Россия в красках
 Россия   Святая Земля   Европа   Русское Зарубежье   История России   Архивы   Журнал   О нас 
  Новости  |  Ссылки  |  Гостевая книга  |  Карта сайта  |     
Главная / Русское Зарубежье / Африка / Египет / ЕГИПЕТ И РОССИЯ / Царские консулы / Последний царский генконсул в Египте. Горячкин Г.

 
Рекомендуем
Новости сайта:
Дата в истории
Новые материалы
 
Никита Кривошеин (Франция). Неперемолотые эмигранты
 
 
 
Ксения Кривошеина (Франция). Возвращение матери Марии (Скобцовой) в Крым
 
 
Ксения Лученко (Россия). Никому не нужный царь
 
 
 
 
Павел Густерин (Россия). Россиянка в Ширазе: 190 лет спустя…
 
 
 
 
 
 
Кирилл Александров (Россия). Почему белые не спасли царскую семью
 
 
 
Протоиерей Андрей Кордочкин (Испания). Увековечить память русских моряков на испанской Менорке
Павел Густерин (Россия). Дело генерала Слащева
Юрий Кищук (Россия). Дар радости
Ирина Ахундова (Россия). Креститель Руси
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Мы подходим к мощам со страхом шаманиста
Борис Колымагин (Россия). Тепло церковного зарубежья
Нина Кривошеина (Франция). Четыре трети нашей жизни. Воспоминания
Павел Густерин (Россия). О поручике Ржевском замолвите слово
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия).  От Петербургской империи — к Московскому каганату"
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Приплетать волю Божию к убийству человека – кощунство! 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). "Не ищите в кино правды о святых" 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). «Мы упустили созидание нашей Церкви»
Алла Новикова-Строганова. (Россия).  Отцовский завет Ф.М. Достоевского. (В год 195-летия великого русского православного писателя)
Ксения Кривошеина (Франция).  Шум ленинградского прошлого 
Алла Новикова-Строганова (Россия). Насквозь русский. (К 185-летию Н. С. Лескова)
Юрий Кищук (Россия). Сверхзвуковая скорость
Алла Новикова-Строганова (Россия). «У любви есть слова». (В год 195-летия А.А. Фета)
Екатерина Матвеева (Россия). Наше историческое наследие
Игорь Лукаш (Болгария). Память о святом Федоре Ушакове в Варне

Павел Густерин (Россия). Советский разведчик Карим Хакимов
Олег Озеров (Россия). Гибель «Красного паши»
Павел Густерин (Россия). О заселении сербами Новороссии
Юрий Кищук (Россия). Невидимые люди
Павел Густерин (Россия). Политика Ивана III на Востоке
Новая рубрика! 
Электронный журнал "Россия в красках"
Вышел осенний номер № 56 журнала "Россия в красках"
Архив номеров 
Проекты ПНПО "Россия в красках":
Публикация из архивов:
Раритетный сборник стихов из архивов "России в красках". С. Пономарев. Из Палестинских впечатлений 1873-74 гг. 
Славьте Христа добрыми делами!

Рекомендуем:
Иерусалимское отделение Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО)
Россия и Христианский Восток: история, наука, культура





Почтовый ящик интернет-портала "Россия в красках"
Наш сайт о паломничестве на Святую Землю
Православный поклонник на Святой Земле. Святая Земля и паломничество: история и современность
 
Последний царский генконсул в Египте
 
Алексей Александрович Смирнов (14.09.1857-18.02.1924), действительный статский советник. Родился в Санкт-Петербурге. По окончании факультета восточных языков столичного университета по "арабско-персидско-турецко-татарскому разряду" Смирнов был назначен чиновником "сверх штата" в Азиатский департамент Министерства иностранных дел России 28 октября 1881. В феврале 1885 стал помощником секретаря Императорского посольства в Константинополе. С 1891 он – второй секретарь посольства в столице Турции. В марте 1897 переведен на должность первого секретаря в российскую миссию в Афины. 6 декабря 1902 Высочайшим указом ему было пожаловано звание камергера Императорского двора. В 1903 он произведен в чин действительного статского советника. 31 января 1905 назначен дипломатическим агентом и генеральным консулом в Египте, 5 августа 1911 получает ранг чрезвычайного посланника и полномочного министра.
 
