Россия в красках
 Россия   Святая Земля   Европа   Русское Зарубежье   История России   Архивы   Журнал   О нас 
  Новости  |  Ссылки  |  Гостевая книга  |  Карта сайта  |     
Главная / История России / Русская эмиграция / ВИДНЫЕ ДЕЯТЕЛИ РУССКОЙ ЭМИГРАЦИИ / Последний из могикан. Воспоминания о С.П. Мельгунове. Дмитрий Урушев

 
Рекомендуем
Новости сайта:
Дата в истории
Новые материалы

 
 
 
 
Документальный фильм «Святая Земля и Библия. Исцеления в Новом Завете» Павла и Ларисы Платоновых  принял участие в 3-й Международной конференции «Церковь и медицина: действенные ответы на вызовы времени», проходившей с 30 сентября по 2 октября 2020 года
 
Павел Густерин (Россия). Памяти миротворца майора Бударина
 
Оксана Бабенко (Россия). О судьбе ИНИОН РАН
 

 
 
Святая Земля. Река Иордан. От устья до истоков. Часть 2-я. Смотрите новый фильм
Святая Земля. Река Иордан. От устья до истоков. Часть 1-я. Смотрите новый фильм
СВЯТАЯ ЗЕМЛЯ И БИБЛИЯ. Часть 3-я. Формирование образа Святой Земли в Библии. См. новый фильм
СВЯТАЯ ЗЕМЛЯ И БИБЛИЯ - Часть 2-я. Переводы Библии и археология. См. новый фильм
СВЯТАЯ ЗЕМЛЯ И БИБЛИЯ  - Часть 1-я Предисловие. Новый проект православного паломнического центра Россия в красках в Иерусалиме. См. новый фильм
 
 
 
Оксана Бабенко (Россия). К вопросу о биографии М.И. Глинки
 
 
 
Главный редактор портала «Россия в красках» в Иерусалиме представил в начале 2019 года новый проект о Святой Земле на своем канале в YouTube «Путешествия с Павлом Платоновым»
 
 
 
 
Владимир Кружков (Россия). Австрийский император Франц Иосиф и Россия: от Николая I до Николая II . 100-летию окончания Первой мировой войны посвящается
 
 
 
 
 
 
Никита Кривошеин (Франция). Неперемолотые эмигранты
 
 
 
Ксения Кривошеина (Франция). Возвращение матери Марии (Скобцовой) в Крым
 
 
Ксения Лученко (Россия). Никому не нужный царь
 

Протоиерей Георгий Митрофанов. (Россия). «Мы жили без Христа целый век. Я хочу, чтобы это прекратилось»

 
 
Павел Густерин (Россия). Россиянка в Ширазе: 190 лет спустя…
 
 
 
 
 
 
Кирилл Александров (Россия). Почему белые не спасли царскую семью
 
 
 
Протоиерей Андрей Кордочкин (Испания). Увековечить память русских моряков на испанской Менорке
Павел Густерин (Россия). Дело генерала Слащева
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Мы подходим к мощам со страхом шаманиста
Борис Колымагин (Россия). Тепло церковного зарубежья
Нина Кривошеина (Франция). Четыре трети нашей жизни. Воспоминания
Павел Густерин (Россия). О поручике Ржевском замолвите слово
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия).  От Петербургской империи — к Московскому каганату"
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Приплетать волю Божию к убийству человека – кощунство! 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). "Не ищите в кино правды о святых" 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). «Мы упустили созидание нашей Церкви»
Алла Новикова-Строганова. (Россия).  Отцовский завет Ф.М. Достоевского. (В год 195-летия великого русского православного писателя)
Ксения Кривошеина (Франция).  Шум ленинградского прошлого
Олег Озеров (Россия). Гибель «Красного паши»
Павел Густерин (Россия). О заселении сербами Новороссии
Юрий Кищук (Россия). Невидимые люди
Павел Густерин (Россия). Политика Ивана III на Востоке
Новая рубрика! 
Электронный журнал "Россия в красках"
Вышел осенний номер № 56 журнала "Россия в красках"
Архив номеров 
Проекты ПНПО "Россия в красках":
Публикация из архивов:
Раритетный сборник стихов из архивов "России в красках". С. Пономарев. Из Палестинских впечатлений 1873-74 гг. 
Славьте Христа добрыми делами!

