Россия в красках
 Россия   Святая Земля   Европа   Русское Зарубежье   История России   Архивы   Журнал   О нас 
  Новости  |  Ссылки  |  Гостевая книга  |  Карта сайта  |     

 
Рекомендуем
Новости сайта:
Дата в истории
Новые материалы

 
 
 
 
Документальный фильм «Святая Земля и Библия. Исцеления в Новом Завете» Павла и Ларисы Платоновых  принял участие в 3-й Международной конференции «Церковь и медицина: действенные ответы на вызовы времени», проходившей с 30 сентября по 2 октября 2020 года
 
Павел Густерин (Россия). Памяти миротворца майора Бударина
 
Оксана Бабенко (Россия). О судьбе ИНИОН РАН
 

 
 
Святая Земля. Река Иордан. От устья до истоков. Часть 2-я. Смотрите новый фильм
Святая Земля. Река Иордан. От устья до истоков. Часть 1-я. Смотрите новый фильм
СВЯТАЯ ЗЕМЛЯ И БИБЛИЯ. Часть 3-я. Формирование образа Святой Земли в Библии. См. новый фильм
СВЯТАЯ ЗЕМЛЯ И БИБЛИЯ - Часть 2-я. Переводы Библии и археология. См. новый фильм
СВЯТАЯ ЗЕМЛЯ И БИБЛИЯ  - Часть 1-я Предисловие. Новый проект православного паломнического центра Россия в красках в Иерусалиме. См. новый фильм
 
 
 
Оксана Бабенко (Россия). К вопросу о биографии М.И. Глинки
 
 
 
Главный редактор портала «Россия в красках» в Иерусалиме представил в начале 2019 года новый проект о Святой Земле на своем канале в YouTube «Путешествия с Павлом Платоновым»
 
 
 
 
Владимир Кружков (Россия). Австрийский император Франц Иосиф и Россия: от Николая I до Николая II . 100-летию окончания Первой мировой войны посвящается
 
 
 
 
 
 
Никита Кривошеин (Франция). Неперемолотые эмигранты
 
 
 
Ксения Кривошеина (Франция). Возвращение матери Марии (Скобцовой) в Крым
 
 
Ксения Лученко (Россия). Никому не нужный царь
 

Протоиерей Георгий Митрофанов. (Россия). «Мы жили без Христа целый век. Я хочу, чтобы это прекратилось»

 
 
Павел Густерин (Россия). Россиянка в Ширазе: 190 лет спустя…
 
 
 
 
 
 
Кирилл Александров (Россия). Почему белые не спасли царскую семью
 
 
 
Протоиерей Андрей Кордочкин (Испания). Увековечить память русских моряков на испанской Менорке
Павел Густерин (Россия). Дело генерала Слащева
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Мы подходим к мощам со страхом шаманиста
Борис Колымагин (Россия). Тепло церковного зарубежья
Нина Кривошеина (Франция). Четыре трети нашей жизни. Воспоминания
Павел Густерин (Россия). О поручике Ржевском замолвите слово
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия).  От Петербургской империи — к Московскому каганату"
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Приплетать волю Божию к убийству человека – кощунство! 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). "Не ищите в кино правды о святых" 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). «Мы упустили созидание нашей Церкви»
Алла Новикова-Строганова. (Россия).  Отцовский завет Ф.М. Достоевского. (В год 195-летия великого русского православного писателя)
Ксения Кривошеина (Франция).  Шум ленинградского прошлого
Олег Озеров (Россия). Гибель «Красного паши»
Павел Густерин (Россия). О заселении сербами Новороссии
Юрий Кищук (Россия). Невидимые люди
Павел Густерин (Россия). Политика Ивана III на Востоке
Новая рубрика! 
Электронный журнал "Россия в красках"
Вышел осенний номер № 56 журнала "Россия в красках"
Архив номеров 
Проекты ПНПО "Россия в красках":
Публикация из архивов:
Раритетный сборник стихов из архивов "России в красках". С. Пономарев. Из Палестинских впечатлений 1873-74 гг. 
Славьте Христа добрыми делами!

