Россия в красках
 Россия   Святая Земля   Европа   Русское Зарубежье   История России   Архивы   Журнал   О нас 
  Новости  |  Ссылки  |  Гостевая книга  |  Карта сайта  |     
Главная / История России / Реалии советского времени / ПОСЛЕВОЕННАЯ РЕАЛЬНОСТЬ / Несколько замечаний по поводу деятельности Л. П. Берии после смерти И. В. Сталина. Петр Вагнер

ПАЛОМНИКАМ И ТУРИСТАМ
НАШИ ВИДЕОПРОЕКТЫ
Святая Земля. Река Иордан. От устья до истоков. Часть 2-я
Святая Земля. Река Иордан. От устья до истоков. Часть 1-я
Святая Земля и Библия. Часть 3-я. Формирование образа Святой Земли в Библии
Святая Земля и Библия. Часть 2-я. Переводы Библии и археология
Святая Земля и Библия. Часть 1-я Предисловие
Рекомендуем
Новости сайта:
Новые материалы
Павел Густерин (Россия). Взятие Берлина в 1760 году.
Документальный фильм «Святая Земля и Библия. Исцеления в Новом Завете» Павла и Ларисы Платоновых  принял участие в 3-й Международной конференции «Церковь и медицина: действенные ответы на вызовы времени» (30 сент. - 2 окт. 2020)
Павел Густерин (Россия). Памяти миротворца майора Бударина
Оксана Бабенко (Россия). О судьбе ИНИОН РАН
Павел Густерин (Россия). Советско-иракские отношения в контексте Версальской системы миропорядка
 
 
 
Ксения Кривошеина (Франция). Возвращение матери Марии (Скобцовой) в Крым
 
 
Ксения Лученко (Россия). Никому не нужный царь

Протоиерей Георгий Митрофанов. (Россия). «Мы жили без Христа целый век. Я хочу, чтобы это прекратилось»
 
 
 
 
Кирилл Александров (Россия). Почему белые не спасли царскую семью
 
 
Владимир Кружков (Россия). Русский посол в Вене Д.М. Голицын: дипломат-благотворитель 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Мы подходим к мощам со страхом шаманиста
Борис Колымагин (Россия). Тепло церковного зарубежья
Нина Кривошеина (Франция). Четыре трети нашей жизни. Воспоминания
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). "Не ищите в кино правды о святых" 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). «Мы упустили созидание нашей Церкви»
Популярная рубрика

Проекты ПНПО "Россия в красках":
Публикации из архивов:
Раритетный сборник стихов из архивов "России в красках". С. Пономарев. Из Палестинских впечатлений 1873-74 гг.

Мы на Fasebook

Почтовый ящик интернет-портала "Россия в красках"
Наш сайт о паломничестве на Святую Землю
Православный поклонник на Святой Земле. Святая Земля и паломничество: история и современность
 
Несколько замечаний по поводу деятельности Л. П. Берии после смерти И. В. Сталина*
 

Несмотря на когда-то известный горбачeвский тезис о необходимости заполнить белые пятна советской истории, картина русского послевоенного развития скорее эскиз, который ещe требует приложения немалых усилий, чтобы составить представление о новейшей советской, или российской истории. Очевидный прогресс в исследовании послевоенной советской истории не сделал менее актуальным ироническое выражение о Советском Союзе как стране непредсказуемого прошлого. Это непредсказуемое прошлое по-прежнему обращается в различных вариантах и контекстах к современности. Внимание, например, привлекают попытки некоторых современных русских авторов переписать портрет Лаврентия Павловича Берии, считающегося одним из самых больших злых гениев современной русской истории. Эти попытки вызвали в профессиональных кругах дискуссии - каково было реальное лицо Берии1.

Публикации целого ряда мемуаров, в связи с частичным открытием советских архивов доступность двух основных документов по истории тогдашнего СССР: стенографических записей с заседания пленума ЦК КПСС в 1953 и 1957 годах,2 стали исходным материалом для этой работы. С этими документами кроме новой информации связана и основная методологическая дискуссия: чему здесь можно или нельзя верить. Речь идeт об официальных документах, запечатлевших переговоры высшего управления страны. Тем не менее, в результате целого ряда причин здесь часто использовался вымысел. Позиции отдельных выступающих могли быть и были очень далеки от тех, которые они занимали ещe за несколько дней до переговоров. Борьба была за жизнь и за функции, а в таком бое было позволено всe. Тем не менее, благодаря целому ряду русских и зарубежных историков3 создана солидная основа для дальнейшего исследования этого сложного периода, изучение которого продвинется вперeд открытием новых документов. Эта работа ставит перед собой цель обратить внимание на некоторые моменты, о которых стоит задуматься, чтобы наше представление о данном периоде стало более полным.

Неожиданно быстрый конец

После сообщения о смерти Сталина, Советский Союз залился слезами. Кто-то откровенно скорбел и с опаской думал о безнадeжной будущей судьбе народа, который потерял заботливого и мудрого отца. Кто-то плакал от счастья и надежды встретится со своими близкими, которых потерял в круговороте чисток, сопровождающихся тезисом об обостряющемся классовом бое. Народ стоял в огромных очередях перед Колонным залом, чтобы увидеть лицо вождя. А чувства были столь же противоречивые, как и при известии о смерти Сталина. Кто-то шeл проститься с недостижимым гением, кто-то шeл убедиться, что чудовище действительно мeртво и речь не идeт о какой-то мерзкой игре, которая должна принести народу новое испытание.

Первая и вторая группа одинаково задавали себе вопрос, что будет дальше. Моментальное, можно даже сказать шизофреническое расположение мыслей советских граждан после смерти Сталина удалось поймать в своих мемуарах академику Сахарову: "Это было потрясающее событие. Все понимали, что что-то вскоре изменится, но никто не знал - в какую сторону. Опасались худшего (хотя что могло быть хуже?..). Но люди, среди них многие, не имеющие никаких иллюзий относительно Сталина и строя, - боялись общего развала, междоусобицы, новой волны массовых репрессий, даже - гражданской войны."4В то время как люди на мрачных улицах русских городов медленно привыкали к новой реальности, а в головах у них бродили ещe недавно еретические мысли, управление страны готовилось к следующему бою за власть. Фатальный вопрос кто кого, сопровождающий смерть диктатора, был поставлен и ждал своего решения. Кандидатов на осиротевшее высшее место было сразу несколько, но наиболее выигрышной казалась позиция министра внутренних дел Берии. Он действительно мог иметь и имел самые большие надежды. Интрига, тем не менее, разрешилась по-другому. Кажущийся неприкасаемым и всемогущим Берия был, после периода некоторых сомнений и зондирования ситуации, ликвидирован со скоростью молнии.

Первые несколько недель после смерти Сталина не свидетельствовали о таком развитии. Берия кипел энергией, о чeм свидетельствуют инициативы, которые в форме "записок" передавал в Президиум Центрального Комитета КПСС (ПЦК КПСС). Эти записки, подававшиеся от марта до июня 1953 года, были нацелены на исправление части репрессий, которые были проведены в период правления правительства Сталина, а так же касались некоторых других вопросов. Изменение ряда этих инициатив в постановлении ПЦК КПСС свидетельствует о силе позиции Берии. Но за кулисами уже подготавливалось его отстранение. Почему попытка некоторой демократизации общества в СССР должна была начаться ликвидацией именно Берии?

Ключевую роль здесь сыграл страх от власти Берии и опыт его деятельности бок о бок со Сталиным. Боязнь Берии не была делом лишь его ближайшего партийного окружения, его боялась вся страна, "для всех Берия - это символ угрозы, превращения в "лагерную пыль" по его воле."5 Его непосредственные конкуренты имели к тому же неприятный опыт с НКВД со времeн, когда во время большого террора занимали партийные функции, а НКВД следил за каждым их шагом. Деятельность Берии после смерти Сталина давала возможность ясно предположить, что он метит из Министерства внутренних дел к высшим постам, и грозила возможностью продолжения сталинской практики. "Берия начал создавать поддержку в республиках, для этого он использовал их националистические чувства и использовал силы КГБ. Тогда он задумал освободить некоторых заключeнных, а потом хотел обвинить своих коллег, посадить их и начать новый период чисток и жестокости, которые были при Сталине. Отец сказал, что знал Берию. Знал, что его ничего не остановит при попытке получить высшую власть. Отец этого действительно боялся и думал, что жизни большинства членов руководства в опасности"6. Берия понимал свою силу, ему удалось развесить свою паутину практически везде, где ему было необходимо.7 Поэтому приобрeл чувство, что контролирует ситуацию. Величину страха от бериевской силы и страх от конфронтации с ним отражают написанные позже мемуары Хрущeва, где подробно описано, как конспиративно и с какими проблемами создавалась противобериевская группа, которая до самого конца абсолютно не верила в успех своего начинания: "А кто именно его задержит? Наша охрана подчинена лично ему: Как только мы поднимем наш вопрос, Берия прикажет охране нас самих арестовать. Тогда мы договорились вызвать генералов."8

Страх, который вызывал Берия, парализовывал его ближайших товарищей. Главы хрущeвских мемуаров, касающиеся этой стороны, сильно напоминают вид несчастного кролика, смотрящего в глаза огромному питону. Запись разговора Хрущeва с Маленковым более чем показательна: "Неужели ты не видишь, куда клонится дело? Мы идем к катастрофе. Берия подобрал для нас ножи. Маленков мне: "Ну, а что делать? Я вижу, но как поступить?"9 Был это именно страх, который привeл Хрущeва, Маленкова, Молотова и других к действию.10 Берия им демонстрировал свою силу, они знали, что он против них собирает доказательства, укрепляет свои позиции в союзных республиках. День перед его задержанием, дал Маленкову более-менее ясно понять, что может в ближайшем будущем он будет привлечен по "ленинградскому" делу.11 Все эти скрытые и открытые угрозы, наконец, соединили перепугавшееся руководство в единую, более-менее решительную стаю.

Берия к тому же всех явно недооценил, ни кого из них не считал реальным соперником. Прежде всего, сильно недооценил Хрущeва, который также как и он, желал власти и на еe получение имел, в соответствии со своим положением в партийном аппарате, очень хорошие перспективы. "Как два хищника, они всматривались друг в друга, принюхивались друг к другу, обхаживали друг друга, пытаясь разгадать, не совершит ли другой свой победоносный прыжок первым, чтобы смять противника и перегрызть ему горло."12 Берия, благодаря убеждению в своeм доминировании и неспособности остальных, оказался в очень невыгодном исходящем положении. Хрущeва принимал за " круглорожего сиволапого дурачка, которого ему, Берии, мастеру интриги, проще простого удастся обвести вокруг пальца."13 Напротив, Хрущeв понимал в чeм сильные и слабые стороны Берии и мог в свой план внести все необходимые компоненты, что сыграло в его пользу. Его ключевую роль в ликвидации Берии не оспаривает ни кто из его сотрудников, не смотря на то, что с рядом из них он порвал отношения.14

Арест был для Берии шоком, из которого ему не удалось выйти и в первые дни своего заключения, когда им завладел панический страх. Страх был естественно больше, так как он мог достаточно точно представить, что его ожидает. Его письма из заключения, направленные в ЦК КПСС, являют собой смесь ужаса и лести. Они с беспощадной открытостью повествуют об отношениях между коммунистической верхушкой того времени, где эти два феномена присутствовали повсюду.15 Арест произошeл на заседании пленума центрального комитета 26 июня 1953 года, несмотря на то, что против Берии не было вынесено ни каких конкретных обвинений.16 Его противники это понимали. Сначала даже Хрущeв говорил только о "задержании" в интересах последующего расследования: "Я говорил "задержать" потому, что у нас прямых криминальных обвинений в его адрес не было. Я-то мог думать, что он был агентом мусаватистов, но об этом говорил Каменский. И такие факты никем не проверялись."17 Предполагалось лишь отстранить от должности, которую он занимал. Против этого был будто бы Молотов, который боялся оставить Берию на свободе: "Берия очень опасен, и я считаю, что надо пойти на более крайние меры."18

Выступление против Берии было, прежде всего, профилактическим мероприятием. Парадоксально, его растущая власть одновременно стала причиной его конца. Противники Берии ударили в тот момент, когда он ещe не успел перевести персонал Министерства внутренних дел на свою сторону и под свой контроль. К тому же имел слабые позиции в партийном аппарате, сложными были его отношения с армией.19 Быстрое проведение операции парализовало действие созданных Берией точек опоры, которые очевидно ещe не были настолько сильны, чтобы ему предоставить реальную опору. Спокойствие после ареста Берии дало возможность участникам переворота размышлять о его полной ликвидации, которую без больших проблем реализовали. В интересах боя против рецидивизма сталинизма Берия был ликвидирован чисто по-сталински: на основе сфабрикованных обвинений, судом без свидетелей и его судьба злополучно задела семью и родственников.