Рекомендуем:
Иерусалимское отделение Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО)
Россия и Христианский Восток: история, наука, культура





Почтовый ящик интернет-портала "Россия в красках"
Наш сайт о паломничестве на Святую Землю
Православный поклонник на Святой Земле. Святая Земля и паломничество: история и современность
Последний из могикан
 
Вспоминая о Л. Н. Толстом, историк и публицист С. П. Мельгунов сокрушался: "Теперь как чувствуешь, что нет больше у нас таких могикан. Когда, как не теперь, должен был возвыситься такой голос? А его не слышно". Ныне, когда прошло пятьдесят лет со дня смерти самого Мельгунова, то же можно сказать и о нём. Современной России не хватает авторитетного голоса русского писателя, не примирившегося со злом наших дней.
 
Cергей Петрович Мельгунов родился на праздник Рождества Христова, 25 декабря 1879 г. (по новому стилю – 7 января 1880 г.), в Москве, в старинной дворянской семье. Его отец, Пётр Петрович Мельгунов, учился на историко-филологическом факультете Московского университета у известного медиевиста В. И. Герье, на одном курсе с В. О. Ключевским и Н. П. Кондаковым. Он был талантливым человеком, но не сумел реализовать себя как учёный и всю жизнь преподавал в частных гимназиях. Объяснений тому много: слишком разбрасывался, занимаясь то историей, то филологией, то естественными науками, играл в карты и пил вино. Наверное, чрезмерное пристрастие к вину, свойственное многим из рода Мельгуновых, стало причиной распада семьи. Когда родители разошлись, Сергея, младшего ребёнка, забрала мать.
 
Мальчик, родившийся в великий и радостный день, не стал счастливым. Отец не любил его, называл "маминым лазутчиком", а однажды так схватил за вихры, что на всю жизнь на голове Мельгунова осталась маленькая незаметная плешь. Мать, женщина истеричная и раздражительная, в гневе бранила Серёжу "мельгуновским отродьем". Её можно понять – ей приходилось заботиться и о сыне, и о двух старших дочерях, учившихся в Николаевском институте. Семья жила только на скудный заработок матери, и всё же Сергей поступил в гимназию.
 
Именно в гимназические годы сложился характер Мельгунова, казавшийся многим тяжёлым, сформировались его взгляды и интересы. В восьмом классе он впервые обратился к истории старообрядчества ("раскола"), впоследствии ставшей одной из важнейших тем его исследований. Учитель русского языка Н. Н. Покровский предложил гимназистам написать домашнее сочинение на свободную тему. Сергей выбрал такую: "Был ли раскол движением прогрессивным или регрессивным?" Впоследствии он рассказывал: "Я с пылом доказывал, что раскол был явлением идейным и как протест – явлением прогрессивным. Покровский был человек консервативный по убеждениям и вообще шаблонный. Ему мои доводы не понравились. И на моём сочинении он мелким почерком написал восемь страниц критики, доказывая необоснованность моих утверждений". Критика и незаслуженная тройка, поставленная учителем, раззадорили гимназиста, задели его "авторское самолюбие". Он стал много читать по истории старообрядчества и постепенно сделался специалистом по этой теме.
 
