Россия в красках
 Россия   Святая Земля   Европа   Русское Зарубежье   История России   Архивы   Журнал   О нас 
  Новости  |  Ссылки  |  Гостевая книга  |  Карта сайта  |     
Главная / Русское Зарубежье / Латинская Америка / Бразилия / БРАЗИЛИЯ И РОССИЯ / Русская по сердцу. В гостях у правнучки писателя Николая Лескова. Константин Мацан

 
Рекомендуем
Новости сайта:
Дата в истории
Новые материалы
Протоиерей Андрей Кордочкин (Испания). Увековечить память русских моряков на испанской Менорке
Павел Густерин (Россия). Дело генерала Слащева
Юрий Кищук (Россия). Дар радости
Ирина Ахундова (Россия). Креститель Руси
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Мы подходим к мощам со страхом шаманиста
Борис Колымагин (Россия). Тепло церковного зарубежья
Нина Кривошеина (Франция). Четыре трети нашей жизни. Воспоминания
Павел Густерин (Россия). О поручике Ржевском замолвите слово
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия).  От Петербургской империи — к Московскому каганату"
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Приплетать волю Божию к убийству человека – кощунство! 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). "Не ищите в кино правды о святых" 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). «Мы упустили созидание нашей Церкви»
Алла Новикова-Строганова. (Россия).  Отцовский завет Ф.М. Достоевского. (В год 195-летия великого русского православного писателя)
Ксения Кривошеина (Франция).  Шум ленинградского прошлого 
Алла Новикова-Строганова (Россия). Насквозь русский. (К 185-летию Н. С. Лескова)
Юрий Кищук (Россия). Сверхзвуковая скорость
Алла Новикова-Строганова (Россия). «У любви есть слова». (В год 195-летия А.А. Фета)
Екатерина Матвеева (Россия). Наше историческое наследие
Игорь Лукаш (Болгария). Память о святом Федоре Ушакове в Варне

Павел Густерин (Россия). Советский разведчик Карим Хакимов
Олег Озеров (Россия). Гибель «Красного паши»
Павел Густерин (Россия). О заселении сербами Новороссии
Юрий Кищук (Россия). Невидимые люди
Павел Густерин (Россия). Политика Ивана III на Востоке
   Новая рубрика! 
Электронный журнал "Россия в красках"
Вышел зимний номер № 53 журнала "Россия в красках"
Архив номеров 
Проекты ПНПО "Россия в красках":
Публикация из архивов:
Раритетный сборник стихов из архивов "России в красках". С. Пономарев. Из Палестинских впечатлений 1873-74 гг. 
Славьте Христа добрыми делами!

Рекомендуем:
Иерусалимское отделение Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО)
Россия и Христианский Восток: история, наука, культура



Почтовый ящик интернет-портала "Россия в красках"
Наш сайт о паломничестве на Святую Землю
Православный поклонник на Святой Земле. Святая Земля и паломничество: история и современность
 
Русская по сердцу 
В гостях у правнучки писателя Николая Лескова
 
Среди прихожан русской православной церкви во имя святой мученицы Зинаиды в Рио-де-Жанейро можно встретить иммигрантов всех трех волн: первой — революционной, второй — послевоенной и третьей — перестроечной. Но одна прихожанка совершенно особенная: с русской культурой ее связывает не только национальность, но и родство. Татьяна Юрьевна Лескова — правнучка писателя Николая Лескова.

Татьяна Юрьевна Лескова родилась в Париже в 1922 году. Балерина и балетмейстер. Восстанавливает балеты М. Фокина и Л. Мясина. Карьеру танцовщицы начала в Ballets Russes в Париже. С 1944 года постоянно живет в Рио-де-Жанейро. Организовала здесь свою балетную студию. Была балериной, а позже директором балета Teatro Municipal в Рио-де-Жанейро. Ставила балеты в Европе, Америке и в Австралии. Работала с такими мастерами, как Михаил Фокин, Бронислава Нижинская, Леонид Мясин и Рудольф Нуриев. Правнучка писателя Николая Лескова.

— Во сколько вы придете? — спросила по телефону Татьяна Лескова, когда мы договаривались о встрече.

— В полдень.

— В это время я не могу, у меня гимнастика...

Татьяне Лесковой восемьдесят пять лет. Она — всемирно известная балерина. Именно профессия в свое время привела ее в легендарный бразильский город.
 
После революции семья Лесковых эмигрировала, и родилась Татьяна в Париже. В юном возрасте она была участницей знаменитой труппы Ballets Russes — наследницы легендарного «Русского балета Дягилева». Коллектив Ballets Russes был в то время очень востребован и гастролировал по всему земному шару. Но когда началась Вторая мировая война, работать в Европе стало невозможно. Основной творческой площадкой на время войны для балетной труппы оказалась Латинская Америка: Мексика, Перу, Чили и, конечно, Аргентина, жемчужина континента того времени.
 
