Россия в красках
 Россия   Святая Земля   Европа   Русское Зарубежье   История России   Архивы   Журнал   О нас 
  Новости  |  Ссылки  |  Гостевая книга  |  Карта сайта  |     

 
Рекомендуем
Новости сайта:
Дата в истории
Новые материалы

 
 
 
 
Документальный фильм «Святая Земля и Библия. Исцеления в Новом Завете» Павла и Ларисы Платоновых  принял участие в 3-й Международной конференции «Церковь и медицина: действенные ответы на вызовы времени», проходившей с 30 сентября по 2 октября 2020 года
 
Павел Густерин (Россия). Памяти миротворца майора Бударина
 
Оксана Бабенко (Россия). О судьбе ИНИОН РАН
 

 
 
Святая Земля. Река Иордан. От устья до истоков. Часть 2-я. Смотрите новый фильм
Святая Земля. Река Иордан. От устья до истоков. Часть 1-я. Смотрите новый фильм
СВЯТАЯ ЗЕМЛЯ И БИБЛИЯ. Часть 3-я. Формирование образа Святой Земли в Библии. См. новый фильм
СВЯТАЯ ЗЕМЛЯ И БИБЛИЯ - Часть 2-я. Переводы Библии и археология. См. новый фильм
СВЯТАЯ ЗЕМЛЯ И БИБЛИЯ  - Часть 1-я Предисловие. Новый проект православного паломнического центра Россия в красках в Иерусалиме. См. новый фильм
 
 
 
Оксана Бабенко (Россия). К вопросу о биографии М.И. Глинки
 
 
 
Главный редактор портала «Россия в красках» в Иерусалиме представил в начале 2019 года новый проект о Святой Земле на своем канале в YouTube «Путешествия с Павлом Платоновым»
 
 
 
 
Владимир Кружков (Россия). Австрийский император Франц Иосиф и Россия: от Николая I до Николая II . 100-летию окончания Первой мировой войны посвящается
 
 
 
 
 
 
Никита Кривошеин (Франция). Неперемолотые эмигранты
 
 
 
Ксения Кривошеина (Франция). Возвращение матери Марии (Скобцовой) в Крым
 
 
Ксения Лученко (Россия). Никому не нужный царь
 

Протоиерей Георгий Митрофанов. (Россия). «Мы жили без Христа целый век. Я хочу, чтобы это прекратилось»

 
 
Павел Густерин (Россия). Россиянка в Ширазе: 190 лет спустя…
 
 
 
 
 
 
Кирилл Александров (Россия). Почему белые не спасли царскую семью
 
 
 
Протоиерей Андрей Кордочкин (Испания). Увековечить память русских моряков на испанской Менорке
Павел Густерин (Россия). Дело генерала Слащева
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Мы подходим к мощам со страхом шаманиста
Борис Колымагин (Россия). Тепло церковного зарубежья
Нина Кривошеина (Франция). Четыре трети нашей жизни. Воспоминания
Павел Густерин (Россия). О поручике Ржевском замолвите слово
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия).  От Петербургской империи — к Московскому каганату"
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Приплетать волю Божию к убийству человека – кощунство! 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). "Не ищите в кино правды о святых" 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). «Мы упустили созидание нашей Церкви»
Алла Новикова-Строганова. (Россия).  Отцовский завет Ф.М. Достоевского. (В год 195-летия великого русского православного писателя)
Ксения Кривошеина (Франция).  Шум ленинградского прошлого
Олег Озеров (Россия). Гибель «Красного паши»
Павел Густерин (Россия). О заселении сербами Новороссии
Юрий Кищук (Россия). Невидимые люди
Павел Густерин (Россия). Политика Ивана III на Востоке
Новая рубрика! 
Электронный журнал "Россия в красках"
Вышел осенний номер № 56 журнала "Россия в красках"
Архив номеров 
Проекты ПНПО "Россия в красках":
Публикация из архивов:
Раритетный сборник стихов из архивов "России в красках". С. Пономарев. Из Палестинских впечатлений 1873-74 гг. 
Славьте Христа добрыми делами!