В ту пору Мельгунов пережил, по его признанию, "религиозный перелом". Его мать не отличалась набожностью, но свято верила в особую благодать протоиерея Валентина Амфитеатрова, отца писателя А. В. Амфитеатрова. Священник, служивший в Кремле, в маленькой церкви Нечаянной Радости, почитался на Москве пророком и чудотворцем. Мать заставляла Сергея исповедоваться именно у него. Как-то, придя к духовнику, гимназист шестого класса Мельгунов отстоял многочасовую очередь, был утомлён и раздражён. Настал его черёд идти в исповедальню, но тут прибежал дьячок и объявил: "Алексеева!" Это была жена или мать городского головы Н. А. Алексеева, которую тотчас провели без очереди. Когда же Сергей вошёл наконец к священнику, его губы дрожали от обиды. Амфитеатрову показалось, что юнец смеется. Протоиерей гневно обрушился на него: "Вы, молодой человек, приходите на исповедь и смеетесь! Это показывает вашу недалёкость. У меня сейчас был ваш начальник Зверев и валялся в ногах, а вы себя так вызывающе держите!" Мельгунов вспылил, и духовник выгнал его, отворив дверь и громко крикнув: "Идите!" Сергей шёл через всю церковь, сопровождаемый неодобрительными взглядами толпы: чем же согрешил гимназист, что батюшка прогнал его?
 
Так Мельгунов навсегда стал нерелигиозным человеком. Всю жизнь он весьма прохладно относился к господствующей Синодальной Церкви и писал о ней: "Церковь сделалась одной из отраслей бюрократического управления, одним из многочисленных департаментов сложного государственного механизма. Она впитала в себя идеи старого режима и сделалась консервативной силой, охраняющей своим духовным авторитетом одряхлевшие устои общественной жизни. Она являлась врагом свободы и защитницей бесправия".
 
А к старообрядчеству Сергей Петрович испытывал не только учёный интерес, но и глубокое уважение: "Во всём подчиняясь гражданской власти, неся повинности государственные, отдавая себя на служение благу родины, не щадя жизни своей, старообрядцы, однако, свою совесть и душу ревниво оберегали и хранили от посягательства на них гражданских и чуждых им духовных властей. "Кесарево – кесарю, а Божие – Богови". Вот тот евангельский фундамент, на котором построены отношения старообрядчества к государственной власти".
 
В 1899 г. Мельгунов поступил на историко-филологический факультет Московского университета и был благожелательно встречен ведущими профессорами В. И. Герье и В. О. Ключевским. Он активно участвовал в деятельности студенческих научных кружков. В 1902 г. Мельгунов выступил в Центральном студенческом обществе с чтением реферата "О значении раскола и сектантства в русской жизни", лёгшим в основу его будущей кандидатской работы. Впоследствии он вспоминал: "В своём университетском сочинении в большом предисловии я пытался обосновать значение этого явления в России и связать русское современное сектантство с теми общественно-религиозными течениями, которые были в прошлом... Разве консервативный Аввакум не делался для своего времени крайним революционером в области политической? Посему расколоучителей и казнили за государственные преступления – за хулы на имя государево и на царский дом". В 1904 г. Сергей Петрович закончил университет с дипломом 2-й степени.
 
Ещё студентом-первокурсником он начал сотрудничать с либеральной газетой "Русские ведомости", и это сотрудничество продолжалось до 1916 г. В редакции он был единственным специалистом по религиозной тематике, поэтому его собственная точка зрения становилась точкой зрения газеты. Мельгунов основал кооперативное издательство "Задруга", затем – журнал "Голос минувшего", выходивший до 1923 г. Он печатал историко-публицистические материалы в газете "Русские ведомости", журналах "Русское богатство", "Вестник Европы", "Русская мысль" и др. Многие из его книг были посвящены религиозным проблемам, старообрядчеству и сектантству: "Москва и старая вера", "Из истории религиозно-общественных движений в России XIX в.", "Церковь и государство в России", "Старообрядцы и вопросы совести".
 
