Россия в красках
 Россия   Святая Земля   Европа   Русское Зарубежье   История России   Архивы   Журнал   О нас 
  Новости  |  Ссылки  |  Гостевая книга  |  Карта сайта  |     

 
Рекомендуем
Новости сайта:
Дата в истории
Новые материалы
 
 
Ксения Кривошеина (Франция). Возвращение матери Марии (Скобцовой) в Крым
 
 
Ксения Лученко (Россия). Никому не нужный царь
 
 
 
 
Павел Густерин (Россия). Россиянка в Ширазе: 190 лет спустя…
 
 
 
 
 
 
Кирилл Александров (Россия). Почему белые не спасли царскую семью
 
 
 
Протоиерей Андрей Кордочкин (Испания). Увековечить память русских моряков на испанской Менорке
Павел Густерин (Россия). Дело генерала Слащева
Юрий Кищук (Россия). Дар радости
Ирина Ахундова (Россия). Креститель Руси
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Мы подходим к мощам со страхом шаманиста
Борис Колымагин (Россия). Тепло церковного зарубежья
Нина Кривошеина (Франция). Четыре трети нашей жизни. Воспоминания
Павел Густерин (Россия). О поручике Ржевском замолвите слово
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия).  От Петербургской империи — к Московскому каганату"
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Приплетать волю Божию к убийству человека – кощунство! 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). "Не ищите в кино правды о святых" 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). «Мы упустили созидание нашей Церкви»
Алла Новикова-Строганова. (Россия).  Отцовский завет Ф.М. Достоевского. (В год 195-летия великого русского православного писателя)
Ксения Кривошеина (Франция).  Шум ленинградского прошлого 
Алла Новикова-Строганова (Россия). Насквозь русский. (К 185-летию Н. С. Лескова)
Юрий Кищук (Россия). Сверхзвуковая скорость
Алла Новикова-Строганова (Россия). «У любви есть слова». (В год 195-летия А.А. Фета)
Екатерина Матвеева (Россия). Наше историческое наследие
Игорь Лукаш (Болгария). Память о святом Федоре Ушакове в Варне

Павел Густерин (Россия). Советский разведчик Карим Хакимов
Олег Озеров (Россия). Гибель «Красного паши»
Павел Густерин (Россия). О заселении сербами Новороссии
Юрий Кищук (Россия). Невидимые люди
Павел Густерин (Россия). Политика Ивана III на Востоке
   Новая рубрика! 
Электронный журнал "Россия в красках"
Вышел летний номер № 55 журнала "Россия в красках"
Архив номеров 
Проекты ПНПО "Россия в красках":
Публикация из архивов:
Раритетный сборник стихов из архивов "России в красках". С. Пономарев. Из Палестинских впечатлений 1873-74 гг. 
Славьте Христа добрыми делами!

Рекомендуем:
Иерусалимское отделение Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО)
Россия и Христианский Восток: история, наука, культура





Почтовый ящик интернет-портала "Россия в красках"
Наш сайт о паломничестве на Святую Землю
Православный поклонник на Святой Земле. Святая Земля и паломничество: история и современность
«Золотые годы мои»
Александр Михайлович Гуськов  
 
 
Я с батюшкой пробыл ровно 20 лет, с 1987 по 2007 год. В 1987 году у меня умерла мама в Мордовии, она болела. Я поехал, схоронил ее. Еще туда пока ехал курил все, нервничал очень. Вернулся, места себе не нахожу. Думаю: «У нас в доме у мамы иконки были, надо зайти в церковь». И как-то я проезжал мимо Лавры и потянуло меня туда. Подошел к свечнице, спрашиваю: «Вот у меня мама умерла, что делать надо?» Ну, она мне все объяснила, что записочку надо написать, я тогда ничего не знал. А тогда дни Пасхальные были, отдание Пасхи. И вдруг Крестный ход начинается, я хотел уйти, а это будний день был. Мне мужчина какой-то говорит: «Давай сейчас за руки возьмемся, чтобы бабушки сильно на священников не напирали, обойдем вокруг Лавры, а потом ты и пойдешь, куда тебе надо». Я согласился. Крестный ход закончился, я с этим мужчиной поделился своим горем, а он мне в ответ: «На Серафимовском кладбище есть один священник – отец Василий. Ты сходи к нему и расскажи свои беды». И объяснил мне как лучше до Серафимовского доехать. Через какое-то время я собрался, приехал на Серебряков переулок. Вышел с трамвая. Иду по кладбищу. До этого как маму схоронили, я на кладбище никогда не был. Не знаю то ли страх, то ли что, но я быстро, быстро шел и вдруг передо мной храм. Это был будний день. Я зашел, в храме пусто, только бабушка старенькая: «Вам кого?» – А можно отца Василия повидать?» Она так громко стала кричать: «Отец Василий, отец Василий к Вам молодой человек пришел».       
 
