного большей мере, чем тот же Александр Исаевич Солженицын, почитаемый мною, потому что слушая дивные проповеди о.Георгия на панихидах, я поняла, что о.Георгий прав. Причем многие из этих удивительных проповедей я бы включила в хрестоматию по риторике. Настолько они красивы, настолько они выверены композиционно и словесно. При том что о.Георгий, насколько я знаю, их специально не готовит, не шлифует. Они рождаются из сердца настолько гармоничными, настолько красивыми, потому что органична та культура, наследником которой является о.Георгий. Мы, действительно, не дерзнем сказать, что в какой-то мере являемся наследниками настоящей русской культуры, но глядя на о.Георгия, видишь, что этот ручеек, о котором так замечательно было сказано; этот иссякающий ручеек все-таки еще есть и это дарует какую-то надежду. Один из героев этой книги, протоиерей Александр Шмеман, сказал о другом герое, Солженицыне, замечательные слова, что им руководила "зрячая любовь". Мне кажется, что к о.Георгию эти слова, может быть, в еще большей мере применимы, чем к Солженицыну, потому что действительно его книга - это воплощение "зрячей любви". Здесь все проникнуто любовью к России и к людям, которые в меру своих сил, в меру своего разумения, подчас с ошибками старались служить ей и Богу. О.Георгий их любит, но смотрит на них "зряче", он их не идеализирует никогда, всегда честно говорит об ошибках, как пастырь, как христианин их видит. Вот за это моя огромная благодарность о.Георгию, пастырю, который очень много сыграл в лично моем отрезвлении и пробуждении каких-то мыслей, очень важных для меня.

К.М.Александров:
Две недели тому назад мне довелось писать один комментарий для самой старой русской газеты, которая еще выходит в США чуть ли не с конца 20-х годов, посвященный очередной годовщине окончания войны, отношению к этому в России. И я написал в этом комментарии, что в России есть уже несколько вот таких настоящих культуртрегеров, подобных покойному замечательному русскому писателю Виктору Петровичу Астафьеву, которые пытаются правду о войне говорить, доносить. Я говорил, безусловно, об о.Георгии, об о.Петре, но я еще упомянул имя одного человека, которого хочу сейчас пригласить к микрофону. Это Виктор Сергеевич Правдюк, петербургский кинодокументалист, автор совершенно грандиозного фильма "Вторая Мировая: день за днем", кто по большому счету продолжает делать ту работу, которую делает о.Георгий и о которой мы сегодня говорим.

В.С.Правдюк:
Досточтимые отцы Церкви! Уважаемые дамы и господа! Дорогие и любимые друзья, которых у меня здесь много!
Я успел только пролистать книгу о.Георгия, потому что получил ее час тому назад, но я был слушателем проповедей о.Георгия, был даже на одном из его занятий в Духовной академии. Я понимаю, насколько важная, глубокая, умная эта книга, насколько она сегодня нужна, потому что мы лишены настоящей истории ХХ века. Поэтому странно выглядят всякие предложения ограничить размышления об Отечественной войне или о Гражданской, закончить на том, что у нас есть, а у нас ничего нет. Для чего нам, собственно говоря, нужна история? История защищает, историей можно гордиться. Или же если это грязная история, которая сегодня у нас существует, то эту историю можно ненавидеть, ею можно отравиться. Мне кажется, что в ХХ веке работа, которую ведет изо дня в день профессор и отец Георгий Митрофанов, нам всем очень и очень нужна. Его труды помогают нам размышлять, продвигаться вперед. Нас всех в ХХ веке постигло растление. Большевизм - это, прежде всего, растление. Конечно, и кровь, и уничтожение наших нерожденных правнуков, все это вместе взятое. Но главное, растление. В этом смысле я думаю, что в ХХ веке никакие наши организации, союзы не смогли уйти от этого растления. Мне кажется, что и Церковь в 1927 году получила свою порцию яда и об этом тоже надо думать. Мне кажется, что не мне судить, это внутри Церкви должно быть. Россия, конечно, будет или православной, или никакой, потому что Четвертому Риму не быть. А проблем у нас очень много и то, что написал в этой книге о.Георгий, я еще буду и буду читать, потому что для меня очень важен и взгляд в целом на Белое движение и те факты, которые о.Георгий преподносит мне как читателю. Я не со всем могу согласиться, что написано в книге профессора и отца Церкви. Не могу я согласиться с трактовкой отречения Государя, которому вчера исполнилось 141 год со дня рождения, и поведения генерала Алексеева, который начал обманывать Государя еще летом 1916 года, но суть как раз не в этом. Именно через 6 часов после отречения генерал Алексеев сказал генералу Луковскому, что никогда себе этого не простит. Это было вот то первое покаяние, которое тогда в еще совершенно непонятных событиях истории уже свершилось. Ровно через 6 часов.