В 1906 г. Мельгунов вступил в Партию конституционных демократов, но вскоре перешёл на позиции Народно-социалистической партии. Убеждённый демократ и противник полицейского государства, Сергей Петрович смело критиковал ту несовершенную свободу, которая была дарована России после революции 1905 г. Он выступал за равноправие всех религиозных объединений и против того привилегированного положения, в котором находилась Синодальная Церковь: "Ныне господствующая Церковь должна быть немедленно освобождена от прежней государственной опеки. Она должна быть Церковью автономной, самоопределяющейся и самоуправляющейся. Наряду с уничтожением государственной опеки уничтожаются и монополии господствующей Церкви – монополии пропаганды и уголовной охраны. Организованная на таких началах, господствующая Церковь в правовом государстве не будет воплощать в себе идеи насилия над религиозною совестью, как это было за всё истекшее время. По отношению ко всем вероисповеданиям будет признана идея равноправия, и истина будет торжествовать внутреннею своею силою".
 
Личные связи Сергея Петровича со староверами были установлены через известного антиквара С. Т. Большакова, торговавшего древними иконами и книгами в лавочке на углу Новой площади и Варварских ворот. Возможно, молодого историка привёл сюда интерес к старообрядческой книжности. Большаков, старовер-поповец, прихожанин храмов Рогожского кладбища, богатый купец 2-й гильдии, отличался необычайной простотой. Мельгунов рассказывал: "Хозяин вечно юркий, вечно в каких-то хлопотах, неизменно приветливый, нисколько не смущаясь, при входе почётного гостя брал с грязной полки свою вставную челюсть и пристраивал её на глазах у посетителя. После этого начинались уже разговоры. Но никогда и здесь он не забывал своих коммерческих расчётов: всякую безделицу книжную продаст по цене хорошей".
 
Такой же простотой отличался и домашний быт Большакова. Мельгунов часто бывал в гостях у купца, где знакомился с интересными ему людьми. "Раз даже я попал на какой-то семейный торжественный обед с пирогом, винами и наливками. Впрочем, угощения я старался избегать. У хозяина всё делалось с откровенной простотой. Так, на моих глазах все опивки из рюмок и стаканов сливались вновь в бутылку. Представляю себе, какие напитки должны были получаться в этих бутылках! Обиход Большакова был обиход зажиточного мещанства".
 
Сергей Петрович познакомил с Большаковым писателя П. Д. Боборыкина, также публиковавшегося в "Русских ведомостях". Боборыкин писал "Обмирщение" – роман из быта староверов, где изобразил и Мельгунова в виде студента-историка, репетитора в богатом старообрядческом доме, ухаживающего за дочерью хозяев. Но молодому публицисту доводилось встречаться со староверами-миллионщиками не только на страницах романов. В 1909–1910 гг. Боборыкин решил создать специальное общество для пропаганды "положительных идей" в противовес мистической философии, модной в эпоху декаданса. Некоторое время заседания общества проходили на квартире Д. П. Рябушинского, представителя знаменитой старообрядческой династии промышленников и банкиров. Здесь Мельгунов увидел быт, совершенно отличный от обихода Большакова: "хороший кабинет, мягкие кресла, чай со всякими аксессуарами".
 
В то же время Сергей Петрович познакомился с Л. Н. Толстым и 10 июля 1905 г. посетил писателя в Ясной Поляне: "Наши мировоззрения, конечно, слишком радикально расходились между собою, чтобы найти точки соприкосновения... Толстой попытался было меня направить на путь истинный и советовал заняться исключительно изучением религиозных движений в России – может быть, единственное положительное и самое важное в современной общественной жизни".
 
Занятия Сергея Петровича старообрядчеством вызвали неожиданный интерес со стороны Католической Церкви. В 1906 г. он получил из Львова несколько книг от греко-католического митрополита Антония Шептицкого "с довольно уважительною подписью-автографом". А вскоре историка посетил "папский эмиссар" – священник Алексей Зерчанинов (в воспоминаниях Мельгунова он ошибочно назван Зяркевичем), один из основателей греко-католической общины в Петербурге. Зерчанинов родился в Нижегородской губернии, где традиционно жило множество староверов. Будучи священником Синодальной Церкви, он вёл миссионерскую деятельность среди "раскольников", но общение со старообрядцами разубедило его в истинности "казённого православия". Духовные поиски Зерчанинова закончились переходом в католичество. И вот он приехал в Москву "со специальною целью прозондировать почву о возможности привлечь притесняемых русских старообрядцев к признанию папского приматства".
 