Рекомендуем:
Иерусалимское отделение Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО)
Россия и Христианский Восток: история, наука, культура





Почтовый ящик интернет-портала "Россия в красках"
Наш сайт о паломничестве на Святую Землю
Православный поклонник на Святой Земле. Святая Земля и паломничество: история и современность

Заключение  
 
Жизненный путь епископа Виктора (Островидова) до его приезда в 1920 г. в Вятскую губернию свидетельствует о его значительном богословско-теоретическом и практическом опыте религиозной деятельности, умении самостоятельно анализировать церковно-государственные отношения. Он считал правильным разрыв Церкви с «мирскими привязанностями», осуждал политическую деятельность Церкви, занятую реализацией интересов светской власти, а не достижением религиозных целей. Еп. Виктор ещё в 1911 г. выступил с критикой экклесиологии авторитетного иерарха и богослова митр. Сергия (Страгородского) в связи с его излишне практическим пониманием Церкви в ущерб её мистической сущности.
 
Вятское духовенство в начале 1917 г. поддержало свержение монархии и установление нового правительства. После Октября 1917 г. в условиях острой напряжённости во взаимоотношениях Церкви и Советского государства вятское духовенство в начале 1918 г. безуспешно пыталось открыто заявить о своей лояльности к власти. Однако под давлением епархиального архиерея было вынуждено реализовывать обязательные для исполнения распоряжения высшей церковной власти, что неминуемо приводило к конфликтам на местах. По мере ослабления центральной церковной власти и развернувшихся репрессий с осени 1918 г. со стороны Епархиального совета, духовенства г. Вятки и губернии в целом наблюдается взаимодействие и сотрудничество со светской властью в деле реализации декрета СНК об отделении Церкви от государства и некоторых мероприятий губернских органов власти и управления. В результате упрочнения советской власти, её репрессивных мероприятий, а также адаптации деятелей церкви к новым условиям жизни общества в 1920 – 1921 гг. наблюдается спад антиправительственных выступлений и преимущественно лояльное отношение духовенства и верующих к светской власти.
 
Приехавший в 1920 г. в Вятскую губернию еп. Виктор (Островидов) открыто заявил о своей аполитичной лояльности и признании советской власти. В отличие от вятского духовенства его позиция не предполагала активного участия в реализации секулярной политики советской власти.
 
В сложных условиях неразберихи в церковно-административном управлении популярный в народе, но находящийся на «вторых ролях» епископ Виктор проявлял определённые притязания на административное руководство (как это было в 1921, 1926, 1927 гг.) и идейно-духовное лидерство в Вятской епархии (в 1922 г.). В период проведения кампании по изъятию церковных ценностей он зарекомендовал себя в отличие от епископа Вятского и Слободского Павла и подавляющего большинства вятских священнослужителей в качестве последовательного и принципиального сторонника патриарха Тихона. Его мнение оказало решающее влияние на формирование принципиально негативной позиции правящего вятского архиерея Павла (Борисовского) к ВЦУ и обновленчеству. Вместе с тем еп. Виктор не одобрял явные демонстративные «перегибы» еп. Павла в отношении обновленцев. Критикуя обновленцев, он считал это только внутрицерковным делом, не касающимся гражданской власти, к которой нужно соблюдать лояльность и исполнять все её требования, касающиеся внешней жизни Церкви.
 
Независимость, смелость, прямолинейность, безкомпромиссность в суждениях и оценках зачастую обусловливали напряжённость во взаимоотношениях между еп. Виктором и «коллегами по корпорации»: начальником Иерусалимской духовной миссии архимандритом Леонидом, авторитетнейшими церковными иерархами – митрополитами Сергием (Страгородским) и Антонием (Храповицким), епископами Евсевием (Рождественским), Павлом (Борисовским), Алексием (Кузнецовым), Симеоном (Михайловым). Речь уж не ведётся об обновленческих иерархах.     
 
В вопросах управления вверенной ему Ижевской и Вотской епархии владыка Виктор открыто шёл на явное нарушение церковной дисциплины, что приводило к конфликтным ситуациям на местах, в урегулировании которых приняла участие высшая церковная власть, в конечном итоге в конце августа 1927 г. вынесшая порицание неканоничным действиям епископа Ижевского и Вотского Виктора.   
 
При различии мировоззренческих концепций Церкви и Советского государства митрополит Сергий от имени всей Русской Православной Церкви открыто заявил о поддержке правительства, осуществляющего модернизацию страны. Последняя подразумевала слом традиционного общества, в котором религия выступала в качестве одного из ключевых компонентов мировоззрения и являлась важным регулятором общественных отношений.
 