"Вина" маршала

Обвинение, вынесенное против Берии, поднимает вопрос: возможно ли считать за оправдание хрущeвское высказывание, что Берия замышлял вернуть СССР к капитализму: "К рубежу 50-х годов у меня уже сложилось мнение, что, когда умрет Сталин, нужно сделать все, чтобы не допустить Берию занять ведущее положение в партии. Иначе - конец партии. Я считал тогда, что могла произойти утрата всех завоеваний революции, так как Берия повернет развитие с социалистического на капиталистический путь."20 В интерпретации Хрущeва обвинение в предательстве социализма может означать только обвинение в высшем грехе, поскольку если Берия действительно к чему-то стремился, так это к установлению собственного правительства, а не к смене политической системы. В остальном, его усилия не были слишком далеки от рассуждений других членов узкого руководства, прежде всего Хрущeва.

Обвинение Хрущeва можно рассматривать и как свидетельство того, что Берия думал о реформах советского общества. Можно ли вообще раскрыть, каковы были его реальные намерения? Главным источником информации для нас и сейчас остаются его инициативные предложения, запись заседания июньского Пленума ЦК КПСС и пункты судебного обвинения, которые необходимо очистить от сильного налeта всевозможных вымыслов и лжи. Берия был обвинeн, что пытался "поставить Министерство Внутренних дел над партией и Правительством для захвата власти, ликвидации советского рабоче-крестьянского строя, реставрации капитализма и восстановления господства буржуазии."21

С этой целью он продвигал на важные посты своих соратников В. Меркулова, В. Деканозова, Б. Кобулова, С. Гоглидзе, П. Мешика и Л. Влодзимерского, совместно с которыми отстранял, прежде всего, честных работников Министерства внутренних дел, которые могли противостоять их нечистым умыслам.

Был признан, по крайней мере, тройным шпионом. Сначала, якобы, в 1919 году работал агентом контрразведки мусаватистского правительства в Азербайджане, годом позже сотрудничал в Грузии с охраной меньшевистского правительства, которая была филиалом английской разведки. Наконец, в последующие годы, поддерживал связь с заграничными разведками. Его деятельность должна была завершиться после смерти Сталина, когда он надеялся "на общую активизацию реакционных империалистических сил против Советского Союза."22 Судебное разбирательство открыло его глубокое моральное падение. Далее, якобы, со своими соучастниками пытался "активизировать остатки буржуазно-националистических элементов в союзных республиках, посеять вражду и рознь между народами СССР и, в первую очередь, подорвать дружбу народов СССР с великим русским народом."23 С целью создания проблем в области снабжения населения, всевозможными способами саботировал реализацию мероприятий партийных органов в этой области.

Берия был признан виновным "в измене Родины, организации антисоветской заговорщической группы в целях захвата власти и восстановления господства буржуазии; в совершении террористических актов против преданных Коммунистической Партии и народам Советского Союза политических деятелей."24 Приговор был наполнен всевозможными мыслимыми грехами, но кроме приведeнных соответствующих параграфов Уголовного кодекса РСФСР не содержал не единого достаточно конкретного обвинения. Например, кого из честных и преданных товарищей Берия и компания устранили (здесь, кроме одного случая, ничего не сообщает и Хрущeв, который, однако, не оставляет на Берии живого места), или в каких республиках активизировались остатки буржуазии и т.д. Суд не видит необходимости в конкретике, по крайней мере, при вынесении приговора.

Заседание пленума ЦК КПСС было более конкретно. Вина Берии прописана глубже. Хотя заключительное постановление скорее говорит об успехах строительства социализма и Западе, мечущемся в глубоком кризисе, нежели о преступлениях Берии, всe-таки оно содержит некоторые новые обвинения. Прежде всего, здесь подчeркнута его заграничная политическая деятельность - предложение к новому подходу к ГДР, которое ставило под сомнение смысл строительства социализма в этой стране и попытка наладить контакты с Югославией. Далее, отмечена критика Берией политики партии в отношении союзных республик и его вражеская позиция к колхозному способу ведения хозяйства, как в дружеских странах, так и в самом СССР.

На основе этих обвинений был еретик отлучeн от церкви и предан советскому правосудию. Пленум ЦК КПСС постановил "за предательские действия, направленные на подрыв Советского государства, исключить Л.П. Берия как врага партии и советского народа из членов Коммунистической партии Советского Союза и передать суду."25 Постановление пленума было формой доверительного письма, посланного партийным организациям, общественность была информирована короткой статьeй в Правде (10.07), где хотя и было отмечено, что Берия был исключeн из КПСС, не было и намeка на то, что он будет поставлен перед судом.

За исключением обвинений в сотрудничестве с иностранными разведками и никак подробно не конкретизированных попыток обмануть товарища Сталина, в заключение пленума нет никаких критических замечаний против деятельности Берии до 1953 года. В 1953 году ни на Сталина ни на судей Берии не должна была упасть тень. Поэтому его деятельность в 30-х годах осталась в стороне заседания пленума. Обвинение в участии в репрессиях было использовано уже в следующем круге боя за власть, когда встретились Хрущeв с Молотовым, Маленковым и Кагановичем. Каганович, защищаясь против обвинения в участии в репрессиях, которое выдвинул Г. Жуков, как раз использовал аргумент, что в репрессиях принимало участие всe руководство: "Каганович: Обстановка была острая, мы действовали очень быстро, и то, что тов. Жуков вытащил фамилии только двух-трех, которые подписывали документы, а другие не упоминает, - это фракционный маневр. Вот где фракционность. Топите тех, кого выгодно, и замалчиваете о других. Все Политбюро. А тройки областные - во всех областях были тройки во главе с секретарeм обкома. Хрущeв: Кто учредил этот преступный порядок создания этих троек? Все, кто входил в эти тройки, расстреляны. Каганович: Не все. Хрущев: Абсолютное большинство расстреляно. Каганович: А Вы разве не подписывали бумаги о расстреле по Украине?"26 Защита Кагановича, обоснованно указывающая на коллективную вину, не имела ни малейшего шанса на успех, как было на "маскировочных" пленумах традицией, виновен был всегда самый слабый, хотя рыльце в пуху было у всех примерно одинаково.

На удивление, в обвинении против Берии нет также и упоминания о его размышлениях разделить полномочия между партией и правительством. Это тем более удивительно, что сам Берия в письме из заключения считает именно эту мысль за одну из главных больших ошибок: "поступок мой при приеме венгерских товарищей, ничем не оправданный. Предложения о Надь Имре, должен был не я или кто иной вносить, а тебе надо было сделать, а тут я выскочил идиотски, кроме того, наряду с правильными замечаниями я допустил вольность и развязность, за что, конечно, меня следует крепко взгреть."27 Когда в Советском Союзе заседала высшая венгерская делегация (12. 06.1953) о разделении функций на высших местах в Венгрии, после "взрыва" Хрущeва, Берия на эту тему с пренебрежением отметил: "Что ЦК? Пусть Совмин решает, а ЦК пусть занимается кадрами и пропагандой."28

Хрущeв, также как и Молотов, на пленуме этот момент отмечает.29 Вопрос неуважения ведущей роли партии на заседании ещe появляется неоднократно, тем не менее, заключительное постановление эту серьeзную вину против самой сути коммунистической диктатуры не содержит. Оно лишь констатирует факт, что Берия направлял органы Министерства внутренних дел против партийного аппарата.30 Видимо это объясняется опасением руководящих лиц того, что эта мысль может стать предметом внутрипартийных дискуссий. В остальном это проявилось на пленуме в Маленковском молчании на эту тему, поскольку его мнение о роли партии было в пользу большего разделения полномочий между государственным и партийным аппаратом.31

Тренд повышения правомочий государственных органов был в обсуждении высших советских руководителей заметен сразу после смерти Сталина. Когда выбирались рычаги, которые считались самыми выгодными для приближающегося боя за власть, основное внимание было направлено, прежде всего, на государственный аппарат.32 Партийные структуры оставили в стороне и доверили их Хрущeву. О предпочтении государственного аппарата перед партийным свидетельствует и повышение зарплаты госслужащим (26.05 и 13.06 1953), (тогда как партийному аппарату повышена не была). Ряд госслужащих имели зарплату выше.

Хрущeв, однако, понял, какая власть ему попала в руки и из партийного аппарата, не смотря на то, что был лишь вторым человеком, после Маленкова, создал плацдарм для боя за власть и максимально его использовал. Июльский пленум ещe заметно усилил роль КПСС, что себя оправдало в дальнейших стычках за власть. Для Берии, наоборот, слабая позиция в партийном аппарате стала судьбоносной.

Саботажник?

Из различных доступных материалов, можно достаточно убедительно доказать, что ключевым поводом, ведущим к ликвидации Берии, был страх, который он вызывал у своего окружения. Свою роль здесь сыграли и реальные опасения, и определeнная демонизация Берии. К тому же Берия подходил на роль жертвенного барашка. И речь вовсе не шла о чисто политических обвинениях. Безусловно, необходимо уделить больше внимания кажущемуся несущественным обвинению Берии в тяжeлой ситуации в советском сельском хозяйстве. Это обвинение, в отличие от других, относящихся к персоне Берии, попало даже в заключительное постановление перед всеми остальными обвинениями, за исключением ситуации в Министерстве внутренних дел. Это нескрываемая нелогичность постановления привлекает внимание.

Введение постановления обширно описывает успехи при строительстве социализма, рост экономики, но именно в главах, посвящeнных Берии, зазвучит фальшивая нота, из которой можно понять, что с сельским хозяйством всe не так, как должно бы было быть: "еще при жизни И.В. Сталина и в особенности после его кончины под разными вымышленными предлогами всячески тормозил решение важнейших неотложных вопросов по укреплению и развитию сельского хозяйства. Теперь несомненно, что этот подлый враг народа ставил целью подрыв колхозов и создание трудностей в продовольственном снабжении страны."33

Эта тема несколько раз повторяется на заседании пленума, немалое внимание ей уделяют в своих выступлениях, прежде всего, Хрущeв и Микоян.34 И это не удивительно. СССР не был далек от продовольственного кризиса, а при известной русской страсти искать виновных, было ясно, что если ситуация дойдeт до определeнного конца - полетят головы. Что касается сельского хозяйства, именно Хрущeв и Микоян здесь несли определенную часть ответственности. Хрущeв был назначен 11.12.1952 председателем комиссии, которая должна была реализовывать постановления бюро президиума ЦК "О составе комиссии для выработки конкретных мероприятий для обеспечения дальнейшего развития животноводческого производства", а Микоян отвечал за работу Экономического совета. Оба на заседании объясняют, что именно они хотели сделать, и как им в этом мешал Берия. Он хотя и являлся членом Хрущeвской комиссии, (был в неe назначен в феврале 1953 года вместе с Маленковым), виновных нужно было бы искать в другом месте. Если бы дело дошло до обострения ситуации и использования еe во внутрипартийном бое, головы министра сельского хозяйства Бенедиктова, с большой вероятностью, было бы недостаточно. А Берия, без каких -либо сомнений, имел в руках точные данные, как действительно обстоят дела с экономикой Советского Союза, идущего от успеха к успеху. Впрочем, пленум его несколько раз осудил за получение информации с помощью структур МВД, в обход партийного аппарата. Кажущееся несущественным обвинение в саботаже в сельском хозяйстве здесь могло иметь немалое значение, особенно, если ситуация была действительно на грани.