Рекомендуем:
Иерусалимское отделение Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО)
Россия и Христианский Восток: история, наука, культура





Почтовый ящик интернет-портала "Россия в красках"
Наш сайт о паломничестве на Святую Землю
Православный поклонник на Святой Земле. Святая Земля и паломничество: история и современность
 

Начало путешествия. Копенгаген

Июля 26-го числа, в 8-мь часов утра, получил я от министра коммерции письма с изображением Высочайшего Его Императорского Величества повеления, чтоб вверенные начальству моему суда при первом благополучном ветре снялись с якоря и предприняли путь свой. Я объявил сие командующему морскою частью капитан-лейтенанту Крузенштерну, и усердие наше к исполнению воли Монарха награждено было переменою ветра в пользу нашу, так что мы тотчас начали сниматься с якоря. Едва успел я съездить на корабль "Неву", как по возвращении моем нашел уже у себя адмирала Петра Ивановича Ханыкова и гг. директоров Российско-Американской компании, приехавших пожелать нам благополучного пути, и мы при ветре ZZW наполнили парусы, в 10 часов простились уже с гостьми нашими и в глазах их вверили волнам жребий свой. В скором времени определили мы все купеческие суда, прежде нас вышедшие. Ветер был то сильнее, то слабее; но по приближении к острову Гогланду опять нам сделался противный и не только довольно свежий, но и с беспрерывными шквалами: мы принуждены были по 29 число лавировать у сего острова. При первом опыте сем новые мореплаватели чувствовали жестокую головную боль и тошноту, но мало-помалу наконец привыкли, кроме гардемарина Бистрома, который при сильной качке всегда почти без чувств лежал. 29 числа ветер начал стихать и пред захождением солнца сделался штиль, после которого получили мы свежий ZW, сделавший путешествие наше столь успешным, что мы в час не менее 5-ти, а иногда и по 9-ти узлов шли.

В ночь на 30-с число миновали мы параллель Ревеля, а к 1-му числу, оставя влеве острова Эзель и Даго, простились с пределами любезного нашего Отечества и вступили в чуждые воды.

Августа 2-го числа проходили мы остров Гогланд в столь близком расстоянии, что видны нам были церкви, селения и господские дома, окруженные пашнями и лугами, ветер нам благоприятствовал, день был прекрасный, словом, мы начали ощущать удовольствие, как вдруг омрачилось оно несчастливым на "Неве" случаем: матрос нечаянно упал в воду, и хотя к спасению его бот тотчас же спущен был, но не успели подать ему помощи. Вот первая дань наша морю, дай Бог, чтоб она была последнею!

4 числа, в 6 часов утра, миновали мы остров Борнгольм. Сильный туман препятствовал нам различать предметы. Здесь вспомнил я г-на Карамзина, столь приятно сей остров описавшего, и признаюсь, что пороптал на судьбу, для чего она и меня для изображения моего путешествия таким волшебным пером не одарила.

В 6 часов пополудни были мы близ шведского маяка Фалстерса. Ветер стихал постепенно, и мы в 10 часов бросили якорь.

5-го числа, поутру в 5 часов, при ветре ONO снялись мы с якоря и думали успешно продолжать путь мой до Копенгагена, но в 10 часов сделался совершенный штиль, и мы, не дошед до сей столицы 3 ? миль, против селения Драко бросили якорь. В местечке сем живут лоцманы, и по сделанному от нас сигналу тотчас один из них явился для провода судов наших.

Всякому путешественнику должно быть справедливу, а потому не скрою и я своей слабости, что сильное желание скорее ступить на твердую землю повлекло меня на берег. Мне сыскались товарищи, и мы с надворным советником Фоссе, майором Фридерици и доктором Эспенбергом пустились в Драко, где, нашед довольно покойные с подушками на ремнях фуры, отправились в сих экипажах в Копенгаген.

Погода нам благоприятствовала, и мы, проезжая прекрасными деревеньками, видели всюду жителей, весьма опрятно одетых; веселые лица их изображали спокойствие, а отягченные хлебом и овощами нивы их удостоверяли нас, что они живут в изобилии. Приятное для сердца зрелище! Приятный человеку дар ощущать счастье ближнего! Мы ехали довольно скоро, глаза наши, оставляя сельские предметы, открывали наконец столицу Датского Королевства, и в 2 часа пополудни были мы уже у Pay в лучшей гостинице. Здесь нашли мы вкусный обед и бельэтаж, довольно хорошо прибранный, в котором тот же час и основал я временное свое жилище.