В конце лета 1927 г. в области церковно-административного управления епископ Виктор признавал полномочия заместителя патриаршего местоблюстителя митрополита Сергия и существующего при нём Синода, а также не критиковал Декларацию. Вместе с тем нельзя однозначно утверждать о беспрекословном авторитете действий митрополита Сергия в восприятии епископа Виктора. Однако уже не позднее сентября 1927 г. епископ Виктор первым из иерархов открыто публично выступил против церковно-политического курса митрополита Сергия, направленного на безоговорочную легитимацию светской власти и её политики. Он увидел в этом ущерб внутренней духовной свободе Церкви, вынужденной ради легализации вновь следовать за прагматическими интересами светской власти вместо того, чтобы придерживаться принципов аполитичной лояльности даже в ущерб возможности устроить внешнюю жизнь Церкви как социального института. Антисергианская позиция еп. Виктора была популярна среди широких слоёв верующих, духовенства, части иерархов.
 
Широко распространяемые и поддерживаемые антисергианские взгляды еп. Виктора вкупе с динамично развивающимися разногласиями (в 1926 – декабре 1927 гг.) по поводу его руководства над Ижевской и Вотской епархией, а также практическими притязаниями на управление Вятской епархией привели в ноябре – декабре 1927 г. к церковному разделению, получившему название «викторианство».
 
Викторианство в конце 1927 – начале 1928 гг. формировалось как течение в Русской Православной Церкви, представлявшее собой преимущественно легальные приходские общины, а также «церковное подполье», придерживающееся одной с официальной, то есть сергианской Церковью, традиционной религиозной культуры, но имеющее альтернативные по отношению к митр. Сергию религиозно-политические установки, при этом изначально не носящие антиправительственного характера. По своей сути оно являлось продолжением функционирования тихоновских церковных общин, отказавшихся от подчинения легализовавшейся за счёт солидаризации с правительством Высшей церковной власти и признающих своим руководителем антисергианского идеолога еп. Виктора, неканонически действовавшего с осени 1927 г. на территории Вятской и Вотской епархий.
 
В конце 1927 г. – осенью 1928 г. викторианство главным образом было распространено в Вятской епархии (150 приходов) и Глазовской епископии (примерно 30-50 приходов). В Вятке, несмотря на то, что сергианских приходов было более чем в два раза больше (340 приходов), имел место численный паритет (сохранившийся до начала 1930-х гг.) верующих сергиан и викториан, при этом известно, что численность последних составляло не менее 200 000 человек.
 
Существование вотского викторианства было не в малой степени обусловлено спорами, длившимися уже несколько лет по вопросу образования самостоятельной Вотской епархии. К концу 1920-х гг. большая часть глазовского духовенства также массово отошла от поддержки антисергианских взглядов еп. Виктора, как и ранее «организованно» их поддержала.
 
В Вятской губернии успех быстрого принятия взглядов еп. Виктора, особенно осенью 1927-1928 гг., не в малой степени был обусловлен их поддержкой со стороны почитаемой массой верующих игуменьи Февронии (Юферевой), которая ранее, не имея богословского образования, самостоятельно одна из первых в Вятской губернии открыто выступила против обновленчества вразрез мнению подавляющего большинства вятского духовенства. Игуменью Февронию можно считать идеологом викторианского церковного подполья, представленного в конце 1920-х гг., как правило, нелегальными монашескими общинами. Она так же, как и еп. Виктор, не считала необходимостью идти на недопустимые, в их понимании, компромиссы со светской властью ради возможности существования Церкви как легально действующего социального института.  
 
Апологеты курса митр. Сергия дистанцировались от «неправильной» трактовки еп. Виктором должных церковно-государственных отношений, запретив его в священнослужении, а впоследствии обвинением в адрес викторианства в том, что оно является расколом и даже ересью. Поводов для этого было достаточно. Имелись явные канонические «перегибы» как со стороны еп. Виктора, так и со стороны наиболее фанатичных его последователей, слишком рьяно защищавших «истинное» православие. В поле церковных запрещений подпадали массы населения, в первую очередь духовенство, уклонившееся в викторианский «раскол».
 
Осенью 1927 – начале 1928 гг. еп. Виктором на территории Вятской епархии было создано параллельное сергианскому замыкающееся на нём церковное управление. После ареста еп. Виктора в середине 1928 – второй половине 1931 гг. на территории Вятского края сложились две вертикали управления викторианскими приходами. Первая преимущественно сложилась на территории Вятской и Котельничской епископий, а вторая – в Яранской епископии. Сверху вниз они выглядели следующим образом: 1) епископы Дмитрий Гдовский (май 1928 – ноябрь 1929 гг.) и Сергий Нарвский (ноябрь 1929 – декабрь 1930 гг.) – благочинные – церковные общины – верующие; 2) епископы Дмитрий Гдовский и Сергий Нарвский – еп. Нектарий (с конца 1928 – начала 1929 гг. по август 1930 гг.) и епископ Синезий (предположительно с августа 1930 г. по май 1931 г.) – благочинные – церковные общины – верующие. Указанные управленческие вертикали пытались воссоздать нормальную церковную жизнь. При этом вятские антисергиане в целом продолжали себя идентифицировать в качестве викториан.
 