У Советского Союза периодически возникали проблемы с обеспечением достаточным количеством продовольствия в период между двумя войнами и в первом десятилетии по окончании второй мировой войны. В 1953-1954 годах ряд предписаний и постановлений ЦК КПСС касается ситуации в сельском хозяйстве, но ситуация не очень улучшалась.35 Маленков говорил об очень серьeзной ситуации, а Хрущeв даже на пленуме ЦК в сентябре 1953 года констатировал, что ситуация в некоторых областях сельского хозяйства (животноводстве) хуже, чем до революции. Сентябрьский пленум постановил план на 1954 год в животноводстве. Некоторые параметры удалось выполнить, но, не смотря на некоторые улучшения, производство в животноводстве не удовлетворяет растущие потребности населения.36

После неурожая 1953 года, была очень серьeзная ситуация и в производстве злаковых культур. Жителям деревень даже приходилось ездить покупать хлеб в города. СССР практически исчерпал внутренние запасы и, по словам Хрущeва, грозил голод. Хрущeвская критика ситуации с обеспечением основными продуктами продовольствия на сентябрьском Пленуме ЦК КПСС преследовала и чисто политическую цель, поскольку также была направлена против председателя правительства Маленкова, который на 19 съезде КПСС отметил, что проблемы с пшеницей раз и навсегда решены.

Ситуация после смерти Сталина достаточно парадоксально обострялась в сторону некоторой либерализации системы, которая вела к тому, что советские граждане начали поднимать головы и задавать вопросы: "Можно спросить, как это так, что при Сталине было достаточно два миллиарда (пудов пшеницы, т.е. приблизительно 33 мил. тонн), когда всего лишь пару лет после его смерти недостаточно трeх миллиардов? Объяснение простое. Как только Сталин умер, рты людей перестали быть закрыты. Начали более открыто заявлять о своих требованиях, без того, чтобы нервно оборачиваться через плечо, в страхе, что кто-нибудь их захочет бросить в тюрьму".37 В этой ситуации Берия очень хорошо подходил как главный виновник проблемы. Как вытекает из речи Хрущeва на Пленуме, занимающемся делом Берии, руководство КПСС боялось возможности начала восстания недовольного населения, что также ставилось в вину Берии: "Он провокатор. Я даже думаю, что он считал, что если где-нибудь восстание будет, то это лучше." Это было не только обвинением, но и выражением страха, что до чего-то подобного могло дойти. Когда отдельные выступающие исправляли свои доклады для официальной записи, которая была разослана партийным организациям, Хрущeв слова о восстании заменил формулировкой "если где-нибудь возникнут осложнения на почве недовольства населения."38

О том, что новое руководство понимало, на сколько ситуация серьeзна, свидетельствуют некоторые шаги в экономической области, направленные хотя бы на временное успокоение недовольства населения. Уже 1 апреля было объявлено о понижении цен на продовольственные и потребительские товары, 8 августа на заседании правительства принят курс на развитие производства товаров народного потребления. Однако, прежде всего, новый экономический курс был направлен на сельское хозяйство. Закон о сельхозналогах снизил налог в два раза. Были списаны долги, повышены заготовительные цены ("повышение заготовительных цен в 1953 г. привело к огромному росту сельскохозяйственного производства и заготовок. Тогда вдруг все у нас появилось."39). Повышалась разрешаемая площадь приусадебных участков. Правительство воевало за время, и в рамках нового экономического курса, ему это удалось. Персонализация проблемы также облегчала положение. На основной вопрос российской истории "кто виноват?" был снова, к глубокому удовлетворению руководства, найден ответ.

Розыгрыш республиканской карты

На пленуме не было в деталях разобрано обвинение в попытке Берии "подорвать дружбу народов СССР с великим русским народом", поскольку некоторые его мысли на эту тему, не смотря на цель их высказывания, могли найти и находили резонанс в союзных республиках. Об этом свидетельствуют очень кающиеся, или наоборот, очень агрессивные выступления представителей тех союзных республик, которых касались инициативы Берии,

После смерти Сталина, Берия предложил изменения прежде всего в персональной политике в отношении некоторых союзных республик. Его внимание было направлено на Украину, Белоруссию и Литву. Объяснения причин, обоснованных однозначными доказательствами, приведших к этому шагу, который бы мог означать прорыв в способе поведения центра в отношении союзных субъектов, на сегодня нет. Руководство КПСС вначале предложения Берии утвердило. Они стали основой для постановления президиума ЦК КПСС. Но на июльском Пленуме всe было сметено со стола и связано с подготовкой переворота, который Берия, якобы, готовил.

Этот вариант действительно нельзя исключить, поскольку в выше указанных союзных республиках он начал проводить персональные изменения в структурах республиканских МВД. По его инициативе были смещены ведущие представители республиканских партийных органов. Берия их пытался заменить местными силами, нередко людьми, которые имели какую-то связь с ним. Эти перемещения на ключевых местах могут действительно привести к выводу, что он подготавливал точки опоры в важнейших союзных республиках для возможных акций в Москве. Найти достаточное количество людей в союзных республиках, у которых вызывало отвращение господство великорусского элемента, не было проблемой, также как не было проблемой дать выделиться людям из своей гвардии.

Остаeтся фактом, что в течении короткого периода были на основе постановления Президиума ЦК КПСС смещены высшие партийные представители в Белоруссии и на Украине. Их работу президиум оценил как неудовлетворительную.40 Изменения в структурах министерства внутренних дел были более массивными. На Украине, в Белоруссии и Литве были практически полностью заменены все начальники областных управлений МВД, на Украине люди Берии также были посажены на высшие посты. Министром внутренних дел стал П. Мешик, заместителем С. Мильштейн. Их карьера была очень коротка. В марте были назначены, в июне смещены и оба, наконец, расстреляны. Мешик даже был направлен в группу, которая была ликвидирована 23.12.1953 прямо с Берией. Вместе с ними был расстрелян следующий высший представитель республиканского МВД В. Деказонов, который с апреля 1953 года выполнял функцию министра внутренних дел Грузинской ССР. Сила бериевских позиций в Грузии была известна и, вполне понятно, демонстрировалась силой репрессий, которые последовали после его падения. В руководстве партийных органов и органов МВД не осталось камня на камне. Люди, которые были на свои места посажены Берией, многие из тех, с кого незадолго до этого была снята вина в так называемом мингрельском деле (напр. А. Мирцхулава, А. Рапава, П. Шария и т.д.), были смещены занимаемых должностей, некоторые из них снова посажены, а некоторые даже расстреляны (А. Рапава). Чистки прошли в других республиках. Уже на Пленуме был первый советник КП ЦК Азербайджана М. Багиров обвинeн, что забывал про ЦК КПСС и со всем ходил к Берии. Свою должность удержал до октября 1953 года, в марте 1954 был арестован, а через год расстрелян. Министр внутренних дел С. Емельянов обошeлся сроком 25 лет тюрьмы.

Деятельность Берии в отношении союзных республик, без сомнения, усилила его позицию в центре сразу в нескольких направлениях. Он разместил своих людей на ключевых местах. Они благодаря своим назначениям вошли в ЦК и могли создать здесь сильно пробериевски ориентированную группу. К тому же, стали источниками информации о реальном положении дел в стране. Поэтому Хрущeв и другие высшие представители были обеспокоены тем фактом, что Берия давал задание выработать анализ ситуации республиканским органам МВД, а не республиканским партийным структурам, которые в большинстве случаев находились вне сферы влияния Берии. Также он имел возможность собирать информацию о старых грехах партийного руководства. В этом контексте, немалое значение имела его деятельность на Украине и в Грузии. На Украине он ослаблял и нервировал Хрущeва. Это предположение, вытекающее из логики поведения членов политбюро по отношению к себе, абсолютно ясно подтверждает Хрущeв в своих мемуарах: "(Берия) производил некоторые документы о состоянии дел в партийном руководстве на Украине. Так что решил нанести первый удар против украинской организации! Я был готов, поскольку предполагал то, что он попробует меня в это втянуть. До того времени у меня была значительная ответственность за Украину".41 Реабилитацией лиц, осуждeнных по так называемому мингрельскому делу, Берия, наоборот усиливал собственные позиции, поскольку введением в должность лиц на первые места в республике, обвинeнных по этому делу, создал команду, которая ему была лично обязана, прикрывала его спину и была источником его первоначальной силы. Одновременно серьeзно ослаблял возможность ухудшения своей позиции мингрельским делом.

Напоминание о прошлом и указание на затруднительную ситуацию в стране могли стать важным средством в бое с политическими противниками. О возможности движения Берии в этом направлении свидетельствует выступление З. Сердюка (первый советник львовского областного совета КПУ): "Товарищ Строкач [начальник УМВД Львовской области]:"...с меня требует Мешик [министр МВД Украины], чтобы я сфотографировал два самых отсталых колхоза и дал бы ему." Вы понимаете, товарищи, что, конечно, сфотографировать не "лейкой", а просто дать описание этих колхозов. Я спрашиваю, а почему самые отсталые, у нас огромные недостатки есть в сельском хозяйстве, но у нас есть же хорошие колхозы, на примере которых можно показать. Для чего это было нужно?"42

Здесь кажется, что некоторая либерализация в отношениях союзных республик с центром, состоящая, прежде всего, в ограничении влияния русских в республиканском руководстве, могла быть попыткой Берии обеспечить хорошую исходную позицию в приближающемся бое за власть. Нельзя исключить, что здесь он мог положиться на определeнную антирусскую солидарность республиканских структур, а так же на неизбежную благодарность назначенных им служащих за карьерный рост. Нельзя однозначно доказать, что это действительно было так. Но в этом контексте нужно обратить внимание на более чем любопытное место в пункте 13 постановления ЦК КПСС о ситуации на Западной Украине. В этом документе были предписаны значительные изменения в руководстве республики и другие проукраинские мероприятия. В инкриминированном пункте 13 дана команда: "Поручить ЦК КП Украины в ближайшее время провести Пленумы обкомов и горкомов КП Украины западных областей Украины, на которых обсудить данное Постановление ЦК КПСС и докладную записку тов. Л.П. БЕРИЯ и разработать конкретные мероприятия по практическому осуществлению этого Постановления."43 Речь идeт о необычном ходе, когда дана команда к ознакомлению не только с постановлением, но одновременно с документом, который постановление произвeл. Берия, конечно, был заинтересован в том, чтобы было понятно, кто стоит за этими переменами. Тем более его политика могла иметь шанс на успех в связи со стилем проведения официальной политики центра в отношении к республик. Маленков, как председатель правительства, был против усиления суверенитета союзных республик и пытался максимально централизовать управление страной.44

Изменения в республиканских министерствах внутренних дел, а также попытки одновременно повлиять на состав партийного руководства республик в пользу местных кадров, можно интерпретировать по разному. Если всe же речь идeт преимущественно о протеже и сторонниках Берии, то это скорее плетение хитроумной паутины, нежели тактика "обещающая, хотя и рискованную стратегию, целью которой была консолидация политической власти... Берия понимал, что если новое руководство хотело получить доверие населения десталинизацией, должно было обязательно признать права отдельных народов и национальностей".45 После ареста Берии прореспубликанские постановления были отменены, но отклик в республиках был не слишком большой. Хотя и начался процесс десталинизации, вертикаль власти была достаточно сильна, чтобы суметь справиться с народным эмансипационным движением, которое пробудилось в некоторых республиках.