— Буэнос-Айрес был тогда маленьким Парижем! — вспоминает Лескова.
 
В 1944 году очередные гастроли привели ее в Рио-де-Жанейро: балерина собиралась задержаться здесь на полгода. В итоге осталась более чем на шестьдесят лет.
 
За эти годы Лескова объездила весь земной шар уже как самостоятельная танцовщица, а позже и как хореограф. Во всем мире она известна как основательница бразильского балета. Но в России широкая публика прославленную балерину не знает. Оно и понятно: путь в советскую Россию для нее был закрыт. И в Москве, и в Петербурге, и на родине своего прадеда в Орле Лескова впервые побывала в девяностых годах прошлого века.

Язык как зеркало культуры

Для большинства русских, которые приехали в Бразилию из России в начале двадцатых годов прошлого века или из Харбина в пятидесятых, вопрос о необходимости «держаться корней» закрыт: Россия — историческая родина, но не более. Больше с ней ничего не связывает. Но Лескова рассуждает иначе:

— Я порой слышу, что русских называют варварами. И мне от этого очень больно. Мы не такие...

В этом «мы» — готовность нести ответственность за то, каким видят в мире русского человека. На вопрос, почему о русских складывается такое неблагоприятное мнение, Лескова отвечает:

— Мне кажется, это потому, что нация теряет свою культурность. Простой пример: слово «спасибо». Это слово всегда было наполнено для меня глубочайшим смыслом. И когда я, уходя из гостей, говорю «спасибо» — это не формальное прощание, а непременно живое чувство благодарности. В современных русских я такой осмысленности слов не нахожу.
 
Когда знаменитый танцовщик Рудольф Нуриев впервые приехал в Рио-де-Жанейро, он начал материться на репетиции. Каково же было его удивление, когда его окликнули:
 
— Во-первых, я русская и понимаю, что вы говорите. А во-вторых, я дама, поэтому выбирайте выражения.
 
Это была Лескова. Позже они с Нуриевым очень подружились. И действительно, под совместные фотографии двух легенд русского западного балета в квартире Лесковой в Рио-де-Жанейро отведена отдельная стена. По словам балерины, в ее присутствии Нуриев больше не выражался. Но о первой встрече она вспоминает с ужасом:
 
— Я хоть и понимала, что он говорит по-русски, но тех ругательств, которые он употреблял, просто не знала. Это был уже совсем другой язык.
 
С ее точки зрения, это — наглядный пример разницы эмигрантского и советского воспитания.
 
— Конечно же, такая воспитанность — это своего рода лак, — говорит балерина. — Но это очень нужный лак. Потому что внешнее может влиять на внутреннее. И позволить себе быть некультурным в бытовом поведении — это шаг к тому, что беспорядок начнет происходить и в душе.

Храм на улице Дарю

В чем же основная разница между воспитанием советского человека и тем «дворянским» образцом культурности, который пронесла через свою жизнь Лескова? Чего нет в первом, что есть во втором? Лескова дала ответ: нет православной веры.
 
— Христианское отношение к человеку особенное. Оно — с любовью. И в этом — особая, специфическая роль Церкви в процессе воспитания.
Ее крестили в детстве в легендарной русской церкви на улице Дарю («рю Дарю», как было принято говорить) в Париже. В то время это был храм Московского Патриархата. В начале тридцатых годов XX века вся западноевропейская епархия РПЦ перешла под юрисдикцию Вселенского Патриарха — то есть перестала быть русской официально. Но приход на улице Дарю все равно остался центральным местом духовной жизни русской эмиграции в Париже.
 
— Русских я встречала в основном там, — вспоминает Лескова. — Все мы приходили в церковь — и чувствовали себя одной семьей. Мы рассказывали друг другу о тех родных и близких, кто остался в России. О том, как они и что у них происходит.
 
Сравнение жизни в Церкви с жизнью в семье звучит в речи Татьяны Лесковой постоянно. И во многом определяет ее отношение к вере.
 
— В Православии есть одна очень важная вещь, — говорит она, — которой я не находила ни в чем другом. Это — чувство теплоты, рождающееся в храме. Очень похоже на семью, где все друг друга любят.
 