И буквально через минуты две батюшка выходит и идет ко мне, а я стою у «Знамения». Он идет такой светлый, взял меня за руку, я весь и задрожал. Мы зашли в придел, где воду светят. Сели. Я успел ему сказать буквально два слова: «Мама умерла». У меня слезы рванули. Ощущение, что он насквозь меня видит и всю жизнь мою. Я ничего больше сказать не могу. А он обнял меня и говорит: «Ходи ко мне». Дал мне Евангелие почитать, и я ушел. Ну, и стал   Евангелие читать и к батюшке ходить. Потом с дочкой старшей стали в храм ходить, жена два года не шла. А потом дочка упала в садике, и сильное сотрясение мозга было, в больнице лежала, много переживаний. После этого и жена пришла в храм. Батюшка на это сказал: «Дитя не заплачет – мать не разумеет». Я работал, сутки через трое и только отработаю, скорее бы увидеть батюшку мчался на Серафимовское. Тогда нас мало молодых в приходе было. Вот батюшка и говорит: «С вас и начнем». Потом батюшка нас в «двадцатку» взял. В храме печки еще стояли, парового не было, мы дровами топили. Помню, как дом из красного кирпича строили, котлован вырыли, солдат нагнали. В Страстную пятницу батюшка сам первый кирпичик подал, и легко пошло у нас дело. Так это в память вречалось. А потом я разболелся, болячки серьезные, операцию надо было делать. А на Украине у меня дядька мой жил, мамин брат, батюшка благословил ехать туда. Там мне врачи сразу: «Надо операцию делать». Я испугался и обратно. Приезжаю в храм, Литургия шла, батюшка служил. После подхожу к нему, а он мне: «Что же ты испугался? Ты всегда в сердце моем, я всегда с тобой». И я уже с та-кой радостью и таким облегчением поехал и вернулся только через полгода. Инвалидность мне дали. Выжил только батюшкиным молитвам, я бы без него никогда не поднялся. Отцу моему сказали: «Все, сын умирает». У меня весу было 48 килограмм. И уже у меня на родине в Мордовии папа место присмотрел, куда хоронить меня. Ну, а батюшкиными молитвами я все-таки выжил. Пока я лечился, батюшка дочку мою младшую покрестил, кумом мне стал.  
 
Помню, как батюшка самый первый приезжал в храм, на первой электричке. А уезжал последний, пока всех нас не помажет. Вот мы идем по Серебрякову переулку, по Савушкина пешком после всенощной, идем счастливые с батюшкой, толпа. Сядем на трамвай и едем, потом в метро. Мы последние с ним оставались. Выходили на Ломоносовской, я в общежитии там жил, а он еще на правый берег ехал, до Большевиков. Такие были чудесные годы – все время с батюшкой. Ну, дом тот красный приходской достроили. Кузьмич разрешил там воскресную школу. А потом как-то батюшка так ему смиренно говорит: «Пал Кузьмич, давай Саше, дадим ключи. Пускай там поночует, он там и сделает все, он умеет. Он и посторожит и присмотрит». А я до этого как-то сказал батюшке, что на КАМАЗе работать не могу больше из-за болезни своей, а он меня спросил, что я умею. Я сказал, что обувь чинить, меня дед научил. Кузьмич взял меня за руку и привел в этот дом. Снимает ключи со связки, дает мне и говорит: «Ну, выбирай место, где расположишься». Я выбрал. И все он ушел. Как ведь батюшка мог с людьми разными. Я по храму там много делал: подсвечники, кадило паял, обувь чинил и многое другое . Я три дня при храме жил в доме том ночевал, а на три в семью домой. Это батюшка с женой моей поговорил, она разрешила так. И так все годы. За двадцать лет батюшка меня ни разу не поругал, я чувствовал себя его сыном. Он всегда заботился обо мне, я с батюшкой во многих местах был.  
 
