Россия в красках
 Россия   Святая Земля   Европа   Русское Зарубежье   История России   Архивы   Журнал   О нас 
  Новости  |  Ссылки  |  Гостевая книга  |  Карта сайта  |     

 
Рекомендуем
Новости сайта:
Дата в истории
Новые материалы
 
 
Оксана Бабенко (Россия). К вопросу о биографии М.И. Глинки
 
 
 
Главный редактор портала «Россия в красках» в Иерусалиме представил в начале 2019 года новый проект о Святой Земле на своем канале в YouTube «Путешествия с Павлом Платоновым»
 
 
 
 
Владимир Кружков (Россия). Австрийский император Франц Иосиф и Россия: от Николая I до Николая II . 100-летию окончания Первой мировой войны посвящается
 
 
 
 
 
 
Никита Кривошеин (Франция). Неперемолотые эмигранты
 
 
 
Ксения Кривошеина (Франция). Возвращение матери Марии (Скобцовой) в Крым
 
 
Ксения Лученко (Россия). Никому не нужный царь
 
Протоиерей Георгий Митрофанов. (Россия). «Мы жили без Христа целый век. Я хочу, чтобы это прекратилось»

 
 
Павел Густерин (Россия). Россиянка в Ширазе: 190 лет спустя…
 
 
 
 
 
 
Кирилл Александров (Россия). Почему белые не спасли царскую семью
 
 
 
Протоиерей Андрей Кордочкин (Испания). Увековечить память русских моряков на испанской Менорке
Павел Густерин (Россия). Дело генерала Слащева
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Мы подходим к мощам со страхом шаманиста
Борис Колымагин (Россия). Тепло церковного зарубежья
Нина Кривошеина (Франция). Четыре трети нашей жизни. Воспоминания
Павел Густерин (Россия). О поручике Ржевском замолвите слово
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия).  От Петербургской империи — к Московскому каганату"
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Приплетать волю Божию к убийству человека – кощунство! 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). "Не ищите в кино правды о святых" 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). «Мы упустили созидание нашей Церкви»
Алла Новикова-Строганова. (Россия).  Отцовский завет Ф.М. Достоевского. (В год 195-летия великого русского православного писателя)
Ксения Кривошеина (Франция).  Шум ленинградского прошлого
Олег Озеров (Россия). Гибель «Красного паши»
Павел Густерин (Россия). О заселении сербами Новороссии
Юрий Кищук (Россия). Невидимые люди
Павел Густерин (Россия). Политика Ивана III на Востоке
Новая рубрика! 
Электронный журнал "Россия в красках"
Вышел осенний номер № 56 журнала "Россия в красках"
Архив номеров 
Проекты ПНПО "Россия в красках":
Публикация из архивов:
Раритетный сборник стихов из архивов "России в красках". С. Пономарев. Из Палестинских впечатлений 1873-74 гг. 
Славьте Христа добрыми делами!

Рекомендуем:
Иерусалимское отделение Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО)
Россия и Христианский Восток: история, наука, культура





Почтовый ящик интернет-портала "Россия в красках"
Наш сайт о паломничестве на Святую Землю
Православный поклонник на Святой Земле. Святая Земля и паломничество: история и современность
 
МГУ образца XIX века
 В преддверии праздника покровительницы российского студенчества, Татьяниного дня, наше одноименное интернет-издание публикует рассказ о том, что значило «учиться в Московском университете» для студента XIX столетия. Кто ездил в универ на извозчике? За чем приходила полиция к нерадивому студенту? Почему отказывались от стипендии? И что служило «более надежной гарантией физического и нравственного здоровья»? Об этом читайте в статье Ольги Богдановой.
 
 
 
 

Университет, сер. XIX века

 
 
 

Сто лет назад у студентов МГУ не было мобильных телефонов, Интернета, компьютеров и даже пишущие машинки были большой редкостью. Но они учились, тратя на образование последние деньги, снимали крошечные помещения на чердаках и не хотели расставаться со своими книгами. Проходя по коридорам и аудиториям современного журфака (одно из старых зданий МГУ), интересно мысленно перенестись чуть больше, чем на сто лет назад, в конец XIX века, и представить себе тогдашних студентов…

…Добраться до Университета можно было пешком или, если позволяли средства, нанять извозчика. Вставать надо было по-разному: у кого-то занятия начинались с первой пары в 9 утра. У кого-то попозже. Занятия шли по часу. Последняя лекция заканчивалась в 4 часа дня. Но редко кому приходилось сидеть в Университете все семь пар.