Я желал непременно видеться с министром нашим, г. Лизакевичем, но он, пользуясь летним временем, жил за городом; однако ж г-да секретари посольства Фон-Брин и Козлов тотчас дали ему знать о прибытии нашем, и между тем, посетя меня, столь приятно предложили мне услуги свои, что готовностью их не приминул я воспользоваться. В тот же день послал я в Гельсинор письмо к комиссионеру Российско-Американской компании г. Чернявскому, чтоб поспешил он отправить в Копенгаген водку, от компании приготовленную; а между тем просил гг. секретарей посольства разведать, не приехал ли натуралист Тилезиус и астроном Горнер, с которыми так условленно было, чтоб к сему времени быть уже им в Гельсиноре.

В 6-ть часов явился ко мне г. Крузенштерн с приятным известием, что и суда наши прибыли.

Пользуясь прекрасным днем, пошли мы прогуляться по городу; но узкость большей части улиц и стоки нечистот в каналы наполнили воздух заразительным запахом. Пройдя город, вышли мы, наконец, в Фридрихсбергское предместье, где нашли весьма приятные виды. Широкая улица с загородными домами и садами, аллеями, усаженными деревьями, и толпы гуляющих городских жителей: все сие вообще сделало нам вечер довольно приятным.

На другой день хотел я моим посещением предупредить министра нашего, которого ожидали, и только что вышел со двора, как главная гауптвахта приступила к ружью и отдала честь. Я благодарил г-д офицеров и просил их вперед не беспокоиться; но они извинились, что исполнить сего не могут, имея на то особенное повеление военного губернатора. Я поставил себе долгом столь вежливому начальнику их лично засвидетельствовать мою благодарность и тогда узнал, что пост сей занимает Его Светлость Принц Вильгельм Виртемберг-Штутгартский, то из глубокого моего к Светлейшему сему роду почтения, тем паче спешил уже исполнить мою обязанность; но Его Светлости не было в городе, а имел он тогда в замке Гиршгольм летнее пребывание.

Не нашед министра дома, готов был ехать я к нему на дачу его, вскоре он и сам приехал в город и посетил меня. Надобности мои состояли в продаже муки, в числе компанейских товаров помещенной и занявшей место для сухарей, которые, оставя в Кронштадте, должны мы были, сбыв муку, заготовить вновь в Копенгагене. Он рекомендовал мне 2-х банкиров, Отто и Риберха; мы тотчас пошли к ним, и я с помощью нашего министра с ними ознакомился. Я нашел их людьми, весьма хорошо воспитанными и приятным обращением своим умеющими давать цену своим одолжением. Вруча им векселя мои, получил я от них деньги, а в продаже муки и приготовлении сухарей сделали они также скорые и деятельные распоряжения.

9-го числа, узнав, что Его Светлость Принц Вильгельм изволил прибыть в город, поехал я к нему с г. Лизакевичем. Я принес лично благодарность мою за все вежливости его подчиненных и был столь много его светлостью обласкан, что благостный прием его оставил в душе моей навека благодарное впечатление.

10-го числа был я в здешнем Адмиралтействе, видел его принадлежности, арсеналы, снабженные разным оружием, и магазины, сохраняющие такелаж и припасы кораблей, в отделанных для каждого с надписями местах. Повсюду чистота и порядок делают отличную честь как управляющим сим департаментом, так и правительству.

11-го числа министр наш звал меня со всеми офицерами в загородный его дом обедать. Тьма вежливостей, им сказанных, заставили нас пожертвовать одним днем его воле. Мы ехали прекрасными аллеями и столь приятною дорогою, что почти не видали, как достигли Гентгофа, так называется милое местечко, лежащее в полутора милях от города и немного в сторону от большой дороги. Рощи окружают его, по пологости косогора стоят загородные домики, а внизу озеро оживляет прелестную сию картину природы. Из местечка сего виден город и море с плывущими то оному судами.