Распространение и массовая поддержка викторианства обеспечивались тем, что политика митр. Сергия и обновленчество представлялись верующим как явления одного порядка – «красной» Церковью. В условиях свёртывания религиозного нэпа и начавшейся форсированной модернизации страны, повлёкшей к новому витку обострения противоречий между различными социальными слоями, сергианская Церковь уже априори не могла удовлетворять идеологические потребности людей, оппозиционно настроенных к Советскому государству. С другой стороны, лояльно-аполитичные взгляды еп. Виктора всё чаще стали трактоваться его приверженцами и светской властью как отказ (или призыв к отказу) от подчинения государству. Антисоветской политизации викториан способствовало также и развитие идеологической базы викторианства, связанное с деятельностью епископа Яранского Нектария (Трезвинского). Яранские антисергиане, а также репрессивные органы власти характеризовали деятельность еп. Нектария как продолжение линии еп. Виктора. Вместе с тем его взгляды в отличие от еп. Виктора носили оппозиционную к правительству окраску и ориентировали широкие слои духовенства и верующих на подпольное существование. Показателем принятия установок еп. Нектария частью викториан можно считать дифференциацию в их идентификации. Часть яранских антисергиан в начале 1930-х гг. стали причислять себя к приверженцам «викторо-нектариевской ориентации». К началу 1937 г. 2/5 церковных общин Санчурского района считались «нектариевскими». Подавляющая же часть легальных антисергианских приходов характеризовалась как «тихоновская», «тихоновцы», иногда «тихоновцы-викторовцы».
 
В 1929-1932 гг. органами светской власти была пресечена деятельность викторианских групп, не поддержавших форсированных модернизационных преобразований в стране, а зачастую непосредственно активно стимулировавших антисоветскую политизацию части населения. В этом ключе репрессивными органами власти рассматривалась и сама антисергианская позиция духовенства и верующих. В результате было «нейтрализовано» 2/3 викторианских священников и практически все заметные монашеские нелегальные общины, пресечены иерархические связи за пределами Вятского края с епископами антисергианами.
 
В 1932 г. викторианское течение в Русской Православной Церкви прекратило своё существование как оппозиционная Московской патриархии церковная деноминация, имеющая относительно устойчивые обособленные иерархические связи и возможность легального распространения идеологии (уже не лояльно-аполитичной) на широкие слои верующих.
 
Если в середине 1930-х гг. имели место отдельные довольно слабые попытки восстановить иерархические связи внутри епархии, а также за её пределами с епископами антисергианами, то уже в конце 1930-х церковная жизнь чаще всего замыкалась в рамках одной общины, численность которых постоянно снижалось. В 1938 г. их было уже 36, в том числе 2/3 располагались в Кикнурском и Санчурском районах. Повсеместное массовое закрытие храмов в 1930-е гг. вытеснило в подполье массу духовенства и верующих, создав тем самым условия для активизации антисоветских настроений и формирования «катакомбной» субкультуры.
 
В середине 1930-х – 1940-е гг. органами власти в результате систематической работы были «нейтрализованы» почти все нонконформистские по отношению к Советскому государству и Московской патриархии нелегально действующие группы и личности, считавшие себя последователями епископов Виктора (Островидова) и Нектария (Трезвинского). Весной 1943 г. перестали действовать три последние легальные викторианские церкви. Остатки викториан в середине 1940-х гг. были поставлены в условия: либо сменить для легализации церковной жизни свои религиозно-политические ориентиры, либо окончательно уйти в подполье, отличительной чертой которого всё более становилась альтернативная по отношению к традиционной церковной культуре «катакомбная» субкультура.
 
© А.Г. Поляков
 
Материал из книги - Поляков А.Г.Викторианское течение в Русской Православной Церкви. – Киров, 2009
 
Материал прислан автором порталу "Россия в красках" 25 июля 2014 г.
 
 
 
 
 

[версия для печати]
 
  © 2004 – 2015 Educational Orthodox Society «Russia in colors» in Jerusalem
Копирование материалов сайта разрешено только для некоммерческого использования с указанием активной ссылки на конкретную страницу. В остальных случаях необходимо письменное разрешение редакции: ricolor1@gmail.com