Еще несколько слов мне бы хотелось сказать о тех проблемах, о которых мне приходится думать, читая книги и слушая проповеди о.Георгия Митрофанова. Например, нельзя остановить процесс осмысления, который сейчас идет. Если посмотреть внимательно, я не нахожу применения слова "революция". Революции не было ни в 1905, ни в 1917 годах. Я сегодня просмотрел хронологическую книгу, изданную при Советской власти в 1932 году. Там нет ни одного слова "революция". Один раз употреблено выражение "Октябрьский переворот", другой раз - "перемена власти, переход власти к большевикам". Это тоже страшнейшая проблема нашей истории - верное употребление слов. Когда мы их употребляем в совсем других смыслах, мы только запутываем народ. Ведь народ - это не нечто монолитное, не какая-то гранитная плита, которая существует всегда. Как явление социальное народ время от времени куда-то мигрирует, с ним что-то тоже происходит. То растление, которое произошло в 1917 году, это явление не случайное, оно целенаправленно выбрасывалось на наш народ. Второе. Народ очень легко переходит из состояния в состояние. Он становится толпой, и мы это много раз видели. А ведь толпа довольно быстро становится бандой. А вот обратный процесс, который мы очень хотели бы сегодня ускорить, чтобы из банды через толпу опять появился народ, это очень сложный процесс. И как раз такие книги и проповеди, как у о.Георгия, они помогают нам сохранить народ, потому что четвертому не быть, как старец псковский нам когда-то сказал.

К.М.Александров:
Я с удовольствием приглашаю к микрофону одного из самых замечательных петербургских писателей, главного редактора журнала "Звезда" Якова Аркадьевича Гордина.

Я.А.Гордин:
К сожалению, я не успел как следует проработать эту, безусловно, замечательную книгу, хотя я успел в основном ее прочитать, и поэтому возьму на себя смелость высказать некоторые соображения. Во-первых, эта книга подкупает ясностью мысли и стиля, что чрезвычайно важно. Я некоторое время назад смотрел передачу "Тем временем", в которой принимал участие о.Георгий. Меня тогда тоже поразила именно ясность, определенность и четкость его позиции. Для мыслителя и для публициста это чрезвычайно важное качество. Здесь несколько раз уже говорилось о важности истории. Очевидно, нам предстоит в обозримом будущем очень тяжелая борьба за историю. Я не уверен, что та комиссия, на которую вы возлагаете надежды, хотя я понимаю вашу иронию, будет отслеживать те искажения, которые большинство из присутствующих считают искажениями. Боюсь, что все будет наоборот. Это очень дурной симптом. Один всем известный человек, Александр Христофорович Бенкендорф, уже некоторое время назад после скандала с "Философическим письмом" Чаадаева произнес замечательную фразу: "Прошлое России прекрасно, настоящее великолепно, а будущее выше всяких представлений. Только с этой точки зрения и нужно рассматривать нашу историю". Я очень опасаюсь, что результатом деятельности этой комиссии будет выведение формулы такого рода. К сожалению, есть эта тенденция. Но я не совсем согласен с таким катастрофическим представлением о будущем России. Хотя занимаясь уже сорок с лишним лет русской политической историей, я не являюсь главным оптимистом ни в этом зале, ни в нашем городе, ни шире. Тем не менее, надежда, мне кажется, есть, хотя очевидно предстоит пройти через многое, если эта надежда сбудется. Один из важнейших факторов в достижении той достаточно утопической цели, о которой я говорю, это именно ясность и определенность мысли. Тут целый ряд статей, включенных в эту книгу, кажутся мне очень важными, хотя должен заранее сказать, что ни с каждой идеей глубоко мною уважаемого о.Георгия я согласен. Но что удивительно. И здесь опять-таки об этом уже говорилось. Ведь на самом деле мы сегодня страна, очень туманно представляющая себе собственную историю. Что касается Белого движения и Гражданской войны, то насколько мне известно, настоящей, действительной истории Гражданской войны в общем не существует. Между тем, без понимания того, что произошло именно в эти три года невозможно понять ту трагедию России, о которой пишет о.Георгий. И конечно, очень важна и мне была очень интересна статья о Белом движении, о так сказать, религиозном векторе Белого движения. И совершенно резонно говорится о трагедии Белого движения, которое не было поддержано большинством народа, хотя тут же естественно встает вопрос: а почему? И мне было бы очень интересно в следующей книге о.Георгия прочитать его соображения на этот счет. Очень важна статья о Карташеве. Потому что для понимания того, что осталось за нами необходимо воскрешать забытых замечательных, может быть, лучших людей нашей сравнительно недавней истории. Вообще надо стараться через человеческие мотивации, через всю сумму человеческих поступков понять, что же с нами произошло. По-моему, в 1947 году один из наших самых, на мой взгляд, трезвых мыслителей, Федор Степун в конце своих воспоминаний писал, что мы - он говорил там о целой плеяде замечательных русских религиозных мыслителей - пытались отгадать загадку русской революции и так и не отгадали ее. Я думаю, что та трагедия, которая произошла в начале ХХ века, она действительно по сию пору является в значительной степени загадкой, над разгадкой которой необходимо биться, если мы хотим иметь будущее. И в значительной степени этому посвящена книга о.Георгия.