Мы приехали довольно рано. Хваля окрестности города, спросил я хозяина, что значит обелиск, на дороге поставленный, который проезжали мы. — "Земледельцы воздвигали его первому датскому министру, графу Бернсдорфу..." — "Вот истинный друг человечества, — сказал я г-ну Лизакевичу, — и признаюсь вам, что весьма желал бы я взглянуть на сего редкого счастливца". — "Его здесь нет, он теперь с Наследным принцем в Гольштинии, но маетности его меня окружают, и в них живет брат его, правящий в его отсутствие министерством". — "Знакомы ли вы с ним?" — "Он мне приятель, и если хотите, поедем к нему". — "Когда?" — "Хоть теперь". Мы тотчас сели в коляску и поехали. Граф принял нас весьма вежливо, я изъяснил ему чувство, привлекающее россиянина в дом его; приветствие мое было ему приятно, скромная и радостная улыбка его начертила мне на лице его душу; мы тотчас ознакомились, и вам, почтенные земледельцы, знающие цену благодарности, принадлежность теперь и моя — за приятное посещение нашего благодетеля.

12-го числа был я в Кунсткамере. — Свирепствовавший в 1796 году пожар, не пощадивший и дворца королевского, привел сие место в беспорядок. Мы заметили цельную египетскую мумию и кусок богатой серебряной руды, весом в 550 фунтов. Собрание древних и новейших медалей и монет, коими здешний кабинет редкостей славится, хранится по недостатку места в замке Розенбурге, где мы оных и видели.

Ввечеру явился доктор Горнер, и так недостает теперь мне одного натуралиста.

13-го числа посетил меня здешней Академии профессор г-н Винслов, внук славного анатомика, и представил мне для натуральной истории адьюнкта Академии г-на Кольмана, человека с отличными свидетельствами. Я благодарил его, и г. Кольман просил убедительно принять его. Приятный вид сего человека, похвалы о нем Ученого Общества и собственная моя в талантах его надобность решили меня тотчас в его пользу; но по сделанному с г. Тилезиусом условию не мог я сего исполнить; однако ж на случай неприезда его дал ему верное слово и между тем воспользовался приятностью его знакомства.

Наконец, прибыл из Гельсинора и груз Российско-Американской компании, и я радовался, что скоро пустимся в путь наш. Но г-н Чернявский показал мне полученное из Гамбурга от г. Бекерова и компании письмо, в котором советуют заготовленную ими для морской провизии солонину пересолить для прочности. Таковое позднее наставление их сделало нам великую неприятность; мы не только должны были промедлить еще в Копенгагене для пересола провизии, но приведены будучи в сомнение, может ли она выдержать жаркие климаты, принуждены были из предосторожности некоторым количеством запастись в каком-нибудь английском порту и, располагая прежде идти прямо в Тенериф, решились для сего зайти в Фальмут.

Обстоятельства, отсрочившие путешествие, дали мне между тем возможность посмотреть Зеландию. 14 числа поехал я с майором Фридерици в Рескильд, древнюю столицу королевства сего, лежащую отсюда в 4 милях. Мы имели прекрасную дорогу и в 3 часа были уже в сем городе. Близость Копенгагена и выгоднейшее его для торговли положение обратили сие прежнее жилище королей и вельмож в самое маленькое местечко, из одной ныне улицы состоящее. Время погребло его величие и ныне хранит в нем одни только гробы Датских Государей.

Огромная готической архитектуры, Соборная церковь внутренним пространством и украшением пределов ее показывает, сколь некогда великолепен был город сей. Мы видели тут множество мраморных статуями и барельефами украшенных гробниц, заключающих прахи Властителей. Мимоходом взглянули мы на скрытые останки славной Маргариты Волмар, Колмарским союзом заслужившей некогда имя северной Семирамиды, и, проходя многие другие, остановились у мавзолея Королевы Луизы, супруги Фридерика IV. Сидящий на гробе ее плачущий гений удачным изображением скорби делает особливую честь художнику. Ваятель сего был Геркенс.

Отобедав в Рескильде, спешили мы в Копенгаген. День был прекрасный; земледельцы убирали дары природы, и веселые лица их посеяли в нас любопытство посмотреть их домашний быт. Мы зашли к одному семейству в дом: четвероугольное, замком (сажен на 20 отбеленное из фахверка) строение заключало в одном боку жилище хозяев, а в прочих — амбары, конюшни, хлевы и другие принадлежности. Мы нашли чистую комнату, всюду опрятность и добрых хозяев. Они потчевали нас молоком, сыром, маслом и всем, что у них было, и столь охотно, что мы вспомнили русское гостеприимство, имели удовольствие поговорить о коренных нашего отечества добродетелях, и в столь приятных разговорах очутились у своей гостиницы.

