Киев. Декабрь. На прилегающих к Дому офицеров улицах -2. На сцене все +40. И не потому что действие спектакля происходит будто бы в Италии. И не только потому, что он носит горячащее воображение название – «Будет жар... от любви». А в большей степени потому, что сцену и зал захлестывает безудержный темперамент главной героини. Точнее, исполнительницы роли Антонии Татьяны Стрельбицкой. Пожалуй, ее темперамента хватило бы еще на два спектакля в этот вечер.

 

Чего не скажешь о народном артисте России Александре Пяткове. Увы, как он ни старается изобразить испепеляющего сердца всех женщин тореадора, его темпоритм, к сожалению, проигрывает. Увы, ему порой элементарно не хватает дыхания. А может быть в эти минуты восстает и противится пошлости его второе (эстетическое) «я»?..

 

Доктор наук, известный метеоролог Вазира Мартазинова советует: «Для того, чтобы предсказать погоду, например, в Белой Церкви, нужно начать расчеты с глобального потепления». Поэтому давайте обратимся к истории античного театра.

 

Как известно, в Афинах  посещение театра было не только гражданской обязанностью, но и естественным тяготением граждан к божественному искусству. Репертуар одного дня состоял из трех трагедий и одной комедии. В этом эллины находили гармоническое сочетание печального и смешного. А смысл всего этого действа: катарсис, очищение, сопричастность судьбам героев. В Греции (тогда языческой стране) комедия жила в канве мифа, воспитывала и решала напряженные проблемы человеческих отношений, практически выполняя ту же функцию что и трагедия, но в веселой и непритязательной форме.

 

Греческий театр заслуженно называли храмом искусств. Все действия аткеров: возвышенная речь, костюмы, манеры, декламация, котурны  напоминали богослужение. Их игра вызывала священный трепет. Вся атмосфера создавала  возвышенное настроение у зрителей.

 

И за долгие века функцию возвышения души  у театра никто не отнимал.

 

В нашей стране традиции высокого театрального искусства  много раз прерывались, оттого, видимо, многие уже позабыли для чего существует театр.

 

Рамки жанров становились все более размытыми, зыбкими, эстетический стержень все хрупче и незаметнее. Увы, актеры и режиссеры порой сами способствуют этому.

 

В поисках  жанра всё ещё находятся, видимо, и московские звёзды.  Как было уже сказано, Татьяна Стрельбицкая – актриса талантливая, но с режиссером Татьяной Стрельбицкой она еще не встретилась.

 

Сама по себе пьеса Дарио Фо дает возможность для интересного творческого решения: от комедии до трагифарса. Но лишать ее признаков жанра просто глупо. Потому что отсуствие  формы разрушает, умаляет, уничтожает содержание,  приводит к опошлению ключевых моментов спектакля. Когда, казалось бы логическим и эмоциональным завершением могла стать песня, которую исполняет актриса, и зритель уже готов посочувствовать, помочь ей порадоваться тому, что она смогла преодолеть личную драму, уже несколько секунд спустя она буквально скачет по сцене едва одетой. Если минутой ранее актриса возвысила образ своей героини до драматического звучания, то в этот момент она низвела его до откровенно пошлого. И здесь мерилом эстетического вкуса, нет, просто хорошего вкуса является даже не степень ее оголенности, а ступень между искусством и банальностью. Перешагнуть эту ступень можно непринужденно и легко, потому что: а) зритель неискушен, доверчив, всеяден («а пипл всё хавает»); б) от великого до смешного – один шаг. А) Искушенный зритель уходит обманутым и низведенным до уровня… (далее подставьте любые определения), неискушенный доволен, потому что потакают его низменным вкусам. Б) От великого до смешного – да, всего-то! – один, но не два и не три (чувство меры – признак интеллигентности) шага. А попробуйте сделать шаг назад! Редко кому удается.

 

После двойного финала и поклонов в зал полетели апельсины и грейпфруты, всё это время лежавшие на сцене, то ли как символ плодородия Италии, то ли как символ, акцентирующий «жар от любви».

 

25.12.2007