Я хочу уже совсем лично поблагодарить о.Георгия за статью о Борисе Николаевиче Ельцине, потому что мне кажется, это очень важная вещь. Опять-таки к вопросу о понимании, что с нами происходит. Поскольку постоянные проклятия в сторону 90-х годов, издевательства над Ельциным, причем, отнюдь не только со стороны коммунистов, которые должны были его ненавидеть, это понятно, но и со стороны тех, кого он не раз спасал, - это свидетельство глубокой нравственной темноты. Я, честно говоря, не ожидал встретить в этой книге вот такую умную, точную, спокойную статью о личности и огромной роли Б.Н.Ельцина в нашей истории и мне это было чрезвычайно приятно. Мне немножко жалко, что она уже опубликована. Я бы попросил ее для журнала "Звезда" и с восторгом там опубликовал бы.

Мне была очень интересна работа, героем которой является Александр Исаевич Солженицын. Там сказаны чрезвычайно точные вещи. Одно у меня вызывает сомнение, хотя эта мысль, насколько я помню, не принадлежит о.Георгию, о сопоставлении Александра Исаевича со Львом Николаевичем Толстым. Это все-таки разные, как мне кажется, фигуры, хотя бы потому что для Толстого, если считать его ересиархом, вот эта его ересь была глубоко выстрадана. Последние 30 лет своей жизни Толстой жил в состоянии страдания, он мучился, он в мучениях искал то, что он хотел видеть Истиной, он искал Истину. Александр Исаевич, человек глубоко замечательный, безусловно, и грандиозная фигура, не искал Истину. Он знал Истину. И в этом принципиальная разница между этими двумя огромными людьми.

Несогласие же мое относится - и я думаю, что об этом легко догадаться - к тем текстам, которые посвящены Власову и власовскому движению. Я никогда не считал генерала Власова банальным предателем, Я понимал и понимаю всю трагедийность этой фигуры и вообще этого явления. Потому что для того, чтобы в ситуации войны заставить миллион своих граждан служить в воинских частях врага, нужно, конечно, сильно постараться. И как известно, у Сталина это прекрасно получилось. Но встает вопрос. Чуть-чуть отвлекусь. Сравнительно недавно один из руководителей Эстонии сказал: "Эстония проиграла Вторую мировую войну". Из этого следует, что Эстония проиграла ее вместе с Гитлером и выиграть могла только вместе с нацистами. Охотно верю, что в случае победы нацизма Эстония была бы в несколько привилегированном положении, но какой ценой? Что было бы с окружающим миром? И у меня нет уверенности, что в случае победы нацизма - не знаю, как было бы с покаянием, но с духовным возрождением России… Очень сильные сомнения. Конечно, повторяю еще раз, Власов отнюдь не был банальным предателем, хотя я подозреваю, что если бы Сталин не загнал 2-ю армию в ловушку, если бы Власову удалось выполнить свою задачу и пробиться к Ленинграду, то он бы стал маршалом и, очевидно, того, что произошло, не произошло бы. Но это догадки и гипотетика. Тут встает вечный вопрос о целях и средствах. Можно ли бы было сокрушать сталинизм, заменяя его нацизмом? Что бы это принесло, в конечном счете, России? Не говоря уже о мире. Сузим рамки. Думаю, это в высшей степени трагический спорный вопрос. Но то, что вопрос поставлен, это хорошо и плодотворно.