Предложения по изменению позиций союзных республик не ограничились только приходом местных политиков в руководство. Символом нового положения республик должна была стать республиканская награда, несущая имена известных представителей отдельных народов. Здесь речь скорее шла о вишенке на торте, который Берия готовил сам для себя. Для однозначного утверждения, что изменения в союзных республиках он готовил с замыслом усилить своe влияние, имеется мало доказательств, это скорее сборка взаимно корреспондирующих индиций. Их имеется больше, чем документов о том, что речь идeт о начале какой-то продуманной, более справедливой национальной политики центра.

Холодное лето 1953 года

Следующее из предложений Берии, которые весной 1953 года направлялись в ЦК КПСС, была массовая амнистия. Причины, которые привели Берию, до этого времени выступающего в основном в роли тюремщика, к принятию амнистии, не до конца ясно расшифрованы. Обычно предлагается сразу несколько объяснений. Хотел дестабилизировать ситуацию в стране, тем самым повысить роль силовых структур, которые имел под своим контролем. Планировал получить расположение "твeрдого" ядра общества, которое его бы могло поддержать в случае, если бой за власть в какой- либо форме вылился на улицы. Следующая версия предполагает возможность подготовки Берией новых чисток. Поэтому ему были необходимы свободные места в лагерях для его новых жертв. Ему казалось напрасным, а именно в таком смысле звучит его предложение, держать в лагерях около одного миллиона заключeнных: "Содержание большого количества заключенных в лагерях, тюрьмах и колониях, среди которых имеется значительная часть осужденных за преступления, не представляющие серьезной опасности для общества, в том числе женщин, подростков, престарелых и больных людей, не вызывается государственной необходимостью."46

В группе, которая по словам Берии не представляла опасности для государства, находилось 590 тысяч заключeнных, осуждeнных к лишению свободы сроком до пяти лет, 6 286 беременных женщин, 35 505 женщин, которые были в заключении вместе со своими детьми в возрасте до двух лет, 31 181 несовершеннолетних и т.д. Понятно, что сюда не принадлежали политические заключeнные, их амнистия и дальше откладывалась. Каждая из выше приведeнных версий, почему была объявлена амнистия, имеет определeнную меру обоснованности, значит право на существование, тем не менее, остаeтся реальностью, что до 10 августа 1953 года было освобождено 1 032 000 человек. А полностью должно было быть амнистировано 1 203 421 человек, а против остальных 401 120 должно быть остановлено судебное разбирательство.47

Как доказывают речи выступающих на "бериевском" Пленуме, не существовало единого мнения на интерпретацию амнистии и у его обвинителей. Спокойно в этом отношении выступал Г. Маленков, который амнистию поддержал и только туманно намекнул, что, конечно, что-то было не в порядке: "факты показали, что он проводил эту меру с вредной торопливостью и захватил контингенты, которых не надо было освобождать, например вовсе не надо было освобождать воров-рецидивистов: поведение Берия вокруг вопросов амнистии является, несомненно, подозрительным."48 Возможный тактическо-властный аспект в амнистии видел Каганович, но для своего утверждения не привeл ни каких серьeзных доказательств: "Выпустил воров, рецидивистов целую армию, выпустил около полутора миллионов: Это была одна линия - выпустить, получить расписку в верности и использовать их потом. Это оголтелая банда, это ядро фашистской банды Берия."49 Хрущeва более беспокоили освобождeнные генералы, реабилитацию которых предлагал Берия: "[Берия] он хотел поработать с этими генералами, а потом их освободить. Потому что он освобождал не просто, а он освобождал, и эти люди выходили, а он им внушал, что это Берия им вернул жизнь, не партия, не правительство, а Берия."50

Нельзя исключить, что он был заинтересован в повышении популярности, поскольку знал, что в этом направлении ему есть что догонять. Мог использовать некоторых освобождeнных высокопоставленных чиновников в своих целях, мог привлечь на свою сторону их родственников (предложение реабилитировать брата Когановича, была освобождена жена Молотова), но это относится лишь к небольшому проценту реабилитированных и амнистированных. "Он хотел приобрести дополнительную популярность, показав себя человеком беспристрастным, человеком не случайно отодвинутым несколько в сторону в последние месяцы жизни Сталина, человеку, которому Сталин не доверял или перестал доверять, человеком, который был никак не склонен продолжать те жестокости, возмутительные беззакония, которые, судя по предъявленным нам для чтения документам, были связаны непосредственно со Сталиным, с его инициативой, с его требованиями. Выставляя документы на обозрение, Берия как бы утверждал, что он и далек, и категорически против всего этого, что он не собирается покрывать грехов Сталина, наоборот, хочет представить его в истинном виде."51

Деятельность Берии после смерти Сталина действительно могла иметь целью захват выгодных позиций для последнего боя за власть в партии и в стране. С этой точки зрения речь шла о смеси популистских мероприятий, попыток привлечь на свою сторону руководство союзных республик и, наконец, некоторых членов высших центральных органов. В то же время, предложение, которое уже начал реализовывать, о строительстве домов отдыха для членов ЦК, скорее попахивало попыткой позже скомпрометировать членов ЦК. Тем не менее, в деятельности Берии можно найти и мотивы, вытекающие из разбора ситуации, в которой находился СССР.

Если мы смотрим на Берию как на убийственное чудовище, нельзя забывать факт, что он был, очевидно, наиболее информированным человеком в стране и, очевидно, имел определeнную концепцию, как вывести Советский Союз из нелeгкой ситуации, которая грозила драматическим развитием. Этот факт мог привести его к мысли провести реформу тюремной системы. По информации, которую Берия направлял Маленкову (13.05.1953), в первой половине 1953 года, в тюрьмах и лагерях различного типа находилось 2 526 402 человек, что являлось неиспользованной рабочей силой, в которой нуждалась страна. ГУЛАГ хотя и являлся одной из ключевых частей советского хозяйства, тем не менее, использование рабской рабочей силы не было слишком эффективно и было необходимо провести изменения, ведущие от экстенсивного использования рабского труда к рациональному использованию свободного труда в более либеральных условиях. Возможность размышлений Берии в этом направлении косвенно доказывают следующие мероприятия правительства, в ответ на его предложение принявшего постановление Об упразднении паспортных ограничений и режимных местностей (20.05.1953). Постановление явно облегчало передвижение по территории СССР прежде всего тем советским гражданам, которые были ранее осуждены, и давало им возможность опять находить работу в больших городах, куда раньше они не имели доступ. До принятия этого постановления институтом регистрации (прописка) было блокировано в 1943-1953 годах за пределами больших городов и других режимных областей около 3,9 миллионов граждан.52

Амнистия так же попала в процесс "деэкономизации" деятельности министерства внутренних дел. Ещe перед еe объявлением были проведены принципиальные изменения в рамках министерства внутренних дел. Промышленные организации, которыми до того управляло МВД, были переданы другим органам государственного управления. Постановлением Совета министров 16.03.1953 был из структур МВД выведен Главпромстрой (Главное управление лагерей промышленного строительства) и Главспецстрой (управление занимающиеся реализацией противовоздушной обороны Беркут). Через два дня другими государственными постановлениями был проведен еще ряд реорганизаций.53

Берия без сомнения знал, что скрывается за провозглашением об успехах с больших строек социализма. Конечно, его не слишком волновала судьба заключeнных, но он понял нерентабельность таким образом организованной работы, поставленной на приливе дешeвой рабочей силы в лагеря, что предполагало дальнейшее истребление общества. Здесь он хотел заставить работать предложенную реформу уголовного законодательства, что ясно из его предложения закона об амнистии: "Пересмотр уголовного законодательства необходим потому, что ежегодно осуждается свыше 1,5 млн. человек, в том числе до 650 тыс., на различные сроки лишения свободы, из которых большая часть осуждается за преступления, не представляющие особой опасности для государства. Если этого не сделать, через 1-2 года общее количество заключенных опять достигнет 2,5-3 млн. человек."54

В связи с выше приведeнными фактами, нельзя исключить экономический мотив действий Берии. Непродуктивное сельское хозяйство держало значительное количество рабочих сил в деревне. Их мобильность к тому же была ограничена административными мероприятиями. Значительное количество рабочих сил держала также советская армия, и, наконец, не были компенсированы человеческие потери причинeнные войной. В 1950 году население СССР достигало 178,5 миллионов человек, и только в 1956 году на 3,8 миллионов превышал состояние 1940 года, когда на территории СССР жило 194,1 миллионов человек.55 Пропорция между городским и деревенским населением ещe в 1959 году была в пользу деревни 52:4856, а советской промышленности не хватало рабочей силы. Амнистия и отмена ссылки для миллионов граждан могли эту неблагоприятную ситуацию значительно улучшить. Не был ли и этот факт одним из причин, почему лубянский маршал предложил данные радикальные мероприятия? Освобождение заключeнных, смягчение наказаний за некоторые группы уголовных преступлений и смягчение ограничений свободы передвижения, всe-таки не могли быть лекарством от всех проблем советской экономики, причины еe тяжeлой болезни были глубже. Нельзя исключить, что Берия хотел проникнуть глубже в суть вещей.

Пятидесятые годы были периодом стагнации советской промышленности. Исключение составляли некоторые направления тяжeлой промышленности, например чeрная металлургия или энергетика, которая свидетельствовала о том, что одновременно с послевоенной реконструкцией страны, проходящей с начала 50-х годов, СССР готовился к следующему мировому конфликту.57 О его неизбежности Сталин говорил ещe в ходе второй мировой войны: ""Война скоро кончится, через пятнадцать-двадцать лет мы оправимся, а затем - снова!" Что-то жуткое было в его словах: ужасная война еще шла. Но импонировала его уверенность в выборе направления, по которому надо идти, сознание неизбежного будущего, которое предстоит миру, где он живет, и движению, которое он возглавляет."58 Сталин даже говорил о возможности следующей войны и с теоретической точки зрения - в своей работе "Экономические проблемы социализма в СССР".59 Запалом для войны наполнены воспоминания близкого сталинского соратника Молотова, написанные спустя почти сорок лет после смерти Сталина, который почти все без исключения переговоры по разоружению считал опасным пацифизмом и предательством дела коммунизма. Хрущeвский тезис о возможности избегать войн, бывший министр иностранных дел считает за "ревизионистское приукрашивание современного империализма." 60

Идее следующего конфликта было многое подчинено при Сталине. Были выделены огромные средства на разработку ядерной бомбы. Сохранeн паритет в сфере наиболее передовых видах оружия. Одновременно проходила подготовка к ведению войны классическими военными средствами. Этому свидетельствует динамический и ничем не нарушаемый рост производства железа, стали и других материалов, необходимых для производства оружия.61 Большинство других направлений промышленности отставало и справедливое ожидание народа, что после войны могло бы быть лучше, что условия улучшатся, не сбывалось. Страна постепенно возвращалась к довоенным порядкам, хотя нельзя было помешать изменениям в мышлении людей, которое было "заражено" кроме прочего и тем, что могли советские солдаты видеть на Западе от своих границ.62

Нельзя исключить, что Сталин рассчитывал, что военный конфликт может произойти в течении двух-трeх лет. До этого времени социалистический лагерь должен был создать сильную армию, которая будет способна победить Соединeнные Штаты. По его мнению, последнее развитие событий показало, что американцы не являются непобедимыми, если "не смогли справиться с такой маленькой войной, как эта в Корее"63 и на несколько лет завязли в Азии. Время нужно правильно использовать и хорошо подготовиться. Как показывают результаты советской экономики, СССР не бездельничал, а готовился. Догонял опоздание при производстве ядерного оружия, значительную роль здесь сыграл также факт, что военная промышленность, включая исследования, была строго отделена от гражданского сектора, что мешало использованию некоторых военных технологий в гражданской промышленности. Страна двигалась к кризису, который мог грозить социальным взрывом. Сталин был способен проявления массового недовольства подавить. Его приемники уже могли иметь проблемы, (вспомним, хотя бы, совершенно другое настроение в концентрационных лагерях после смерти Сталина). Берия мог действовать и с пониманием этой угрозы. Экономика, без сомнения, сильно обусловила следующие шаги постсталинского руководства.

