Россия в красках
 Россия   Святая Земля   Европа   Русское Зарубежье   История России   Архивы   Журнал   О нас 
  Новости  |  Ссылки  |  Гостевая книга  |  Карта сайта  |     

 
Рекомендуем
Новости сайта:
Дата в истории
Новые материалы

 
 
 
 
Документальный фильм «Святая Земля и Библия. Исцеления в Новом Завете» Павла и Ларисы Платоновых  принял участие в 3-й Международной конференции «Церковь и медицина: действенные ответы на вызовы времени», проходившей с 30 сентября по 2 октября 2020 года
 
Павел Густерин (Россия). Памяти миротворца майора Бударина
 
Оксана Бабенко (Россия). О судьбе ИНИОН РАН
 

 
 
Святая Земля. Река Иордан. От устья до истоков. Часть 2-я. Смотрите новый фильм
Святая Земля. Река Иордан. От устья до истоков. Часть 1-я. Смотрите новый фильм
СВЯТАЯ ЗЕМЛЯ И БИБЛИЯ. Часть 3-я. Формирование образа Святой Земли в Библии. См. новый фильм
СВЯТАЯ ЗЕМЛЯ И БИБЛИЯ - Часть 2-я. Переводы Библии и археология. См. новый фильм
СВЯТАЯ ЗЕМЛЯ И БИБЛИЯ  - Часть 1-я Предисловие. Новый проект православного паломнического центра Россия в красках в Иерусалиме. См. новый фильм
 
 
 
Оксана Бабенко (Россия). К вопросу о биографии М.И. Глинки
 
 
 
Главный редактор портала «Россия в красках» в Иерусалиме представил в начале 2019 года новый проект о Святой Земле на своем канале в YouTube «Путешествия с Павлом Платоновым»
 
 
 
 
Владимир Кружков (Россия). Австрийский император Франц Иосиф и Россия: от Николая I до Николая II . 100-летию окончания Первой мировой войны посвящается
 
 
 
 
 
 
Никита Кривошеин (Франция). Неперемолотые эмигранты
 
 
 
Ксения Кривошеина (Франция). Возвращение матери Марии (Скобцовой) в Крым
 
 
Ксения Лученко (Россия). Никому не нужный царь
 

Протоиерей Георгий Митрофанов. (Россия). «Мы жили без Христа целый век. Я хочу, чтобы это прекратилось»

 
 
Павел Густерин (Россия). Россиянка в Ширазе: 190 лет спустя…
 
 
 
 
 
 
Кирилл Александров (Россия). Почему белые не спасли царскую семью
 
 
 
Протоиерей Андрей Кордочкин (Испания). Увековечить память русских моряков на испанской Менорке
Павел Густерин (Россия). Дело генерала Слащева
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Мы подходим к мощам со страхом шаманиста
Борис Колымагин (Россия). Тепло церковного зарубежья
Нина Кривошеина (Франция). Четыре трети нашей жизни. Воспоминания
Павел Густерин (Россия). О поручике Ржевском замолвите слово
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия).  От Петербургской империи — к Московскому каганату"
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Приплетать волю Божию к убийству человека – кощунство! 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). "Не ищите в кино правды о святых" 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). «Мы упустили созидание нашей Церкви»
Алла Новикова-Строганова. (Россия).  Отцовский завет Ф.М. Достоевского. (В год 195-летия великого русского православного писателя)
Ксения Кривошеина (Франция).  Шум ленинградского прошлого
Олег Озеров (Россия). Гибель «Красного паши»
Павел Густерин (Россия). О заселении сербами Новороссии
Юрий Кищук (Россия). Невидимые люди
Павел Густерин (Россия). Политика Ивана III на Востоке
Новая рубрика! 
Электронный журнал "Россия в красках"
Вышел осенний номер № 56 журнала "Россия в красках"
Архив номеров 
Проекты ПНПО "Россия в красках":
Публикация из архивов:
Раритетный сборник стихов из архивов "России в красках". С. Пономарев. Из Палестинских впечатлений 1873-74 гг. 
Славьте Христа добрыми делами!