Эта позиция проявляется и в отношении Лесковой к тем бразильцам, которые ходят в русскую православную церковь в Рио-де-Жанейро — храм во имя святой мученицы Зинаиды. Некоторые прихожане недовольны тем, что отец Василий Гелеван служит для них на португальском языке — они предпочли бы службу по-русски. Но Лескова рассуждает по-другому:
 
— Противиться бразильцам в русской церкви — это глупость. Мне очень радостно оттого, что люди, которые, казалось бы, исторически ничего общего с Православием не имеют, выбирают именно его. Я убеждена, что бразильцы тянутся к той самой «семейной теплоте», которая царит в православном приходе. Значит, им это нужно. И я их в этом понимаю. В Православии они, видимо, находят то, чего не могут найти больше нигде, и дай им Бог.

Русская по сердцу

Большинство слов о Церкви и вере в устах Лесковой — не о душе, не о культурной идентичности и смысле жизни, а о вещах более житейских — о теплоте, человеческом общении, семейности. Может быть, это оттого, что она с детства и до самой старости была и остается в Церкви и не мыслит себя по-другому. Ее вера — как воздух, который не воспринимаешь как нечто особенное, но без которого задыхаешься:
 
— Когда я приезжаю в Париж, то обязательно в ближайшее же воскресенье иду на улицу Дарю, — говорит Лескова. — А если не иду, то мне становится стыдно.
 
Она не может объяснить почему, и, может быть, в этом — самый точный ответ. Просто для нее прийти в храм более естественно, чем не прийти.
 
— Я француженка по рождению, бразильянка по месту жительства и русская — по сердцу.
 
Мы говорим о Троице-Сергиевой Лавре, о «старом городе» за Большим театром, о Царском Селе, где некоторое время после революции жила бабушка Лесковой. И конечно же, об Орле — родине прадеда.
 
Однажды Лескова приехала туда как туристка. В гостинице поселиться не удалось, поэтому ночевала Татьяна прямо в доме-музее прославленного прадеда.
 
— К сожалению, я очень немного читала его произведений, — рассказывает она, — «Соборяне», «Леди Макбет Мценского уезда». На русском мне читать все-таки тяжело, а в переводе больше ничего найти не могу. Поэтому и знаю о нем меньше, чем хотелось бы. Главным источником рассказов о прадеде была бабушка, а с ней я в детстве общалась очень немного. Но родители рассказывали, что он был чрезвычайно суров. И вы знаете, я уверена: мне это передалось и сильно проявлялось в работе.
 
Во время пребывания в Орле ее поразила бедность российской провинции:
 
— Возможно, для Бразилии, молодой формирующейся страны, бедность более или менее естественна, — рассуждает она. — Но ведь Россия — государство с совсем другой историей, другим потенциалом, другими ресурсами. И до сих пор такая острая проблема нищеты!

Род проходит, род приходит

Странно встретить в далекой Бразилии правнучку классика отечественной литературы. Но еще удивительней ощутить ту ниточку живой веры и русской культуры, что тянется из Орловской губернии середины девятнадцатого века в Рио-де-Жанейро в начало двадцать первого.
 
— Вера для меня — традиция, которая не прекращается. Когда я была маленькой, я смотрела в церкви на взрослых и пожилых людей. Сегодня я прихожу в церковь и смотрю на молодежь. И начинаю тихонько плакать слезами радости. Сама не знаю почему...
 
Революция, эмиграция, войны, бесконечные переезды по миру не сломили ее. Может быть, потому, что Татьяна Лескова знает, где ее корни. Она — последняя из рода Лесковых. Прощаясь, я вспоминаю слова Екклезиаста: Род проходит, и род приходит, а земля пребывает во веки.
 

Имя Татьяны Лесковой известно в Америке и Европе, где она не раз выступала с гастролями. Но в России она впервые побывала только в середине 90-х.
Фото Дениса Маханько

Знаменитая 38-метровая статуя Спасителя на горе Корковадо в Рио-де-Жанейро. В 2006 году официально объявлена бразильской католической святыней. Фото Дениса Маханько

Писатель Николай Лесков со своими братьями. Фото из семейного архива Т. Ю. Лесковой

Крепкая дружба связывала Лескову с Рудольфом Нуриевым. Под совместные фотографии двух звезд мирового балета в ее квартире отведена отдельная стена. Фото из семейного архива Т. Ю. Лесковой

Фото из семейного архива Т. Ю. Лесковой


Константин Мацан
Журнал "Фома" | №1/69 | январь 2009
 
Прислано Денисом Маханько 22 марта 2009 г.
 

[версия для печати]
 
  © 2004 – 2015 Educational Orthodox Society «Russia in colors» in Jerusalem
Копирование материалов сайта разрешено только для некоммерческого использования с указанием активной ссылки на конкретную страницу. В остальных случаях необходимо письменное разрешение редакции: ricolor1@gmail.com