Наступило время провести инвентаризацию, дать оценку ситуации и конечно выделить приоритеты в интересах сохранения спокойствия в стране, которое предполагало, по крайней мере, обеспечение основных нужд населения. О концентрации источников и средств также говорит успешное давление Берией на остановку некоторых гигантских строек. 25.03.1953 правительство приняло решение об остановке работ на Главном туркменском канале, канале Волга-Урал, Волжско-Балтийском водном пути, железной дороге Чум-Салехард-Игарка, Комсомольск-Победино, железнодорожного туннеля под Татарским проливом, дорог на побережье Балтийского моря, Кольском полуострове, в Архангельской и Мурманской области, химического завода в Кирове, Черногорского и Араличевского завода по производству искусственного жидкого топлива.64

Не существует практически ни каких документов, которые могли бы Берию показать в роли убеждeнного реформатора, тем не менее, он без сомнения принадлежал к той части высшего руководства страны, которая понимала необходимость перемен и ясно видела груз, который за собой влекло советское общество. Более полное предложение реформ, которые были или не были результатом вдохновения Берии, предложил Маленков в августе 1953 на заседании Высшего совета СССР.65

Слишком опасный министр

Шаги, которые предпринял Берия в рамках деятельности министерства внутренних дел, прежде всего скорость, с какой занимал министерские структуры, не могли не обеспокоить уже и так напуганных товарищей из высшего руководства партией. Бериевская активность вызывала беспокойство, боязнь за собственные судьбы, исходящие из возможности, что Берия возьмeт власть в стране. Булганин на июльском Пленуме вспоминал, как Хрущeв перед самой смертью Сталина боялся, что Берия с помощью структур министерства внутренних дел займeт власть в стране: "стоим накануне смерти нашего вождя, но знай, я боюсь, что нам сильно Берия осложнит дело. Я предвижу, что умрет Сталин, он рванется к МВД. И зачем, ты думаешь, ему нужно МВД. Затем, чтобы потом у нас поставить слухачей, за нами следить (выделенные слова Булганин вычеркнул в последней версии записи) и взять дело в свои руки, подчинить себе партию и государство."66 Постановление пленума также подчeркивало, как один из ключевых пунктов обвинения его деятельности в министерстве внутренних дел, попытку вывести эту структуру из-под влияния партии. Это обвинение повторило и подавляющее большинство выступающих на Пленуме.67 Если в ряде их выступлений можем найти много притворства, лицемерия и обычной лжи, то страх перед министерством внутренних дел под управлением Берии был не поддельный. Этому также свидетельствует быстрая реорганизация этой организации после падения маршала и контроль над ней правительственными и партийными структурами.

Опасения, что Берия может вывести из-под контроля партии силовые структуры и сделать из них основу своей личной власти, господствовали, кажется, и при Сталине, который частыми заменами в этих структурах, с одной стороны, усиливал влияние партии, с другой -менял расстановку сил между сторонниками высших представителей СССР. На очень высоких местах силовых министерств всегда работали бывшие партийные функционеры из гражданского или армейского сектора. Берия после смерти Сталина пытался изменить данную практику в свою пользу. Интересным документом его попыток является его выступление перед венгерской партийной делегацией. Сначала открыто критиковал указания Сталина на неумеренный рост венгерской армии, а потом перешeл на критику его стиля управления, где вождь вмешивался абсолютно во всe. Конкретно высказал протесты против сталинских команд, против допросов заключeнных, а в этой связи критиковал венгров за масштабы чисток, которые были проведены в их стране. К тому же критиковал шаги венгерской тайной полиции, которые, тем не менее, ни как не отличалась от советских методов. В конце концов, и не могли, поскольку происходили из одного источника.

Удивление венгров должно было быть большим, когда из уст одного из архитекторов репрессий слышали, например, слова: "Это не правильно, когда товарищ Ракоси даeт команды, кто должен быть арестован, кто должен быть избит. Человек, которого избивают, даeт такие показания, какие требуют те, кто его допрашивают. Признается, что является английским или американским шпионом, или что захотим. Но никогда нельзя найти правду этим путeм. Таким образом, могут быть осуждены невинные люди. У нас есть закон и его должен каждый уважать".68 Здесь мы являемся свидетелями интересной игры Берии. Вопросом остаeтся: с кем еe играет? С венграми, или метит в свои ряды? Венгры, скорее всего, были использованы как необходимая публика, поскольку Берия следующую фразу направляет к своей цели: "Как должно вестись следствие, кто должен быть арестован и как его допрашивать, должно быть оставлено полиции".69 Потом добавляет фразу о возможности контроля министерства внутренних дел, но говорит об ответственной человеке, а не о прямом представителе партийных органов.

Под руководством Берии было создано суперминистерство внутренних дел, которое соединило МВД и Министерство государственной безопасности. Деятельный министр был, без сомнения, способен создать из органов безопасности эффективное средство политического боя, в котором важную роль должна была сыграть информация, полученная вне партийных структур. Это он признал в суде, когда в заключительном слове констатировал: "Моя большая антипартийная ошибка заключается в том, что я дал указания собирать сведения о деятельности партийных организаций и составить докладные записки по Украине, Белоруссии и Прибалтике. Однако и при этом я не преследовал контрреволюционных целей."70

Остаeтся вопрос, для чего бы он использовал эти структуры. Его окружение интерпретировало это дело как подготовку к новым чисткам, которые должны были коснуться высшего руководства страны. Страх усиливал тот факт, что под Москвой были размещены сильные части министерства внутренних дел, которые там были сначала для обеспечения порядка при похоронах Сталина, а потом для поддержания безопасности, которой грозила мартовская амнистия. Использование силовых структур в возможном бое за власть не вызывает большого сомнения (об этом свидетельствуют уже их первые шаги, как например, сбор компрометирующего материала на членов руководства, мониторинг ситуации в стране, который вeлся с целью найти доказательства о плохом стиле управления страной), одновременно здесь остаeтся вопрос: что бы было дальше?

Здесь невольно напрашивается сравнение Берии с другим "силовиком", который в отличие от него достиг высшего поста, это Ю. Андропов. Хотя Андропов не мог полностью развить своe представление, из тех шагов, которые он предпринял, более чем очевидно, что модель реформы советского общества а-ля КГБ, также как и другие варианты улучшения русского коммунизма, со временем обязательно должны были потерять дыхание. Это достаточно убедительно показали андроповские полигоны в Грузии и Азербайджане. Андропов мог использовать разложение общества, которое постепенно наступало во времена брежневского правительства, и мог стать, конечно, хорошо подготовленным символом наступающих перемен. В том положении, в котором находилось общество, мало кого пугало его прошлое. Большинству общества он казался приемлемым человеком для осуществления необходимых перемен. У Берии в этом направлении ситуация была намного сложней. Поскольку опыт с террором в конце 30-х годов, также как и начинающимися чистками в конце 40-х - начале 50-х годов был слишком жив для того, чтобы представитель известной репрессивной организации мог взять в свои руки практически не ограниченную власть, то глава МВД практически не мог не натолкнутся на отпор, как в руководстве страны, так и у большинства общества. А если этим представителем ещe к тому же был Берия, то такой шанс действительно равен нулю.

Новая внешняя политика?

Среди обвинений, которые свалились на голову Берии, значительное место занимает критика его начинаний при решении ситуации в Германской демократической республике. Обвинялся он в том, что его предложения имели цель "отказаться от курса на строительство социализма: и взять курс на превращение ГДР в буржуазное государство, что означало бы прямую капитуляцию перед империалистическими силами."71 Обвинение содержит лишь малую часть предложения на ревизию шагов при строительстве социализма в советской оккупационной зоне, которую представляет инструкция советского правительства "О мерах по оздоровлению политической обстановке в ГДР" от 2 июня 1953. Документ был одобрен всем руководством и основные замечания к нему, по свидетельству некоторых участников, должен был делать Молотов, который поддерживаемый Хрущeвым, столкнулся с Берией в ключевом пункте о строительстве социализма в ГДР. Берия должен был предложить резигнацию на строительство социализма в этой стране (признать "ошибочный, в настоящее время курс, на пути к строительству социализма"), в то время как Молотов поддерживаемый Хрущeвым, должен был поддержать конечную версию текста, говорящего об ошибочном "курсе на ускоренное строительство социализма".72

Обсуждение документа о ГДР, очевидно, было очень бурным и Берия, очевидно, понимал, что здесь он допустил ошибку, которая повлекла за собой проблемы. Этому свидетельствует письмо из заключения, в котором он извиняется за свою позицию: "поведение мое на заседании Президиума ЦК и Президиума Совмина, очень часто было неправильное и недопустимое, вносившее нервозность и излишную резкость: иногда доходило до недопустимой грубости и наглости с моей стороны в отношении товарищей Хрущева Н.С. и Булганина Н.А. при обсуждении по Германскому вопросу, конечно, я здесь безусловно виноват и заслуживаю всякого осуждения."73 По свидетельству А. Булганина, Берия размышлял в связи со спором о дальнейшей ориентации ГДР и о возможной замене правительства. Если можно верить Булганину, то он сказал: "если так дело пойдет, то нам придется некоторых министров из состава Президиума вывести, снять с постов министров."74 Берия мог быть заинтересован в замене некоторых министров, но пока была эта угроза отклонена созданием Комиссии, которая совместно выработала точку зрения советского правительства.

Игра Берии с немецкой картой, без сомнения, является ещe одним интересным аспектом его деятельности после смерти Сталина. И опять здесь не может не возникнуть вопрос: что его к этому вело? В самом начале можем отвергнуть вариант, что он так действовал с целью причинить вред социалистическому лагерю. Особенно пикантно звучит это обвинение из уст Маленкова,75 поскольку он при обсуждении немецкого вопроса занимал позицию, очень близкую к Берии. Его риторика на пленуме, до значительной степени имеет лишь оборонительный характер. В этот раз нельзя было из прагматических соображений, разбивать противобериевский фронт, его простили, но в рамках продолжающегося внутрипартийного боя он был двумя годами позже остро раскритикован на пленуме ЦК КПСС за свою точку зрения в немецком вопросе.76

Предложение об изменение политики в отношении Германии вовсе не являлось единственным действием, в котором Берия принял участие, в области заграничной политики. Попробуем привлечь внимание на некоторые возможные причины, которые привели его в эту область. По существу, здесь предлагаются две главные возможности. Первая могла быть связана с реальной оценкой современных сил СССР в заграничных политических кругах. Вторая могла следовать, не смотря на тему спора, к созданию конфронтации в высших государственных и партийных органах, с попыткой приблизить решающую фазу борьбы за власть, в духе приведeнного свидетельства Булганина и моментально узнать о раскладе сил. Для обоих из этих вариантов или для их совместного существования можно найти определeнную опору в известных до сегодняшнего дня источниках. Но абсолютно убедительные доказательства опять отсутствуют. Возможность использования поля заграничной политики для выяснения расклада сил показывает эпизод с обсуждением ответа советского руководства на предложения президента Эйзенхауэра.

По свидетельству Шепилова, министр иностранных дел прочитал текст статьи, которую он подготовил для газеты "Правда". Когда закончил, слово попросил Берия, сказав, что у него есть некоторые замечания к тексту, а в заключении прочитал абсолютно новую собственную статью. Когда он закончил, последовала реакция присутствующих: "И все молчали. Молчание длилось долго. Наконец председательствующий Маленков сказал: "Ну что ж, примем статью товарища Молотова с поправками Лаврентия." Возражений не последовало."77 Знаток и прямой участник партийной жизни в высших структурах того времени Шепилов видит в этом эпизоде не малый плюс для Хрущeва: "Имейте в виду, завтра так и по всем другим вопросам."78 Если мы вернeмся к первому варианту, то нeм необходимо размышлять в более широком контексте внешнеполитических шагов, которые совершало советское правительство после смерти Сталина.