Я не знаю, каким атакам будет подвергаться эта книга. Если это будет в стилистике уважительной полемики, то и слава Богу. Думаю, что о.Георгий против этого совершенно не возражает. Но есть шанс, что согласно нарастающей тенденции это может быть нечто малопривлекательное. К счастью, сегодня такие вещи не влекут за собой физических оргвыводов. Я хочу поблагодарить о.Георгия за эту книгу, несмотря на мое частичное с ней несогласие.

Прот. Георгий Митрофанов:
Ваше Преосвященство! Дорогие отцы! Братья и сестры!
Мне бы хотелось, прежде всего, конечно поблагодарить вас за те слова, которые прозвучали, и в адрес книги, которая действительно для меня очень значима, ибо впервые я попытался обобщить то, что писал на протяжении ряда лет по очень значимым для меня - и не только, я думаю, для меня - вопросам. Конечно, хотелось бы поблагодарить за те теплые слова, которые прозвучали в мой адрес. Здесь отмечали важнейшее из моих личностных черт, честность, и я думаю, что честность присутствует и в нашем с вами общении. Эта презентация - не попытка сказать какие-то ни к чему не обязывающие теплые, добрые слова в адрес автора, а попытка высказать что-то, что переполняет сердце говорящего, но что не всегда соответствует тому, что высказал автор книги. Поэтому эта полифония мнений при общей поддержке главной интенции книги, а именно - стремлению говорить историческую правду меня очень радует здесь, и я готов выслушивать критику. Я думаю, что действительно позитивную критику я в основном буду выслушивать здесь, а критику иного рода мне предстоит услышать из разных СМИ. Я к этому готов. Поскольку что означает эта критика по сравнению с тем, что случилось в нашей стране! Что она может усугубить! Мне бы хотелось сейчас ваше внимание обратить уже от слов к образу. Кто-то эту книгу представляет достаточно хорошо, кто-то с ней только сейчас познакомился, но в связи с тем, что в этой книге представлены, прежде всего, личности, которым я обязан... Если хотя бы частично все хорошее, что говорилось обо мне, соответствует действительности, то этим я обязан людям, о которых я писал, которые действительно для меня очень значимы. Размышляя над презентацией, я воспринял как очень важную мысль о том, что следовало бы после обсуждения этой книги предложить тем, кому она действительно интересна, то, что называется сейчас дурацким словом "слайд-шоу", а именно видеоряд образов тех людей, которым посвящена эта книга. Сейчас перед нами пройдет в течение небольшого времени видеоряд лиц, картин нашей страны и ее лучших, в основном, представителей, которым была посвящена моя книга. Видеоряд построен таким образом, что те, кого мы будем видеть на экране, это не просто герои мои книги. Будут их лица, изображение их деятельности, их служения. Поэтому видеоряд соответствует хронологической последовательности, которой следует и содержание книги. Перед нами пройдут представители Белого движения, не только вожди, но и рядовые его участники. Белое движение для меня - образ той России, которую мы действительно потеряли. Перед вами пройдут образы тех вождей Белого движения, которые мне особенно дороги и которым я посвятил отдельные статьи, как например, генерал Антон Иванович Деникин. Как впрочем, будут и те, кто, на мой взгляд, в гораздо более тяжелых условиях попытался продолжить их дело. Я имею в виду участников власовского движения и казаков, которые отозвались на призыв генерала Краснова. Пройдут здесь картины разрушения нашей страны сквозь призму разрушения, прежде всего, церковной жизни, Для меня Церковь, уничтожаемая большевиками, - это символ уничтожаемой России. Пройдут образы тех, кто дерзал не силой оружия и воинской доблестью, но своей мыслью и словом бороться с большевизмом, о ком я писал в своей книге. Я имею в виду историка Антона Владимировича Карташева и философа Ивана Александровича Ильина. Пройдут образы новомучеников. Вообще тема Соловков - это тема всей нашей истории, всей нашей жизни. Соловки - это символ России. Поэтому и тема Соловков будет представлена здесь. Будут здесь представлены и образы тех, кто профанировал и профанирует по сей день очень важные стороны нашей жизни. Отсюда появится образ генерала Брусилова, увековеченный ныне в камне. Появятся образы современных так называемых монархистов, которые как будто хотят уже не только уничтожить, а по существу лукаво оболгать идею монархии в нашей стране. И конечно, пройдут образы тех двух великих людей, которым не удалось главное дело в жизни. Я имею в виду образы Бориса Николаевича Ельцина и Александра Исаевича Солженицына. Тем более это актуально сейчас, потому что кажется, что Ельцина можно сдать в тираж, и только ленивый его не пытается критиковать и поносить. И многим кажется, что Александр Исаевич пережил свой триумф. На самом деле у них совершенно одинаковая судьба. Они не смогли всей мощью своей личности сделать за нас с вами то дело, на которое они решились. Страна их поглотила. И триумфальное погребение А.И.Солженицына для меня ничем не отличается от триумфального погребения Б.Н.Ельцина. Конечно, для меня очень значима тема перезахоронения праха императрицы Марии Федоровны, которое вызвало у меня глубокий внутренний протест и несогласие. Все эти образы пройдут перед нами затем, чтобы мы еще раз взглянули в глаза тем, кто олицетворяет ту Россию, которую мы потеряли. Ту Россию, отголосками которой мы еще продолжаем как-то жить, которую создала на протяжении веков в нашей стране Русская Православная Церковь.