Образование студентам стремились дать глубокое. Правда, сами преподаватели признавали, что часто курс лекций получался «рваным» (в официальных документах это называлось «дробностью преподавания»). Например, занятия по сравнительному языковедению могли растянуться на два или четыре года, когда курс читали с перерывами в несколько месяцев, хотя все касающиеся его дисциплины могли быть прочитаны всего за год. В 90-е годы было принято решение о том, что если курс лекций и приходилось «разрывать», в один семестр должен был укладываться хотя бы один большой раздел курса, чтобы сформировать у студентов правильное представление о предмете.

Факультеты не были четко отделены друг от друга. Поэтому на историко-филологическом общие лекции слушали и филологи, и историки, а потом делились на два больших потока — «А» и «Б» — и изучали уже специальные дисциплины. Поток делился на группы по 25 человек — так преподаватели успевали проконтролировать занятия студентов. Изучали почти то же, что и сегодня. Филологи обязаны были знать историю русской и зарубежной литературы, писали по ним работы (аналог нынешних рефератов), изучали древние и новые языки, толковали на семинарах произведения древних авторов. Из новых языков популярностью пользовались английский, французский, немецкий и итальянский. Можно было выучить литовский или сербский. Из древних (помимо греческого и латыни) — готский и санскрит. Интересно, что все сдавали экзамен по географии.

Образование стоило денег (за не взнос платы отчисляли), но обязательным и при этом бесплатным предметом у всех было богословие (заметим, что сейчас во многих университетах вводится аналогичный предмет, иногда он называется «Новый Завет»). Помимо этого, изучались логика науки, философия, учение о характере (теперь — психология) и довольно узкие предметы, например «Гонения на христианство».

Был период, когда в сетку часов по литературе входили только лекции, однако со временем был назначен «для беседы особый совещательный час» — это почти современный семинар, но предназначенный не столько для того, чтобы поспрашивать у студентов домашнее задание, сколько затем, чтобы учащиеся задали вопросы преподавателю и лучше разобрались в предмете.

Помимо обязательных дисциплин, можно было посещать дополнительные занятия — что-то вроде нынешних спецкурсов — и писать по ним работы. Такой спецкурс, например, предлагал А. Веселовский, читавший историю французской литературы.

 
 

При таком насыщенном расписании учились 6 дней в неделю, с понедельника по субботу, выходной был только один, да и тот приходилось тратить на подготовку домашних заданий или подработку: денег не хватало всегда. Учеба была платная, книги стоили дорого. За жилье надо было платить. Отпрыски богатых и влиятельных семей могли спокойно грызть гранит науки. Тем же, кто победней — выходцам из семей разорившихся дворян и вовсе бедным учащимся — приходилось заботиться не только об оценках, но и о жизненных средствах.

Распространенным видом заработка были частные уроки. Заниматься с чужими детьми или делать задания за ленивых, но обеспеченных сокурсников не очень легко, когда самому надо писать курсовые и делать переводы, да к тому же на это по-хорошему требовалось специальное разрешение и справка о том, что у молодого репетитора есть достаточное для занятий педагогикой образование. Те, кто по разным (часто — денежным) причинам не могли закончить Университет, имели возможность сдать экзамен и официально получить лицензию и стать педагогами.

Для тех, у кого со средствами было совсем плохо, большой поддержкой были университетские стипендии. Их было огромное количество на каждом факультете. Были стипендии для всех — на них мог претендовать любой студент. Чтобы стать стипендиатом, нужно было подать прошение с объяснением. Например, таким: «…я человек нуждающийся, в удостоверение чего имею свидетельство о бедности». Были и специальные, например, стипендия имени поэта В.А. Жуковского, предназначенная исключительно для дворян Тульской губернии. Студенты получали выплаты в размере около 25 рублей в месяц, и это была достаточная сумма. Сумма денег, выделяемая на стипендии, была ограничена. За количеством стипендиатов зорко следили не только специалисты по бухгалтерии, но и студенты. Узнав, что кому-то перестали выплачивать стипендию (например, человек закончил учебу), старались успеть первым написать прошение: «такой-то стипендию больше не получает, вследствие чего прошу назначить стипендию мне». Учащиеся прекрасно понимали, что для многих стипендии — единственные средства для жизни, поэтому те, у кого материальное положение улучшалось, писали прошения об отказе от стипендии, объясняя подобное решение просто и коротко: «я не считаю себя в праве теперь пользоваться означенной стипендией». Нуждающимся студентам вообще старались помогать. Кого-то выручали книгами, кого-то — жильем. Организовали оркестр и хор, а деньги с концертов отдавали в пользу бедным учащимся.