Мы здесь не встречаем неожиданно пробудившиеся ясновидение советских вождей, скорее здесь проявилось сознание, что Советский Союз в данный момент не имеет средств ни на постоянно растущее вооружение, ни на обширную внешнеполитическую деятельность, которая также требовала колоссальных средств. В отличие от Сталина, новые вожди должны были хотя бы частично считаться с настроением населения, которое не предвещало ничего хорошего. Было необходимо вести переговоры, чтобы выиграть время и отдых. Кстати, это без преувеличения констатировал Н. Хрущeв: "СССР был доведен до предела беспрестанными капиталовложениями в оборону страны. Военная промышленность развивалась и вширь, и вглубь. Многочисленная армия давила на бюджет. Она стоила огромных материальных средств. Отвлекались бесчисленные людские ресурсы, которые могли быть использованы для развития мирной экономики: Имели забот полон рот в связи с внутренним положением СССР. В первую очередь нас беспокоило состояние сельского хозяйства. Хлеба и мяса не хватало, масла просто не было. Да и развитие промышленности нельзя было сбрасывать со счетов."79 Здесь мы явно видим перед собой одну из главных причин, почему после смерти Сталина Советский Союз развивает миролюбивую дипломатическую инициативу и предлагает договорeнности в целом ряде областей, где ещe недавно прогресс казался практически невозможным.

Новое руководство главным образом направило свои усилия на завершение конфликта в Корее (19 марта Москва обращается к Китаю и Корейской народной демократической республике, чтобы они возобновили мирные переговоры с Кореей80). Далее Москва 30 мая 1953 отказалась от территориальных претензий в отношении Турции81 и искала возможности налаживания более приятельских отношения с Ираном. Эта попытка, наконец, вела к заключению договора по урегулированию пограничных и финансовых вопросов между СССР и Ираном (2 декабря 1954), которая закрывала главу советских территориальных претензий в этой области. Можно лишь с малой долей вероятности предполагать, что Берия был в отношении Турции и Ирана убеждeнным приверженцем перемен, поскольку по некоторым свидетельствам именно по отношению к этим двум странам он был сторонником твeрдой позиции, связанной с поднятием территориальных претензий.82 Американский посол В. Смит вспоминал, что когда убеждал Сталина, чтобы он вывел советские части из северного Ирана, тот ему кроме прочего аргументировал словами, что "Берия и остальные мне говорят, что саботажники, хотя бы только один человек с коробком спичек, могли бы нам принести большой ущерб. Наши нефтяные запасы не подвергнем такому риску".83

Здесь мы имеем перед собой опять одно из бериевских перевоплощений84. Или он встал на путь чистого прагматизма, который ясно ограничен возможностями, которые имел СССР? Ведь вести переговоры с Турцией о спорных территориях, в то время, когда Турция была членом НАТО, не имело большого смысла. В течение года получил значительные страховки от Запада также Иран. Поэтому СССР хотел хотя бы частично разрядить ситуацию в отношениях со своими соседями, не мог идти другим путeм. Это означало хотя бы в части вопросов забвение имперских амбиций и удовлетворение хотя бы малым результатом. В данном случае с более корректными отношениями с обеими странами.

Берия, конечно, желал подчинить прагматическому видению мира и часть отношений с товарищескими или даже с дружественными странами. На пленуме его обвиняли, что он помешал поставкам пшеницы в Индию с объяснением, что необходимо проверить баланс снабжения пшеницей страны и фонд экспорта пшеницы.85 По мнению Микояна, он не понял, как важно предоставить Индии пшеницу в то время, когда там СССР соперничает за влияние с США. На этом же пленуме был также раскритикован неправильный подход к предложению о переменах в советско-чехословатской договорeнности, который в отличие от первоначального плана предусматривал снижение поставок дизельных моторов на половину, так как чешская сторона не смогла соблюсти условия изначальных договорeнностей на поставку.86 Берия был против такого снижения и настаивал на изначальном виде договорeнностей. Причин здесь могло быть больше. С одной стороны, возможно, не хотел одному из советских сателлитов прощать недисциплинированность, а с другой стороны, мог исходить из чисто экономических соображений, которым в кризисной ситуации давал предпочтение перед чисто политическим аспектом.

Третья и, конечно, самая серьeзная вариация на эту тему, это возможное нацеливание Берии на проведение реформ Совета Взаимной Экономической Помощи. В выступлении Микояна на пленуме дословно говорится: Берия "внес подготовленные его аппаратом предложения о делах в Совете Экономической Взаимопомощи, резко критикуется экономическая и военная политика стран народной демократии и предлагается создать новый орган из высших представителей государств для руководства этим делом.87 Критическая оценка Берией СЭВ и возможная попытка реформировать его была в соответствии с мышлением некоторых членов этой организации: "ведущие представители Чехословакии и других стран переставали постепенно видеть в СЭВ организацию, которая им помогает, и теряли интерес к еe деятельности. Только политические причины и опасения за карьеру заставляли их выполнять требования органов и аппарата СЭВ".88 Несмотря на официальные оптимистические заявления из заседаний этого органа было ясно, что СЭВ переживает глубокий кризис и стиль его работы всe дальше тянет ко дну экономику, прежде всего, сильнейших членов этой организации. Не смотря на то, что здесь СССР имел решающее слово, не был в однозначной выгоде даже он. Если не принимать во внимание факт, что ему удалось основными, директивно проведeнными структурными изменениями достичь высокого уровня зависимости экономик сателлитных стран от советской экономики и замыслов советских представителей.

Берия конечно больше, чем другие члены высшего советского руководства, видел проблемы, которые несло с собой проводимое до этого времени сотрудничество, и предлагал относительно радикальные перемены вытекающие из признания реального положения экономики социалистических стран. Она страдала не только от ошибок системы, но также и от непрофессионального вмешательства со стороны советского руководства. Часто дилетантские советы для советских сателлитов становились законом. Это отражалось на их экономике. Опасение руководства перед негативной советской реакцией вeло к замалчиванию реального положения и к дальнейшему углублению кризиса. Этот факт, в относительно открытой форме, констатировало упоминаемое Маленковым письмо Берии 1.06.1953: "В связи с событиями в Чехословакии необходимо отметить, что и по другим странам Народной демократии мы недостаточно информированы о действительном политическом и экономическом положении. Советы, даваемые нашим друзьям, являются эпизодическими, бессистемными, в ряде случаев не увязанными с хозяйственно-политическими задачами стран Народной демократии и Советского Союза. Более того, надо прямо сказать, что наши советы не всегда были удачными. Достаточно напомнить пример со строительством в Румынии канала Дунай - Черное море, стоимостью в 10 миллиардов лей. Такое положение объясняется главным образом тем, что существующий в Москве Совет Экономической Взаимопомощи (СЭВ) работает из рук плохо и никакой положительной роли в координации экономики стран народной демократии эта организация не играет."89

На основе вышеприведeнной критики Берия предлагает фундаментальную реформу СЭВ, также как и Координационного совета, который должен был решить военные вопросы. Обе организации должны были быть заменены одним органом, в котором были бы представлены высшие руководители социалистических стран и от которого он ожидал больше дееспособности и решающих полномочий.90

Берия, вооружeнный необходимой информацией из своих источников за границей, естественно лучше, чем остальные члены руководства, знал проблемы, с которыми встречается социалистический блок, и, конечно, ему было ясно, что далеко не всем проблемам наступил конец. Поэтому очевидно его так сильно беспокоили выступления рабочих в Пльзене, которые не приняли массовый характер, но могли начать более опасные процессы. Советский Союз ожидал в ближайшем будущем новый шок, на этот раз в гораздо более остром исполнении, а именно, восстание в Берлине. С попытки помешать следующим возможным проблемам Берия, может быть, начал добиваться реформы экономического сотрудничества, слабые результаты и негативное влияние на хозяйство отдельных стран которого были плодородной почвой для нарастания недовольства.

Реформа СЭВ не была проведена при его жизни, более того попытка еe сделать была ему зачтена как отягчающее обстоятельство. Тем не менее, фактом остаeтся, что на мартовском заседании СЭВ в 1954 году в Москве Микоян, который обвинял Берию в критическом отношении к СЭВ, произнeс также критические слова о деятельности этой организации: "за прошедший период сделана важная и большая работа, именно в развитии товарообмена между членскими странами и в координации торговли с капиталистическими странами. В остальных отраслях сделано достаточно мало, прежде всего, в согласовании производственных и инвестиционных планов не было сделано практически ничего".91 Этим была собственно подтверждена точка зрения Берии, и на этом же заседании перешли к изменению стиля руководства СЭВ.

В письме от 1 июля 1953г. Берия напоминает Маленкову, что он принимал активное участие в обсуждении тогдашних ключевых внешнеполитических вопросов "также, как все Вы старались внести предложения в Президиум, направленные на правильное решение вопросов как корейский, германский, ответы Эйзенхауеру и Черчилю, турецкий, иракский и др."92 После смерти Сталина Берия, без сомнения, принимал участие в создании нового климата в заграничной политике, хотя и не был единственным. Идеологические и экспансионистские направления были приглушены жестокой реальностью повседневной жизни тогдашнего СССР и принуждали Москву к более реалистичной позиции. И можно допустить, что Берия лучше, чем его товарищи видел необходимость проведения таких изменений.

Заключение

После смерти Сталина в руководстве СССР господствовало не только некоторое облегчение, но одновременно и понимание того, что необходимо приступить к проведению некоторых основных перемен. "Страна не могла прокормить себя - даже в Москве не хватало картошки. Крестьяне, разоренные налогами, стремились уйти из деревни. В стране было две громадные армии: армия, существовавшая фактически по штатам военного времени, и огромная армия заключенных. Следовать "сталинским заветам" - это жить по придуманным экономическим законам социализма, предполагавшим отказ от товарно-денежных отношений. Поэтому мало было похоронить Сталина. Надо было "втихую" прикрыть волну его почитания, нейтрализовать его "наследие".93

Эту необходимость понимала, по крайней мере, хотя бы часть руководства, к которой без сомнения принадлежал и Берия, у которого были амбиции стать мотором этих перемен. Ряд его инициатив был рано или поздно реализован, но остановить его быстрый конец эти инициативы не могли, поскольку для своего окружения он был слишком опасен.94 Несмотря на то, хотел или не хотел Берия захватить власть, (ни для одного из этих утверждений не располагаем достаточным арсеналом доказательств), он должен был быть ликвидирован. Его прошлое и нарастающая сила пугала его товарищей настолько, что они решились на шаг, который им самим поначалу казался сумасшедшим, но необходимым. Они начали игру, прежде всего Хрущeв, целью которой было избавиться от Берии. Результат не был гарантированным, но к их удивлению, с технической точки зрения всe прошло гораздо легче, чем они могли ожидать. Ни идеологические споры, ни возможно различные мнения на дальнейшее развитие СССР или его внешней политики не были мотивом этой игры, решающую роль здесь играла боязнь перед Берией и принадлежащей ему тайной полиции. Хрущeву и его союзникам удалось избежать грозящего господства всемогущего министра внутренних дел над партийными органами. Этот мотив, как главную причину падения Берии, приводит американский посол того времени в России Ч. Боглен: "Смыслом было отстранить правительство одного человека, который насквозь знал своих сотрудников благодаря тому, что контролировал тайную полицию".95

Если мы ведем дискуссию о реформаторских замыслах Берии, то стоим на достаточно тонком льду. До сегодняшнего дня не был найден, если вообще существует, документ, который бы нас однозначно убедил о каком-либо комплексном плане реформ, которым бы мог располагать Берия. Его частичные инициативы, которые можем наблюдать после смерти Сталина, нам указывают на определeнную меру познания относительно того, что в настоящей ситуации что-то надо сделать. Ни больше, ни меньше. Эта определeнная мера познаний присутствовала также в мышлении Маленкова и Хрущева. Речь шла о явлении, четко обусловленном положением дел, в котором СССР оказался после восьми лет послевоенного сталинского управления. Не просвещенный разум советских вождей, а необходимость недопущения самого плохого была главным мотивом постепенного потепления после смерти Сталина. Как только Советский Союз миновал худшее, начался брежневский период и опять закручивание гаек, как дома, так и за границей.