Я хочу поблагодарить редактора-составителя моей книги Марию Николаевну Лобанову, Анастасию Валерьевну Александрову и Константина Андреевича Махлака без участия которых подобный опыт миссионерской проповеди вряд ли бы у меня состоялся.

После этого наша дискуссия еще продолжится.

Игорь Евгеньевич Шувалов, Президент Центра консервативной-социальной политики Северо-Запад:
Добрый вечер, уважаемое собрание! Мне хотелось бы высказаться критически. Может быть, это связано с моим недостаточным пониманием, но хочу поделиться своими соображениями.

Во-первых, я хочу поблагодарить о.Георгия и за книгу, и за ту работу, которую он проводит и о которой уже было много сказано, но хочу сказать следующее. Что касается исторической правды, здесь очень важно говорить о полноте информации, полноте фактов, которые мы обсуждаем, а на сегодняшний день и уже о полноте восприятия этих фактов, которое в свою очередь влияло на определенные следствия. Поскольку если мы неким объективным образом освещаем один сегмент и оставляем неосвещенными другие, это производит некий перекос в пользу того, что оказалось освещено. Поэтому слова "историческая правда", мне кажется, надо вообще употреблять очень аккуратно, потому что, высветив нечто, мы говорим, что вот это правда. Уже отмечалось несколько противоречий, говорили и про генерала Алексеева. Естественно, Добровольческая армия стала спасением России, и мне лично здесь видится такая параллель. Как мы знаем, Авраам задавал ангелу вопросы по поводу Содома и Гоморры: а если сто праведников, а если десять, но не нашлось и десять. Вот в данном случае, возможно в лице Добровольческой армии и нашлись. Поэтому Россия осталась цела, и когда говорят, что Россия умерла, я с этим категорически не согласен. Несомненно, страна жива. Она подверглась каким-то ужасным физическим и психологическим испытаниям, но она не сгорела, не утонула и продолжает свое существование. Да, роль генерала Алексеева. Но перед этим этот же человек рубит под корень саму основу самодержавия, способствуя отречению помазанника Божия. Здесь есть некое противоречие, которое нуждается в дальнейшем рассмотрении. Вот, например, в фильме Михаила Ширяева наоборот сделан акцент, насколько справедливо, что именно роль царя была первостепенной, а оценка генерала Алексеева дается в том случае противоположной, и я хочу сказать, что это нуждается в более широком понимании.