Существенной проблемой было жилье. Иногородним предоставляли общежитие, но от него можно было отказаться. Тогда в качестве компенсации студенту назначалась стипендия с расчетом на то, что деньги будут потрачены на снятие комнаты. В 1899 году эта стипендия составляла 400 рублей.

 
 
 

К студентам относились очень внимательно. Известен случай, когда один способный учащийся, некий Азбуков, стал страдать манией преследования. Его отправили на лечение в больницу, потом он вернулся в Университет, но вскоре болезнь возобновилась. Студент был беден, из-за болезни учиться дальше не мог, Комитет студенческого общежития взял на себя заботу о молодом человеке, зная, что его семья слишком бедна, чтобы содержать бывшего студента.

Еще существовало много стипендий, которые назначались «с ученою целью». На эти деньги студент мог жить, пока вел научную работу или готовился к получению ученого звания. Стипендия имени Ломоносова составляла 298 рублей в год, Потемкина — 366, казенная — 300 рублей.

Крупные вознаграждения можно было получить, написав хорошую научную работу и став призером какого-нибудь конкурса. Премию в 1500 рублей, например, мог получить студент, написавший лучшую работу по истории образования литературных языков Италии, Греции и славянских стран на конкурсе, организованном Петербургским славянским благотворительным обществом в 90-е годы XIX века.

Научная работа требовала не только знаний и сил, но и специальной литературы. Книги (как, впрочем, и сегодня) выдавались студентам на дом, некоторые позволялось читать только в читальном зале. Чтобы работать с учебной литературой во время каникул («в вакационное время»), требовалось написать специальное прошение. За невозвращение библиотечных книг наказывали сурово. Ректору подавались списки должников. Те, кто приносил книгу не вовремя, платили штраф. К отказавшимся вернуть литературу приходили домой из полиции и силой отбирали книги. Литература ценилась так высоко, что о должниках «заботился» сам генерал-губернатор. Случайно или нет, но чаще всего студенты не возвращали иностранные книги (возможно, в них содержался особо ценный материал или же их можно было дороже продать).

 
 
 

Университет, нач. XX века

 
 
 

Студенты занимались, конечно, не только учебой. Они участвовали в революционных выступлениях (за что многих исключали без права восстановления), веселились и влюблялись. На брак требовалось специальное разрешение. Но вообще считалось, что «правильная семейная обстановка может служить более надежной гарантией физического и нравственного здоровья» и, следовательно, стабильной учебы. Жениться можно было с 21 года при согласии родителей, причем «с удостоверения полицией благонадежности невесты». Обязательна была гарантия материальной обеспеченности брака. Либо это была помощь от родителей, либо взнос в Казначейство Университета суммы для обеспечения семьи на время прохождения мужем курса из расчета выплат в размере 25 рублей в месяц.

Любопытно, что студенты именовались не по курсам, а по семестрам: студент третьего семестра Семен Иванов. Осеннее полугодие длилось с 20 августа по 20 декабря, весеннее — с 15 января по 30 мая. Сдав экзамены, студент переходил на следующий курс или получал диплом о высшем образовании. Дальше он мог пойти работать или, к чему стремились многие, быть оставленным при Университете, получить научное звание и через несколько лет самому начать учить молодых студентов.

[версия для печати]
 
  © 2004 – 2015 Educational Orthodox Society «Russia in colors» in Jerusalem
Копирование материалов сайта разрешено только для некоммерческого использования с указанием активной ссылки на конкретную страницу. В остальных случаях необходимо письменное разрешение редакции: ricolor1@gmail.com