Возвратясь довольно рано, хорошее время повлекло нас во Фридрихсбергское предместье. Мы видели у живущего там механика Ривельсена изобретенный им инструмент, мелодику; выдумка столь удачна, что я не могу оставить ее без описания: весь инструмент сделан наподобие клавикорд. Медные на полтора дюйма толщины согнутые прутья, постепенно уменьшающиеся, одним концом прикреплены к дереву, а другой имея на свободе, посредством шнуров сообщаются с клависами; давлением их и прикосновением поперек лежащего стального цилиндра, прутья потрясаются и производят весьма приятные тоны, подобные тонам флейты; с боку инструмента колесо с педалью, которою играющий дает беспрерывное цилиндру движение, а сильным или плавным давлением педали производит удивительное крещендо. Главные выгоды инструмента, что он без струн и, следовательно, никогда расстроиться не может.

18-го числа, поутру в 10 часов, поехали мы с гг-ми Фоссе, Фридерици, Курляндцевым и Козловым в Гельсинор. Первый предмет был нам Фриденсберг, замок от города менее одной мили, в котором Король имел летнее пребывание. С одной стороны окружается он рощами, а с других по пологости высокой горы, на которой стоит английским садом, служащим в праздничные дни гуляниям столичных жителей. Сад расположен довольно хорошо, но дорожки показывают крайнюю в содержании их умеренность. Проезжая далее, видели мы со стороны знакомый уже нам Гентгоф, и, наконец, остановились в Лингби, прекрасном маленьком местечке, составленном более из домов загородных, вправе лежит Зоргенфрей, замок Наследного Принца. Природа украсила место сие горами и рощами, и огромный парк замка сего выходит на дорогу. Оставя Лингби, обработанные пашни, луга и рощи попеременно занимали наше зрение и наконец прибыли мы в замок Фридрихсбург.

Величественное, в четыре этажа готическое здание, с гордыми башнями, кажется, как бы из воды возвышается. Большое озеро и рвы окружают его; два подъемных моста отделяют его от главного корпуса, жилища королевских служителей. Против замка за озером виден обширный сад, одним боком к замку примыкающий; берега обделаны уступами и усажены деревьями, а в правой стороне по берегу озера видно до двухсот домов, принадлежащих разночинцам. Мы осмотрели величественный замок сей и нашли в нем древнее великолепие Государей. Большая часть комнат украшена ткаными картинами, изображающими их подвиги. Церковь убрана живописью, резьбою, золотом и гербами всех кавалеров, Орден Слона получивших. В нижнем под нею этаже такое же собрание гербов кавалеров Данненброгских, а в верхних превеличайшая Рыцарская зала, в которой на раззолоченном плафоне изображены резьбою все науки, художества, мастерства и рукоделия.

Отобедав в Фридрихсбурге, продолжали мы путь наш и ночевали в Фриденбурге. Поутру осмотрели мы обширные сады и нижний этаж замка, ибо верхний тогда занимали Принцессы Иулиана, София и Луиза Шарлотта, дочери Наследного Принца. Замок не так великолепен, как Фридрихсбургский, и убран посредственно. Нам показали ту комнату и место, на котором Фридерик IV, в 1720 году подписал выгодный с Швециею мир, в память которого и замок сей получил свое название.

Время было пасмурно, мы поспешили в Гельсинор и скоро увидели оный, а с ним вместе и Шведский город Гельсинборг, на другой стороне Зунда лежащий. Ознакомясь с городом, пошли мы в замок Кроненбург, строение готическое и величественное. Комендант принял нас весьма вежливо, показал нам крепость; и мы мимоходом видели те комнаты, в которых Королева Иулиана Мария строгим заключением несчастной Каролины Матильды исторгла из нее признание, стоившее Струэнзу жизни. Крепость, после бывшего с англичанами апреля 2 дня 1801 года сражения, во многих ее частях возобновлена новыми укреплениями; она в военное время может содержать гарнизону до 1200 человек. Казармы довольно обширны, но довольно и сыры.