Второе, что я хотел сказать. 1917-й год принципиально все перечеркнул. Но я думаю, что если мы сделаем некий честный срез того, что было в конце 19 и начале 20 вв., мы увидим, что не так уж велики различия того, что было тогда, и того, что есть сейчас. Они есть, но не столь глобальные. Мы можем судить о том, что происходило с точки зрения падения нравов по произведениям Гоголя, Островского. Было и трехсотлетнее монгольское нашествие, перед этим было трехсотлетнее варяжское владычество. По-моему, приход варяжских князей прервал развитие тех людей, которые здесь жили. Затем времена Ивана Грозного и т.д. Было много таких испытаний, которым подвергалась Россия, и она несла каждый раз серьезный урон, в т.ч. и моральный. Однако, оставалась перспектива. Перспектива какая была, такая и есть. Теперь вопрос, какая она. Когда мы говорим, мы ставим акценты, вызываем симпатию к тому или иному аспекту или человеку. Ради чего все это? Ради чего Россия еще жива? Не мне, наверное, здесь говорить, но по-моему, очевидно, что нужно обращаться к свидетельствам святых отцов. По-моему Серафимом Саровским было сказано, что Россия есть престол подножия Божиего. В этом ее смысл, а в меньшей степени ведение хозяйства, свобода крестьянских поселений и т.д. Здесь нужно также сказать о генерале Власове. Мне несколько неприятно, когда говорят, что он был не простой предатель. А пятнадцатилетний паренек, который поднял руки после того, как все их подняли, он - простой и не заслуживающий никакого снисхождения. На этот вопрос тоже надо смотреть более объемно. Куда генерал Власов повел своих людей? К спасению? Вряд ли. Возможности для спасения были очень плохи. Во главу угла ставилась свобода крестьян и т.п.

И последнее. Когда мы говорим, России нет, а остались какие-то части, никому не нужные. А какие надо сделать выводы? Раз этот проект настолько никчемен, то надо раздать его другим проектам - в Западную Европу, мусульманский мир? В мусульманском мире ни одна страна не скажет, что они чувствуют себя атомами. Ведь как вы лодку назовете, так она и поплывет. Я считаю, что с России цель никто не снимал, так как было сказано. И здесь нельзя расслаблять себя тем, что были плохие люди, большевики, они все испортили. Я скажу как человек светский. Вот, представим Второе пришествие Христа состоялось вот здесь и как мы к нему готовимся? Мы вот эти атомарные, убитые большевиками, ни на что не способные люди, и мы вот так вот будем встречать Спасителя? Надо озаботиться подготовкой к этому.

И последнее, я хочу сказать, какая будет критика. Будет ли она конструктивной или она будет неоправданно жесткой. Я имею достаточно большой опыт во всех политических и общественных организациях, и я знаю, что есть очень разные политические партии и общественные организации, и они состоят из разных людей по своему воспитанию, образовательному уровню, но все они очень быстро начинают действовать по принципу "свой-чужой". И это большая проблема. Я хочу здесь всех призывать уходить от этого.

Прот. Георгий Митрофанов:
Я не буду комментировать прозвучавшие мысли, потому что в конечном итоге позиции уже разные высказывались. Я с чем-то согласен, с чем-то не согласен. Отмечу только одно. А я перед лицом Вечности не боюсь того, что мы стали атомарными. Мне кажется, что это очень тяжело, что та Россия теперь уже никогда не будет восстановлена, потому что это физически невозможно, она умерла. Конечно, будет существовать другая Россия. Какие у нее будут черты, мне, да и никому здесь, не ведомо. Но я могу сказать только одно. Я связываю свое основное служение даже не с Россией. Мне как-то был задан вопрос: ну как может священник так ненавидеть людей, даже если они коммунисты? На что я ответил согласием. Да, я слишком, может быть, люблю Россию. Так не подобает священнику чувствовать. И поэтому я слишком ненавижу коммунистов. Надо меньше любить Россию и тогда будешь меньше ненавидеть коммунистов. Быть больше пастырем. Я не боюсь атомарности, потому что с атомарности начал Спаситель. Он вроде бы пришел к целому, действительно богоизбранному народу, а пришлось Ему работать с индивидуумами, их было очень немного в этом Богом избранном народе. Из этих атомарных индивидуумов потом родилась Церковь Христова, Церковь Вселенская. Поэтому если будут оставаться в России даже атомизированные вот такие индивидуумы, Россия будет жить в них, прежде всего как Святая Русь.

К.М.Александров:
Я скажу буквально несколько слов в заключение нашего мероприятия. Я глубоко признателен досточтимому протоиерею Георгию Митрофанову, которого я надеюсь, могу считать не только своим пастырем, но и другом, за замечательную книгу. Я совершенно согласен с предшествующим оратором, что если у нас будет больше пастырей в России, которые будут способны писать такую литературу, тогда возможно, что что-то в нашей стране и в Церкви обязательно изменится.


"Вода живая"
19.05.09


[версия для печати]
 
  © 2004 – 2015 Educational Orthodox Society «Russia in colors» in Jerusalem
Копирование материалов сайта разрешено только для некоммерческого использования с указанием активной ссылки на конкретную страницу. В остальных случаях необходимо письменное разрешение редакции: ricolor1@gmail.com