Рекомендуем:
Иерусалимское отделение Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО)
Россия и Христианский Восток: история, наука, культура





Почтовый ящик интернет-портала "Россия в красках"
Наш сайт о паломничестве на Святую Землю
Православный поклонник на Святой Земле. Святая Земля и паломничество: история и современность
 
НЕФОРМАЛЫ
Групповой портрет в интерьере

     Хочется начать этот разговор с двух писем, написанных людьми, находящимися по разные стороны невидимой баррикады, но уже начинающими движение друг к другу. Движение, которое должно уничтожить разделяющую их линию.

«Наверное, во времена наших бабушек было проще. Выйдешь за околицу, сядешь на бревнышко, и никаких забот. Но скажите, где в Москве найти бревнышко, а тем более околицу? Вот и приходится нам обживать лестницы, часто холодные и неуютные.
А вы когда-нибудь пытались вникнуть в нашу жизнь, понять наши интересы? Конечно, обвинить нас легче всего, очень легко дать бессмысленный совет, как, например: собираться в другом подъезде (где тоже живут люди) или собираться у кого-нибудь дома (а вы пустите к себе домой 15–20 человек?). А у нас ведь очень интересная жизнь! Мы можем весь вечер обсуждать новый фильм или петь наши любимые песни.
Предвижу, что многие из вас скажут: «Мы в ваши годы работали и учились!» Но мы тоже работаем или учимся (многие собираются поступать в вузы), но это — днем, а вечером?
Вы считаете, что «молодежь не та»? Конечно, ведь время-то идет! А вспомните, ведь вы тоже танцевали рок, твист, пели «черного кота», хотя это и осуждалось. Посмотрите на нас внимательнее. Вы не узнаете себя в молодости? Мы — это вы, только чуть-чуть моложе, поэтому потерпите еще немного: наступила весна, и мы уходим из подъездов, а осенью на наше место придут другие.

Улыбнитесь им...
Ученица 9-го класса...»
(не важно, как ее зовут.)

     Письмо второе — от педагога с большим учительским стажем.

«Фильм «Легко ли быть молодым?» показал мне меру нашей вины перед ребятами. Более двадцати лет работая учителем в школе, преподавателем в вузе, я всегда старалась, как мне казалось, быть с ребятами честной, относиться к ним с уважением. После фильма я оборачиваюсь назад и понимаю, вижу, что уважение невозможно завоевать без полного доверия, без поощрения и стимулирования самостоятельного мышления. Весь наш учебный процесс ориентирован на повторение чужих мыслей, чужих слов, а большая жизнь отделена от жизни в учебной аудитории стеной теоретических рассуждений, которые часто плохо состыковываются с этой самой жизнью. Значит, ни мое уважение к ним, ни моя честность не были действенными, значит, я плохо готовила их к жизни?! К той самой, в которой возбужденные подростки громят вагоны, переворачивают телефонные будки или урны с мусором».

     И здесь подпись не важна. Важнее другое: мучительное осознание того, что шаг за шагом вскрываются такие глубины молодежных проблем, в которые иной раз даже заглянуть страшно. Глубины, о которых еще недавно мы вроде бы и не подозревали, завороженные радужной побасенкой о счастливом детстве, которое мы якобы создали для молодых и за которое они должны вечно благодарить нас, чувствуя себя в неоплатном долгу.

НЕ ХВАТАЕТ ДИАЛОГА
 
     Массовый гипноз не может продолжаться до бесконечности. Розовые очки разбиваются, и правда предстает во всей своей обжигающей наготе. Возникает психологический шок.
 
     В последние годы статьи и книжки о молодежи подчас напоминают сводки боевых действий. С одной стороны, скупые строки об очередных проявлениях вырывающейся из-под привычного воспитательного контроля активности молодых, действительно иногда приобретающей ошарашивающие, разрушительные формы, проходящие по статьям Уголовного кодекса. С другой стороны, упорные попытки «воспитателей» сделать вид, что ничего особенного не происходит, и тем самым спустить на тормозах выплеснувшуюся через край чрезмерную активность подрастающего поколения в надежде, что все обойдется, образуется, «стерпится — слюбится».
 
     Однако «война» затягивается, приобретает хронический характер, а кое-где и нарастает, доходя до экстремистских форм. Общество начинает требовать объяснений: что происходит? Огромные массы педагогов и родителей хотят знать: что делать? Как жить и воспитывать детей дальше? Ведь девушка — автор первого письма — абсолютно права: каждую осень на их место приходят другие, а мы так и остаемся на своих местах, мало подготовленные к новым поколенческим волнам. А ведь каждая новая из них — еще более бурная, чем предыдущие.
 