Отсюда пошли мы в близлежащий небольшой, но изрядной архитектуры увеселительный дом, Мариенлюст называемый. Он принадлежал королеве Иулиане Марии, а ныне есть собственность частных людей. Прекрасно расположенный сад и далекие из него через Зунд виды дают сему месту особливую цену. Возвратясь в наше пристанище, имели мы хороший обед, после которого, нашед перевозную лодку, пустились мы в Гельсинборг. Ветер так нам благоприятствовал, что мы Зунд в полчаса перебежали. Пограничный город сей, по силе заключенных с Данией контрактов, не должен иметь никаких укреплений. Мы нашли тут гусарский полк и, осмотря небольшое местечко сие, взяли лошадей и отправились в Рамлез, где целебные минеральные воды. Мы ехали по песчаной и каменистой почве, и на лицах земледельцев не приметили уже того спокойствия, как в Зеландии; селения представляли нам повсюду бедность жителей; словом, нашли мы совсем другую природу и, наконец, прибыли в Рамлез.

Минеральный источник течет из ущелья горы; близ него выстроена большая галерея; по косогору расчищены английские в кустарниках дорожки; а вверху на равнине построены домики для приезжих, которые тогда все были пусты, ибо курс лечения с неделю уже кончился. Отведав вод сих, множество железных частиц содержащих, пустились мы назад и спешили засветло переплыть Зунд; но едва отдалились от берега, как ветер сделался противным и час от часу усиливался; мы захватили ночи и принуждены были лавировать. Шквалы заливали наше суденышко, и мы крайне почли себя счастливыми, что хотя к десятому часу вечера могли ступить на берег и не так дорого заплатили за свое любопытство. Ночевав в Гельсиноре, отправились мы 18 числа поутру в обратный путь наш и видели Гиршгольм, древний королевский замок. Строение огромно, но весьма запущено, так как и сады, сему замку принадлежащие. Здесь отобедав, приехали мы в четыре часа в Копенгаген.

По возвращении моем, нашел я г. Тилезиуса, обязавшегося в звании натуралиста сопутствовать нам, и крайне обрадовался, что ничто уже не могло задержать путешествия нашего; но г. Кольману, думаю, приезд его не так был приятен.

21 числа явился ко мне прибывший нарочно из Геттингена г. доктор Лангсдорф и предложил экспедиции услуги свои в исследовании природы. Сколько не отказывался я приездом г. Тилезиуса, но сильная страсть его к наукам, убедительная без всяких требований просьба и, наконец, рекомендация нашей Академии, которой он Корреспондентом, поставили меня в обязанность умножить им число моих спутников.

23 числа Римско-Императорский посланник граф Кауниц — Ритберг, которого приятное знакомство доставило здешнее мое пребывание и давно уже обещавший быть у меня на "Надежде", прислал спросить, буду ли я в городе. Я отвечал, что еду на корабль и прошу его на завтрак; между тем ветер усилился, но не остановил его, и он с супругою его и датским министром графом Бернсдорфом сделали мне честь своим посещением.

24-го числа был я у славного астронома Буггуе, благодарил его за позволение проверять в обсерватории наши хронометры.

Сей столь отличный в ученом свете муж отличается столько же и его вежливостью. Он показал мне свою библиотеку, астрономический и физический кабинеты, производил в последнем разные опыты, ласковостью своею оставил в душе моей приятное о себе воспоминание.

Ввечеру был я в здешнем театре, здание по числу жителей весьма мало, но нарядно расположено для зрителей. Пьеса была на датском языке, оригинальная, и потому не могу я судить об игре актеров. Оркестр невелик, но приятен. Декорации и танцовщики весьма посредственны.

26-го числа прибыл на здешний рейд российский фрегат "Спешный", мы съездили к своим единоземцам и начальник оного г-н капитан Крове сказал нам, что он ведет из Архангельска два фрегата и транспорт.

Наконец, деятельностью всех г. офицеров отъезд наш приближался, и мы ожидали благополучного ветра.

 


[версия для печати]
 
  © 2004 – 2015 Educational Orthodox Society «Russia in colors» in Jerusalem
Копирование материалов сайта разрешено только для некоммерческого использования с указанием активной ссылки на конкретную страницу. В остальных случаях необходимо письменное разрешение редакции: ricolor1@gmail.com