Советский Союз оказался на перекрeстке, или даже лучше сказать над пропастью, и было необходимо начать реформаторские мероприятия. Их постепенная реализация, начавшаяся ещe при жизни Берии, а в некоторых случаях и по его инициативе, была позднее названа "хрущевской оттепелью". Она хоть и принесла свои плоды, но в конечном итоге, продолжила коммунистический эксперимент, который всe равно двигался в тупик. В этом отношении, очевидно, самым убедительным символом стала целина, которая была хрущевской, а позднее брежневской гордостью. Сначала спасла СССР от серьeзных проблем с недостатком продовольствия, однако через несколько лет сама стала тяжело решаемой проблемой.

Пытаться на основе некоторых частичных реформаторских шагов Берии сделать из него едва ли не апостола перестройки - погрешить против истории. То, что он пытался сделать после смерти Сталина является смесью шагов, которые нейтрализуют некоторые самые страшные преступления из прошлого; частичных попыток, которые возможно могли бы быть направлены на устранение сверхтяжелой нагрузки советской экономики, попыток слегка изменить расстановку сил при управлении страны в пользу непартийных структур. В этом месиве также появляется понимание, что необходимо предпринять некоторые реформаторские шаги с попыткой усилить собственные позиции перед решающим боем за власть. Именно с этой точки зрения мы можем объяснить его попытку усилить власть государственных организаций в ущерб партийному аппарату. Если бы он завладел партийным аппаратом, он бы не пытался редуцировать его силу. К тому же имел тенденцию дублировать некоторые роли партийного аппарата органами министерства внутренних дел. Поэтому вряд ли можно говорить о позитивных изменениях, скорее наоборот.

Берию явно нельзя упрекнуть в отсутствии кругозора и высокой степени информированности о реальной ситуации в стране. К этому же невозможно не добавить необходимую степень прагматизма, которая ему позволяла вознестись над догматизмом, который был свойственным целому ряду его соратников. Эти обстоятельства ему позволяли смотреть на некоторые вещи более реалистично, чем это было в случае некоторых других членов политбюро, например Молотова. Этот прагматизм проявился при обсуждении некоторых внешнеполитических дел и имел свой исход в подходах к внутриполитическим вопросам (изменение правил для перемещения граждан, возможно, некоторые мысли о способе ведения хозяйства в колхозах). И этот прагматический взгляд на некоторые проблемы всe же не был характерен только Берии, подобный взгляд на ряд вопросов имел Маленков, которого вместе с Берией можно отнести к прагматическому крылу политбюро. Хотя и эти прагматики не были всерьез заинтересованы в глубоких системных изменениях коммунистического строя. Они понимали, что не смогут полученную власть удержать, опираясь на свой авторитет, как мог это делать Сталин, что должны еe поддерживать хотя бы определeнными успехами повышения жизненного уровня людей, который бы обеспечил спокойствие в стране. В более идеологизированном положении той же дорогой шeл Хрущeв, успешно играющий роль "ваньки-дурачка", который умел ударить в нужном месте в нужное время.

Ликвидацией Берии не закончился бой в постсталинском руководстве. Атмосфера недоверия, больших или маленьких переворотов продолжалась и далее. Для этого достаточно лишь прочитать мемуары, которые оставили нам советские вожди того времени, тем не менее, новое качество всe-таки появилось. Поражeнный противник не закончил ни в подвалах Лубянки, ни в камерах Лефортово, ни на эшафоте, а был отодвинут на второй план. Стал министром какого-нибудь не самого важного министерства, послом не в самой важной стране, в крайнем случае, чиновником в какой-нибудь из отдаленных союзных республик или областей, или ему была доверена какая-нибудь не самая важная фабрика или электростанция. Spiritus agens не одной внутрипартийной схватки - Хрущeв, который также был свергнут, ушeл на пенсию, а его чeрно-белый памятник на Новодевичьем кладбище свидетельствует, что и с оценкой деятельности бывших власть придержащих стало немного лучше.
 
Примечания
 
 * В самом начале я бы хотел выразить благодарность своему другу, историку и журналисту Владимиру Воронову, который мне при написании этой работы часто помогал советом и предоставлением необходимой информации. Свою благодарность хочу тоже выразить сотрудникам библиотеки ИНИОН РАН за создание очень хороших условий для моей работы в Москве в конце 2000 года.
 