     Не хватает анализа, ясного понимания того, что происходит с нашими детьми. Такого понимания, которое позволило бы без лишних эмоций, просто по-хорошему улыбнуться друг другу и заняться не взаимными обвинениями, а совместным поиском устраивающих обе стороны решений давно наболевших вопросов. Не хватает диалога, желания и готовности выслушать друг друга, разобраться. Причем в первую очередь не хватает этого нам, взрослым. Слишком часто срываемся на крик, на истерику, на пресловутое «держать и не пущать!». От бессилия начинаем «работать» с подростками, как в старину в армии «работали» унтеры с вольноопределяющимися.
 
     Мы, взрослые, обязаны быть мудрее наших детей. Мы должны их понять и выслушать, помочь им разобраться во всем самим. Пока же этого, к сожалению, не происходит. Никак не уменьшается взаимное недовольство, раздражительность порождает ответную раздраженность, а это не лучший советчик: гнев не уживается с мудростью.
 
ОПАСНЫЙ ВОЗРАСТ
 
     Давайте разбираться.
     Более десяти лет существует в нашей речи уже знакомое всем словечко «неформалы». Пожалуй, именно в нем аккумулируется подавляющее большинство так называемых молодежных проблем. Кто же такие неформалы?
 
     Для начала ограничимся самым кратким объяснением: неформалы — это те, кто выбивается из формализованных структур нашей жизни, не вписывается в привычные правила поведения, стремится жить в соответствии со своими собственными, а не с чужими, навязываемыми извне (взрослыми, властями, обществом) интересами и готов отстаивать право на это, объединяясь с себе подобными для совместного провождения времени и реализации этих интересов.
 
     По данным многочисленных опросов Института молодежи, в городах с населением более миллиона человек к неформальным самодеятельным объединениям разных типов принадлежит 30–40% молодежи. В других, меньших по размеру городах, поселках, в сельской местности их число пока еще никем не измерено, однако известно: есть неформалы и там, и не так уж мало.
 
     Неформалы — это достаточно массовое движение, активно вовлекающее в себя не меньше половины (а по некоторым данным, и значительно больше) молодежи в возрасте от 14–15 до 18–20 лет. В следующих возрастных группах их число снижается, хотя есть неформалы и значительно более старшего возраста.
 
     В последнее время на передние позиции стали выдвигаться так называемые политические неформалы — различные самодеятельные организации и движения. Их члены объединены общими социально-политическими целями и интересами. Среди этих организаций есть как молодежные демократические, так и экстремистские (типа «Памяти», РВС, Русского национального единства). Во многих из них преобладают люди 25–30 лет и даже старше.
 
     Однако наиболее заметной средой, которая и породила на свет само слово «неформалы», были и остаются подростки. Именно в этом возрасте возникают и начинают проявляться те основы «неформальности», которые потом, при смене интересов, с возрастом, реализуют себя не только в специфически молодежных, но и в более взрослых сферах. Корни «неформальности» лежат в психологии подростка и, чуть позже, юноши. А вот пустят ли эти корни побеги, зацветут ли, определяется той социальной ситуацией и конкретными условиями, в которых живет и развивается подросток.
 
ВЕРСИЯ БУНТА
 
     Нынешнее массовое неформальное движение началось не так давно, примерно с середины 1986 года. За короткий срок оно захлестнуло страну — для молодежи из самых разных социальных групп и слоев населения быть неформалом стало престижнее и проще, чем не быть им. Основой этого движения стали многочисленные подростки — все эти металлисты, панки, любера, фанаты, рокеры, брейкеры, хиппи...
 
     Вот тогда и возник впервые в нашем обществе вопрос: что происходит? Было предложено два взаимоисключающих объяснения. Первое пугало: идет бунт неформалов! Второе успокаивало: просто возник бум вокруг неформалов.
 