Мельгунов вспоминает: "Зяркевич развил подробно теорию о воссоединении Церквей, мечты некоторых деятелей Ватикана, перед которыми рисуется всесветное владычество над религиозными душами мира, о воссоединении, первым этапом которого было бы признание Папы русским старообрядчеством в форме, как это признаёт униатское вероисповедание... Мне, однако, пришлось только разочаровать папского эмиссара ХХ века, указав утопичность подобного начинания по отношению к старообрядчеству".
 
Мельгунов приветствовал Февральскую революцию 1917 г. Временное правительство назначило его ответственным за обследование и приём архивов охранного и жандармского управлений, а также документов Министерства внутренних дел. Получив доступ к секретным бумагам, Мельгунов решил опубликовать их. Для этого при издательстве "Задруга" была основана серия "Материалы по истории освободительного движения в России", в которой вышел только один сборник, посвящённый большевикам. К нему был приложен послужной список секретных сотрудников департамента полиции и охранного отделения, работавших среди большевиков.
 
Естественно, такая книга не могла понравиться тем, кто захватил власть в октябре 1917-го. К диктатуре пролетариата Сергей Петрович, противник любой диктатуры, отнёсся враждебно. Он занял непримиримую антибольшевистскую позицию, которая должна была рано или поздно привести его к открытому конфликту с новой властью. Обвиняемый в "контрреволюционной деятельности", Мельгунов пережил 23 обыска и 5 арестов, 6 месяцев провёл в подполье, скрываясь от чекистов, полтора года просидел в тюрьме. В 1920 г. он был приговорён к расстрелу, заменённому потом 10 годами тюремного заключения, но был освобождён благодаря настойчивым ходатайствам научной общественности. В октябре 1922 г. Мельгунова с женой выслали из Советской России в Германию.
 
В эмиграции Сергей Петрович сразу же активно включился в жизнь русского зарубежья. Он издаёт и редактирует журналы, пишет исторические книги, одним из первых пытаясь проанализировать события 1917 г. и периода Гражданской войны. Одновременно он не прекращает антисоветскую деятельность, призывая русскую эмиграцию сплотиться в единый антикоммунистический фронт. Из Германии чета Мельгуновых переехала во Францию, в предместье Парижа Шампиньи-сюр-Марн. Здесь Сергей Петрович скончался от тяжёлой формы рака горла 26 мая 1956 г.
 
По прошествии полувека многое из исторического и публицистического наследия Мельгунова по-прежнему актуально. Например, статьи, посвящённые религиозным вопросам. Написанные сто лет назад, они не утратили своей значимости: проблемы свободы совести и равноправия религиозных объединений остаются в России насущными и злободневными. Современно звучат слова Мельгунова: "За истекшее прошлое религия насильственно привязывалась к политике, религией пользовались как орудием властвования, а потому полицейская рука так охотно копошилась в тайниках души у русских граждан. К той же цели она по старой традиции всё ещё стремится и теперь: казённое тавро благонадёжности должно лежать на каждом вероисповедовании".
 
Правовое государство, описанное Сергеем Петровичем Мельгуновым, пока остаётся идеалом для России: "Ни одна Церковь не пользуется никакими прерогативами и особой поддержкой со стороны государственной власти. Равно охраняя религиозную свободу представителей всех без исключения вероисповедных групп, признавая и атеизм, государство совершенно отделяет себя от вероисповедных интересов и окончательно сбрасывает с себя старую оболочку теократической опеки". †
 
Дмитрий Урушев
По материалам сайта журнала "Истина и жизнь" № 11, 2006 г.
 
 

[версия для печати]
 
  © 2004 – 2015 Educational Orthodox Society «Russia in colors» in Jerusalem
Копирование материалов сайта разрешено только для некоммерческого использования с указанием активной ссылки на конкретную страницу. В остальных случаях необходимо письменное разрешение редакции: ricolor1@gmail.com