     
  1. Работы Н. Зенковича (Сто дней и вся жизнь Лаврентия Берии. Маршалы и генсеки, Москва 1997) или Н. Рубина (Лаврентий Берия: миф и реальность, Москва 1998) имеют своего предшественника в исследовании T. Wittlin, Commissar: The Life and Death of Lavrenty Pavlovich Beria, New York 1972. Общим знаменателем этих работ это попытка показать Берию в другом свете, к сожалению без приведения каких-либо источников. Это естественно значительно снижает качества такой попытки.  
  2. Лаврентий Берия. 1953. Стенограмма июльского пленума ЦК КПСС и другие документы., Москва 1999 и Молотов, Маленков, Каганович. 1957. Стенограмма июньского пленума ЦК КПСС и другие документы, Москва 1998.  
  3. Вспомним хотя бы работу Берия: конец карьеры, Москва 1991; Kramer, M., The Post-Stalin Succession Struggle and Upheavals in East-Central Europe: Internal-External Linkages in Soviet Policy-Making. In: Journal of Cold War Studies, 1-3/1999; Пихоя, Р., Советский Союз: история власти. 1945-1991, Москва 1998. В этих работах указано и большинство вспомогательной литературы и источников, которые были использованы и в этой статье.  
  4. Сахаров, А., Воспоминания. In: Знамя, N 12/1990, с.34.  
  5. Пихоя, Р., Советский Союз: итори власти. 1945-1991, с. 112. А. Громыко описывает сцену, когда с Берией говорил по телефону А. Вышинский, грустный герой политического процесса 30-х годов и в годах 1949-1953 министр иностранных дел, более чем стреляный боец: "Едва услышал голос Берии вежливо вскочил со стула. Во время их разговора была предложена эта же картина: Вышинский присмыкался как слуга перед господином." Gromyko, A., Erinnerungen, Dusseldorf; Wien; New York 1989, с. 444.  
  6. Интервью с Сергеем Хрущeвым. www.cnn.com./SPECIALS/cold war/ episodes/07/.  
  7. О его действиях при назначении своих приверженцев на места и о попытках контролировать действия членов высшего партийного и государственного руководства рассказывает письмо Т. Помазнева ( ведущего учереждения правительства) адресованная ЦК КПСС. Лаврентий Берия. 1953, с. 80-82.  
  8. Хрущeв, Н., Воспоминания, Москва 1997, с.279.  
  9. Там же, s. 274.  
  10. В случае Хрущeва конечно тяжело иногда точно отличить, какая часть им показанных опасений, была действительностью, а какая вымышленная. До какой стпени он использовал запугивание своих коллег для того чтобы вовлeк в свои планы, в конце которых стояло передача власти. Возможные мотивы опасений некоторых членов высшего руководства доступно и подробно разработаны в статье Kramer, M., The Post-Stalin Succession Struggle and Upheavals in East-Central Europe: Internal-External Linkages in Soviet Policy-Making. In: Journal of Cold War Studies, 2/1999, с. 12-19.  
  11. Подробнее смотри Пихоя, Р., Советский Союз :, с.112-113.  
  12. Шепилов, Д., Воспоминания. In: Вопросы истории, 81998, с.11-12.  
  13. Симонов, К., Глазами человека моего поколения, москва 1990, с.277.  
  14. В этом конексте относительно одиноко только утверждение сына Г. Маленкова, который за главным организатором протибериевской акции считает своего отца. Маленков, А., О моeм отце Георгие Маленкове, Москва 1992, с.60. На его сторону также склоняется Ю. Жуков в своей работе: Борьба за власть в партийно-государственных верхах СССР весной 1953 года. In: Вопросы истории 1996/5-6, с.39-57. Возникает целый ряд вопросов почему Берия, если Маленков его соперником, предложил именно его в приемники Сталину? Почему Маленков, будучи ключевой фигурой переворота, потерял всякую инициативу и поддержку в ЦК? Почему так быстро и легко он уступил своe место Хрущeву? К томуже на "бериевском" пленуме явным главным героем является опять Хрущeв. Скорее будет более разумно верить критически настроенному против Хрущeва Молотову, который в вопросе об устранении Берии однозначно считает главной личность Хрущeва. Чуев, Ф., сто сорок бесед с Молотовым: из дневника Ф. Чуева, Москва 1991, с.343.  
  15. Лаврентий Берия. 1953, с.71-72; с.72-78; и с.79.  
  16. "Товарищи по президиуму ЦК арестовали его превентивно. Уж очень они его боялись. Ни какого "заговора Берии", о котором так много говорили потом, на самом деле не существовало. Его придумали, чтобы как-то объяснить массам, за что арестовали самого верного ученика Сталина". Интервью с М. Смиртюковым. КоммерсантЪ. Власть, 8.2.2000. Подобно ситуацию описывает и Каганович: "Я спрашивал у Молотова... были ли у тебя документы какие-нибудь на счeт того, что он агент империализма? Он говорит: "не было". Таких документов нам не дали, и их не было". Чуев, Ф., Так говорил Каганович. Исповедь сталинского апостола, Москва 1992, с.66.  
  17. Хрущeв, Н., Воспоминания, с.277.  
  18. Там же.  
  19. Подробнее смотри Пихоя, Р., Советский Союз :, с.111.  
  20. Хрущeв, Н., Воспоминания, с.260.  
  21. Лаврентий Берия. 1953, s. 388.  
  22. Там же.  
  23. Там же, s. 389.  
  24. Там же, 389-390.  
  25. Там же, s. 370. Целое постановление на с.365-373.  
  26. Молотов Маленков, Каганович. 1957, с.68-69.  
  27. Лаврентий Берия. 1953, s. 73.  
  28. Там же, с.233. Слова Берии подтверждает запись с заседания с венгерской делегацией 13.06.1953. Transcript of the Conversations between the Soviet Leadership and Hungarian United Worker's Party Delegation in Moscow on 13 June 1953. In: Cold War International History Project Woodrow Wilson International Center for Scholars.  
  29. Хрущeв выбирает довольно острую риторику, когда в адресс Берии в этой связи подчeркивает: "он исключает руководящую роль партии, сводит еe роль на первых парах к кадрам, а по существу партию сводит на положение пропоганды. В его понимании - какая же разница между Гитлером и Гебельсом?" Лаврентий Берия. 1953, с.92.  
  30. Там же, с.369.  
  31. Задачам КПСС после смерти Сталина и реальным шагам в этой области посвящает свою работу Горлицки, Ю Партийное возраждение и смерть Сталина. 1995, с. 1-22. www.econ.uiuc.edu/-slavrev/upenn/spring95/gorl.html, где также отражены различные точки зрения Маленкова и Хрущeва на резделение полномочий между партийным и государственным аппаратом.  
  32. Подробнее о отдельных шагах шахматной партии за получение перевеса в государственном аппарате см. Жуков, Ю, Борьба за власть:  
  33. Лаврентий Берия. 1953, s. 369  
  34. Там же, с 169-172; 236-237.  
  35. Значение сельского хозяйства для советского типа экономики описывает например Гайдар, Е., экономические реформы и иерархические структуры. In: Сочинение в двух томах, 2., с.114-120.  
  36. Постановление пленума ЦК КПСС 31 января 1955г. Об увеличении производства продуктов животноводства дерективы КПСС и советского правительства по хозяйственным вопросам, Москва 1958, с.331.  
  37. Khrushchev Remembers. The Last Testament, Londyn 1974, с.118-119.  
  38. Лаврентий Берия. 1953, s. 96, 237.  
  39. Микоян, А., Так было, Москва 1999, с.518.  
  40. Подробнее см. Постановление президиума ЦК КПСС о ситуации в Белорусии и постановление президиума ЦК КПСС о политической и хозяйственной ситуации западных областей Украинской ССР. Ларентий Берия. 1953, с. 61-62 и 46-49. В Белорусии смещение первого советника Н. Патоличева не произошло в то время как этот пост на Украине покинул Л. Мельников, который был заменeн А. Кириченко. И когда были постановления президиума после смерти Берии отменены, Кириченко остался в своей функции, поскольку его спасли его хорошие отношения с Хрущeвым.  
  41. Khrushchev Remebers, Лондон 1971, с.329.  
  42. Лаврентий Берия. 1953, s. 117.  
  43. Там же, s. 49.  
  44. Жуков, Ю., Борьба за власть:, с.51.  
  45. Knight, A., Berija, Stalinuv prvni pobocnik, Praha 1995, с.221.  
  46. Лаврентий Берия. 1953, s. 19.  
  47. Там же, с.398.  
  48. Там же, s. 224.  
  49. Там же, s. 132.  
  50. Там же, s. 90.  
  51. Симонов, К., Глазами человека:, с.271. Симонов здесь упоминает эпизод, когда после смерти Сталина были некоторые отдельные личности ознакомлены с закулисной стороной дела врачей.  
  52. Лаврентий Берия. 1953, с.44.  
  53. Кокурин, А; Петров, Н., Лубянка ВЧК-ОГПУ-НКВД-НКГБ-МГБ-МВД-КГБ. 1917-1960. Справочник. Москва 1997, с.74.  
  54. Лаврентий Берия. 1953, s. 21.  
  55. Народное хозяйство СССР 1922-1972гг., Москва 1972, с.9.  
  56. Народное хозяйство СССР за 70 лет, Москва 1987, с.379.  
  57. Подготовку Сталина к войне, кроме иформации К. Каплана (Dans les Archives du Comite Central. Trente ans de secret du Bloc sovietique, Pariz 1978, с.165-167), снова подтвердил в своих мемуарах бывший румынский министр обороны Е. Боднарас, который учавствовал с 9 по 12 1951г. в той же встрече в Москве, о которой упоминает К. Каплан. Запись Боднараса со встречи размещена на www.gwu.edu/~nsarchiv/NSAEBB/NSAEBB14/doc4.htm В книге Ceskoslovensko v RVHP 1949-1956, Praha 1995, К. Каплан приводит целый ряд интересных прямых и непрямых доказательств из политической,военной и экономической областей, которые свидетельствуют о интенсивной военной подготовке коммунистического блока (с.123-130, 133-143).  
  58. Джилас, М., Беседы со Сталиным. Лицо тоталитарисма, Москва 1992с.85.  
  59. Сталин, И., Экономические проблемы социализма СССР, Москва 1952, с.36.  
  60. Никонов, В., Молотов вспоминает. Из домашнего архива. In: Независимая Газета, 4.3. 2000.  
  61. Народное хозяйство СССР за 70 лет, с.66-70.  
  62. Наумов, В., К истории секретного доклада Н. С. Хрущeва на 20 Съезде КПСС. In: Новая и новейшая история 4/1996. www.vivovoco.rsl.ru/VV/PAPERS/HISTORY/ANTIST.HTM.  
  63. Е. Боднарас, ук.соч., www.gwu.edu/~nsarchiv/NSAEBB/NSAEBB14/doc4.htm  
  64. Кокурин, А.; Петров, Н., КГБ: структура, функции, кадры (1954-1967), Свободная мысль, 1998/N1, с.116 дата постановления опять говорит о том, что речь шла об акции, которая конечно была планированна ещe раньше.  
  65. Правда, 9.8.1953.  
  66. Лаврентий Берия. 1953, s. 110.  
  67. Например выступление Н.Хрущeва. In: Лаврентий Берия. 1953, с. 93.  
  68. Transcript of the Conversations between the Soviet Leadership and Hungarian United Worker's Party Delegation in Moscow on 13 June 1953.  
  69. Там же.  
  70. Наумов, В.; Коротков, А., Берия - явный и тайный. In: Московские Новости, N 19, 1998.  
  71. Постановление пленума ЦК КПСС "О преступных антипартийных и антигосударственных действиях Берии". In: Лаврентий Берия. 1953, с.370.  
  72. Лаврентий Берия. 1953,с.244. Перипетии вокруг этих формулировок описывает Молотов, с.333. В министерстве Молотова так же возник, где-то в конце апреля 1953, документ предлагающий ряд мероприятий для улучшения ситуации в ГДР. И здесь говорится о "построении основ социализма". Soviet Foreign Ministry Memorandum "On Further Soviet Measures on the German Question," ca. 28 April 1953. In: Cold War International History Project Woodrow Wilson International Center for Scholars. Р. Пихоя, к сожалению без ссылки на источник, приводит текст предложения о решении ситуации в ГДР Берии от 18.5.1953. Кроме предложения остановить построение социализма, контсатируется необходимость остановить построение колхозов и даже якобы здесь говорится о том, что "с советской стороны, как теперь ясно были в своe время даны неправильные указания для решения вопросов развития ГДР на ближайшее время". Пихоя, Р., Пересмотр послевоенных политических процессов. In: Международный исторический журнал 2000/7. www.history.machaon.ru/number 07/ index.html.  
  73. Лаврентий Берия. 1953, с.73. Интересно что его главным противником должен был быть Молотов, тем не менее Берия извиняется перед Хрущeвым и Булганином. Кажется что Молотова в это время он уже не считал личностью которая могла бы иметь большее влияние на его судьбу.  
  74. Там же, с. 111.  
  75. Там же, с. 223.  
  76. См. Запись заседания пленума ЦК КПСС в 1955 году цитирован в статье Zubok, V., CPSU Plenums, Leadership Struggles, and Soviet Cold War Politics. www.cwihp.si.edu/default.htm (Центр хранения современных документов, фонд 2, оп. 1, д.173, 1.4.)  
  77. Шепилов, Д., Воспоминания, с.13  
  78. Там же, с. 12-13.  
  79. Хрущeв, Н.С., Воспоминания, с.441.  
  80. Не смотря на высокие фразы о правде на стороне социалистического лагеря, приказ содержавщийся в письме посланном китайскому и северокорейскому руководству ясен: нужно закончить войну. Текст письма см. Weathersby, K., New Russian Documents on the Korean War. In: Cold War International History Project Woodrow Wilson International Center for Scholars.  
  81. Громыко, А.; Пономарeв, Б. и коллектив, История внешней политики СССР, 2 часть. 1945-1980, с.232.  
  82. Khrushchev Remembers. The Last Testament, с.295-296. На этом же месте Хрущeв констатирует, что политика Берии и Сталина загнала Турцию "в распростeртые объятия американцев". И это мог быть аргумент в поддержку изменения загранично-политического курса, который оказался контрапродуктивным.  
  83. Цитировано из Knight, A., Berija:, с.164.  
  84. Радикальное изменение взгляда является для Берии типичным, вспомним его поворот в политике по отношению к народам и национальностям СССР. Перед войной, во время неe и после принял участие в различных формах репрессий в целом ряде республик, однако это ему не помешало позdнее боротся за их право на большую автономию.  
  85. Лаврентий Берия. 1953, с.310.  
  86. Там же.  
  87. Там же, с. 311.  
  88. Каplan, К., Ceskoslovensko v RVHP:, с.145.  
  89. Письмо Л. Берии Г. Маленкову 1 июня 1953. Цитировано из Восточная Европа в документах российских архивов 1944-1953гг. Часть2 1949-1953, Москва 1998, с. 918.  
  90. Там же, с.919.  
  91. Kaplan, К., Ceskoslovensko v RVHP:, с.186.  
  92. Лаврентий Берия. 1953, s. 73.  
  93. Пихоя, Р., Сталин от смерти до похорон. Московские Новости 1999/ N50.  
  94. "Не был Сталин но мог быть Берия" лапидарно обобщил ситуацию Хрущeв через 3 года в речи перед коммунистическими лидерами в Варшаве. Speech by Comrade Krushchev at the 6th PUWP CC Plenum (Excerpt), 20 March 1956, Warsaw. In: Cold War International History Project Woodrow Wilson International Center for Scholars.  
  95. Bohlen, Ch., Witness to History, New York 1973, s. 357.

Избранная литература

Аллилуева, С., Двадцать писем другу, Москва 1989.

Антонов-Овсеенко, А., Берия. www.lib.ru/MEMUARY/BERIA/owseenko.txt

Aвторханов, A., Загадки смерти сталина, Барнаул 1993.

Берия, С., Мой отец-Лаврентий Берия, Москва 1994.

Conquest, R., Great terror, Londyn 1968,

Чуев, Ф., Так говорил Каганович. Исповедь сталионского апостола, Москва 1992.

Garin, J., Politics, Power and U.S. Policy in Iran, 1950-1953. In... Journal of Cold War Studies 1/1999.

Gorlitzki, Y., Party Revivalism and the Death of Stalin. Slavic Review 1995, s. 1-22. www.econ.uiuc.edu/~slavrev/upenn/spring95/gorl.html,

Hoxha, E., Memoirs, Toronto 1980

Хрушчев, С., Интервью. www.cnn.com./SPECIALS/cold.war/episodes/07/.

Kramer, М., Declassified Materials from CPSU Central Committee Plenums... Sources, Context, Highlights. www.cwihp.si.edu/default.htm.

Маленков, А., О моем отце Георгии маленкове, Москва 1992.

V. Mastny,The Cold War and Soviet Insecurity. The Stalin Years, New York, Oxford, 1996.

Микоян, А., Так было, Москва 1999.

Микоян, С., Мой отец, безусловно, был ответственен за политическую обстановку в стране, Moj otec, bezuslovno, byl otvetstvenen za politiceskuju обстановку в стране. Интервью. In... Вестник 1997/13-14. www.vestnik.com/issues/97/0610/win/mikoyan.htm.

Народное хозяйство СССР 1922-1972гг., Москва 1972.

Ostermann, Ch.F., "This is Not a Politburo, But a Madhouse", The Post Stalin Succession Struggle, Soviet Deutschlandpolitik and the SED... New Evidence from Russian, German, and Hungarian. In... Cold War International History Project Woodrow Wilson International Center for Scholars. www.cwihp.si.edu/default.htm

J. Otto Pohl, J., Ethnic Cleansing in the USSR, 1937-1949, Westport 1999.

Pechatnov, V., The Big Three After World War II... New Documents on Soviet Thinking about Post-War Relations with the United States and Great Britain. In... Cold War International History Project Woodrow Wilson International Center for Scholars. www.cwihp.si.edu/default.htm

Пожаров, А., некоторые аспекты деятельности органов безопасности СССР в 1950-ые-в первой половине 60-х годов. www.fsb.ru/history/read/1997/pogarov.html

Радзинский, Э., Сталин, Москва 1997.

Richter, J., Reexamining Soviet Policy Towards Germany During the Beria Interregnum, 1992. In... Cold War International History Project Woodrow Wilson International Center for Scholars. www.cwihp.si.edu/default.htm

Роговин, В. Партия расстреляных, Москва 1997.

Quaroni, P., Croquis d?ambassade, Pariz 1955,

Смиртьюк, М, Интервью, Власть, 8 февраля 2000.

Земсков, ГУЛАГ (историко-социологический аспект) Социологические исследования, 1991/6.

Зубкова, Е., Общество и реформы 1945-1964, Москва 1993.
 
  Вагнер Пeтр
 
Источник "Международный исторический журнал" N14, март-апрель 2001

[версия для печати]
 
  © 2004 – 2015 Educational Orthodox Society «Russia in colors» in Jerusalem
Копирование материалов сайта разрешено только для некоммерческого использования с указанием активной ссылки на конкретную страницу. В остальных случаях необходимо письменное разрешение редакции: ricolor1@gmail.com