     Согласно версии бунта, вначале горбачевская перестройка, а затем ельцинские реформы сломали прежние структуры, сдерживающие естественное для подросткового возраста активное и подчас агрессивное поведение. Эта агрессия грозит неисчислимыми бедами: здесь и «потрясение основ», и «раскачивание лодки», и «натравливание детей на отцов» и многие другие, столь же пугающие формулировки. По этой версии неформалы казались передовым отрядом каких-то варваров-пришельцев, свалившихся неизвестно откуда с единственной целью — погубить привычный нам образ жизни. Версия «бунта» не просто пугала — она требовала наведения порядка, усиления воспитательной работы, принятия экстремальных мер.
 
     Такое изначальное противопоставление неформалов и всего остального мира как бы поставило их вне закона: и пресса, и массовое сознание откровенно высмеивали петушиные гребни на головах панков, издевались над «африканскими судорогами» в танцах брейкеров, «веригами из чугуна» на шеях металлистов. Что уж говорить о пресловутых «всадниках смерти» — затянутых в черные кожанки лихих ночных наездниках на мотоциклах без номеров и глушителей?! Эти воспринимались просто как исчадия ада, сошедшие со страниц Апокалипсиса.

     «Бунт» (правда, до сих пор точно не известно, благодаря чьим усилиям) стал принимать зловещие формы. По Москве поползли драматические слухи о массовых побоищах между «люберами» и «металлистами». Наряды родителей стали дежурить у школ, встречая и оберегая своих детей от рокового влияния неформалов. Была введена практика постоянного дежурcтва учителей в школах в вечернее время. Милиция браво рапортовала о десятках и сотнях задержанных, однако гуманно отпущенных после разъяснительной работы подростков. Все это взвинчивало общественное мнение, но никак не способствовало реальному пониманию проблемы.
 
     Не могу отделаться от мысли, что кому-то был нужен, удобен и выгоден этот бунт неформалов. Он отвлекал общественное мнение от многих других проблем; он формировал откровенный «образ врага», с которым надо бороться; наконец, он в скрытой форме предупреждал о тех опасных последствиях, к которым приведут революционные изменения в нашем обществе: смотрите, мол, что дала ваша демократизация, то ли еще будет!
 
     Однако версия бунта продержалась сравнительно недолго. Хотя и до сих пор у нее есть достаточно влиятельные сторонники, в массовом сознании вскоре стало распространяться иное объяснение происходящего: никакой это не бунт — это наши с вами дети, нельзя же и впрямь воевать с ними, обвиняя в каком-то злонамеренном вредительстве. Это просто бум, созданный отдельными журналистами и подхваченный теми, кто не сумел или не захотел вникнуть в проблему.
 
ВЕРСИЯ БУМА
 
     Увидев, что пропаганда бунта лишь увеличивает число неформалов и привлекает к ним внимание, показывая полное бессилие административно-репрессивной педагогики, несостоятельность используемых приемов и методов социализации подрастающего поколения, наша воспитательная система (и многие из нас вместе с ней) шарахнулась в противоположную сторону. «Ничего страшного: перемелется — мука будет», — этими и подобными успокоительными словами прикрывали мы собственную несостоятельность, страх и нежелание заглянуть в глубину открывшихся проблем. Отгородившись от реальной жизни, многие педагоги и воспитатели тем самым оберегали свой покой и благополучие.
 
     Неформалы стали «милыми детками», лишь слегка «отбившимися от рук». Появились образы обаятельных «злоумышленников», готовых тут же исправиться под благотворным влиянием нашей «перестроившейся» воспитательной системы. Брейкеры стали модными танцорами-спортсменами, металлисты превратились в трогательных меломанов, которым просто не посчастливилось в детстве послушать достаточное количество классической музыки, наконец, мотоциклистов в черном записали в клубы ДОСААФ. Вывод был прост: да, некоторый бунт имел место, но теперь уже все хорошо.
 
     Опять не могу отделаться от той же навязчивой мысли: ведь и это кому-то нужно, удобно и выгодно. Версия бума успокаивает общественное мнение, и без того взвинченное трудностями повседневной жизни; она создает иллюзию мира и полного единодушия в обществе — получается, что все у нас хорошо, все довольны и нет никакого противодействия устоявшемуся образу жизни; наконец, эта версия укрепляет веру в замечательные возможности нашей воспитательной системы, которая так быстро и эффективно разъяснила все обществу и избавила его от напрасных волнений.
 
В ФОКУСЕ ВНИМАНИЯ
 
     Обе версии односторонние. А раз так, значит обе они далеки от истины. Хотя, спору нет, в каждой из них есть определенное рациональное зерно, которое нельзя упускать в полемике.
 