Серафимовские годы, вот эти 20 лет – золотые годы. В песне одной поется: «Молодые годы мои, годы молодые», а я переделываю ее на свой лад и пою: «Золотые годы мои, годы золотые». Я жил, как у Христа за пазухой. Три дня дома, три дня с батюшкой, сыт, обут. Потрудился, для людей сделал, для храма. Такие блага. Люди, конечно, копеечку давали, я им чинил, делал – они благодарили. Ну, вот, моя пенсия по инвалидности, да людская благодарность – так вот семья не бедствовала. И это батюшка устроил мне такую благодатную жизнь.  
 
Батюшка тоже иногда ночевал в доме. Время 12 часов ночи, а люди все идут к нему, и он всегда принимал. А мы переживали, что ему хоть немного отдохнуть бы. Там такой маленький диванчик, и как-то я хотел ему там поправить, чтобы поудобнее ему было, а он мне: «Саша, я солдат Второй мировой». Ему не надо ничего было, он подвижнически жил, как святой человек. По четыре часа спал, совсем немного ел, непритязательный.  
 
А самое главное, что было в эти годы, то что я был с батюшкой и старался делать, что он скажет, сразу. Батюшка сказал, посмотрел и идешь делаешь что нужно, уже понимаешь, что он хочет. Молиться – значит молиться, делать – значит что-то делать.  
 
Батюшку мы всегда провожали и встречали, сидели за столом, слушали его, всегда были с ним. И, поэтому, никаких вопросов не задавали, знали, что люди к нему издалека с разными бедами и скорбями приезжают, а мы тут всегда с ним. А проблемы сами решались, все как-то устраивалась. Вообще у батюшки все по порядку было, все слажено, четко, все распределено, работало, как часы. Каждый знал, что ему делать и свободно, без всякого давления. Полная гармония. По его молитвам, по его жизни, которая была примером для всех. А если он благословлял – то все... Вот у меня ни один раз так было. Принесут что-нибудь сделать, а я, например, никогда этого не делал, ну и говорю батюшке: «Я не знаю, как делать». А он в ответ: «Сделаешь», и по его молитвам все получалось.  
 
 
На его молитве все держалось. И что еще поражало, что не было у него различия между богатым и нищим, вельможей и простолюдином, губернатором и таким простым обычным человеком, как я, например. Он также говорил, с таким же уважением обращался. Для него все были дороги, ценна каждая душа. И двадцать лет я все это видел. Ведь люди постоянно шли. И насколько мы были счастливы, те кто были рядом с ним и могли слушать его. Вот сидим, например, в понедельник, он утром съездит, кого-то причастит и потом с нами завтракает. Он, конечно, часто говорил, рассказывал нам. Это были одновременно и проповедь, и рассказ, он лечил наши души. Много говорил душеспасительных бесед. После революции, войны, богоборчества, когда все души были искорежены, Господь по- слал нам батюшку, который сам видел и знал все это с детства, столько пережил и никогда не боялся говорить правду. Многие боялись, а он нет. Даже в советские богоборческие годы, всегда говорил правду, какой бы она не была. Вот такой у нас батюшка.  

[версия для печати]
 
  © 2004 – 2015 Educational Orthodox Society «Russia in colors» in Jerusalem
Копирование материалов сайта разрешено только для некоммерческого использования с указанием активной ссылки на конкретную страницу. В остальных случаях необходимо письменное разрешение редакции: ricolor1@gmail.com