     В пользу бунта говорит то, что отдельные ветви неформального движения действительно растут в сторону экстремизма. Те, кто еще недавно скандировал, стоя в толпе, слова известного шлягера советского рока «Мы хотим перемен!», подымая в такт руку со сжатым кулаком, сегодня вдруг стали обнаруживаться среди участников националистических митингов и в молодежной преступной среде. Тревожные события в Казани (где неформалы использовали самодельное оружие, включая и гранаты) вписываются в данную версию, как и своего рода нашествие той же казанской молодежи, специализирующейся ныне на грабежах в московском метро.
 
     Тенденция неформальности такова, что она при определенных условиях, в определенной ситуации действительно может стать опасной. Однако «может» не значит «должна», не значит «станет». Считаться с такой возможностью нужно, но именно для того, чтобы заблаговременно создать условия, при которых она не осуществится. Причем достичь этого не репрессивными, а иными, подлинно воспитательными действиями.
 
     В пользу бума говорит то, что в общем-то все обстоит далеко не так драматично. Действительно, поудивляв и попугав немного консерваторов экстравагантностью причесок, одежды и действий, неформалы сами стали как бы уставать от этой показухи и перешли к реальной деятельности — соответствующей их интересам, но не противоречащей тем «основам», потрясения которых боялся обыватель. И они, и мы сами стали несколько терпимее друг к другу: они добились желаемого и самоутвердились, мы же просто привыкли и смирились с тем, что прежней, какой она была в их отсутствие, жизнь уже не будет.
 
     Однако возникшее психологическое облегчение, своего рода разрядка межвозрастной напряженности, не снижает внимания к неформалам. Именно теперь оно может и должно углубиться до понимания объективных причин и возможных следствий этого явления.

СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ДЕТЕКТИВ
 
     Познание любого социального явления включает несколько этапов. После простого, во многом эмоционального описания следует поиск словесного определения для обозначения описываемого. От картинок «странных молодых людей» пришли к слову «неформалы». Все острее потребность в третьем этапе, аналитическом. Его развитие — показатель зрелости общества.
 
     Неформалы... Отношение их самих к этой кличке (да-да, именно так они воспринимают это полюбившееся нам словцо) сугубо однозначное — самым мягким в ответ может быть, пожалуй, словечко «официал».
 
     Называют они себя по-разному — в зависимости от излюбленного увлечения. Обобщать пробуют редко — гордятся именно своей особенностью, отличностью от других. У большинства из них сегодня еще нет четкого самосознания, однако потребность в нем постепенно нарастает.
 
     После первоначального противопоставления себя всему обществу они начали понимать, что подобное обособление не всегда продуктивно: трудно жить в обществе и быть полностью свободным от него. Даже если ты не согласен с ним и хочешь что-то переделать, придется вступать с этим обществом в активное взаимодействие. Для этого же необходимо осмыслить свое место в обществе, определить себя и свои цели.
 
     Сегодня неформалы встают перед проблемой трансформации из «движения в себе» в движение для всего общества. Поэтому вполне реально строительство моста между «ними» и «нами». Взаимопонимание же должно начаться с анализа проблемы, в котором одинаково заинтересованы оба берега.
 
     Разумеется, автор не претендует на то, чтобы решить все вопросы, связанные с неформальным движением. Задачи данного разговора более конкретные: попытаться рассмотреть социально-психологические механизмы, лежащие в основе неформального поведения; увидеть каждую из многообразных неформальных молодежных групп изнутри, поняв те психологические особенности, которые движут ее членами; вникнуть в отдельные примеры возникшего диалога и подумать о том, как развить и углубить такое сотрудничество; уяснить, в чем именно неформалы могут оказать нам неоценимую помощь.
 
Дмитрий Ольшанский,
доктор политических наук,
кандидат психологических наук,
директор Центра стратегического анализа и прогноза
 
 
По материалам сайта "1-е сентября"
 
 

[версия для печати]
 
  © 2004 – 2015 Educational Orthodox Society «Russia in colors» in Jerusalem
Копирование материалов сайта разрешено только для некоммерческого использования с указанием активной ссылки на конкретную страницу. В остальных случаях необходимо письменное разрешение редакции: ricolor1@gmail.com