Смирнов возглавил дипломатическое представительство Российской империи в Египте после ее поражения в русско-японской войне. Царское правительство приняло решение срочно переправить флот и войска на Дальний Восток через Суэцкий канал. Но, в соответствии с Константинопольской конвенцией 1888 года, он был закрыт для военных судов воюющих стран. В связи с чем при выполнении этого решения возникали проблемы, требовавшие от российского генконсула максимум энергии и такта. Осложнялась его миссия еще и тем, что "некоторые мусульманские круги в Египте, ориентировавшиеся на младотурок", восторженно приветствовали победу японцев, которая символизировала для них победу порабощенного Востока над Западом. Антирусские настроения в Египте не принимали масссовый характер. Однако в дальнейшем, в период первой мировой войны, когда в стране усилилась протурецкая пропаганда, они все же доставляли Смирнову немало хлопот.

Серьезным экзаменом для Смирнова в качестве верного слуги престола стало пребывание на египетской земле российских революционеров. Так, во время русской революции 1905-1907 здесь нашли убежище матросы русского торгового флота, принимавшие активное участие в стачках судовых команд в Одессе в 1906. В защиту арестованных моряков представители александрийской и каирской общественности, главным образом из среды национальных меньшинств, организовали 19-22 января 1907 массовые митинги и демонстрации на бирже, таможне, перед российским, английским и французским консульствами. Такого, по свидетельству прессы, Александрия еще не видела. В них приняли участие более пяти тысяч человек. Они вручили александрийскому губернатору петицию, где потребовали "освободить русских эмигрантов, которых задержало российское консульство для безжалостной расправы над ними". С ворот британского и российского консульств в Александрии были сорваны королевский и царский гербы. Последний был растоптан. Смирнову, срочно прибывшему в этот город, стоило немалых трудов, чтобы подготовить тайный вывоз арестованных матросов из Александрии в Порт-Саид, где их уже ждал стоявший под парами пароход на Одессу. В Александрии действовал Заграничный центр профсоюза Черноморского пароходства – "Регистрация", издававший здесь журнал "Моряк". Центр и редакция журнала, возглавлявшиеся профессиональным революционером М.Адамовичем, были связаны с Российской социал-демократической рабочей партией и осуществляли доставку в Россию большевистской газеты "Правда". Проведение "Регистрацией" 14-21 февраля 1913 в Александрии нелегальной конференции балтийских, каспийских и черноморских профессиональных организаций торгового флота, представлявших шесть тысяч членов профсоюза, переполнила чашу терпения Смирнова. Он срочно прибыл в Александрию, где после переговоров с полицией добился ареста М. Адамовича и отправки его в сопровождении российских жандармов в Одессу.

Россия всегда поддерживала стремление Египта к большей самостоятельности от Порты. Смирнов не только продолжил эту традицию, но и внес свой существенный вклад в обогащение содержания и форм российско-египетского цивилизационно-культурного диалога. Высокопрофессиональный дипломат, Смирнов прекрасно разбирался в сложной обстановке, сложившейся в Египте и вокруг него. Он активно противодействовал стремлению Англии превратить Египет в колонию. Дипломат считал недопустимым ликвидацию Смешанных судов, считая, что под видом упорядочения законодательства и судопроизводства Смешанных судов скрывался глубокий политический расчет в первоначальной их замене формально египетскими судами, а затем английскими. Смирнов выступал также против отмены английскими оккупационными властями режима капитуляций, считая ее несвоевременной, поскольку это способствовало бы планам англичан стать полновластными хозяевами в стране. Смирнов также рекомендовал своему правительству ответить отказом на английское предложение получить проливы в обмен на согласие с аннексией Великобританией Египта. Египет формально сохранил статус политической автономии в Османской империи в течение длительного времени.

Первая мировая война принесла новые испытания российскому дипломатическому представителю. В Египет стали прибывать десятки раненых его соотечественников. 14 из них, умерших в александрийских лагерях, ныне покоятся на английском военном кладбище в Шатби, в центре города. Однако не только размещением раненых был озабочен Смирнов. В письме от 2 февраля 1915 А.Е.Молчанову, председателю правления Российского Общества Пароходства и Торговли и председателю Российского театрального общества он сетовал: "...одни евреи-беженцы из Палестины – коих собралось уже около четырех тысяч ободранных и голодных, являют немалую заботу". К концу войны Смирнова стали "доставать" большевистские агитаторы, которые вели здесь пацифистскую и революционную пропаганду, в том числе моряки с подорвавшегося на мине у Порт-Саида броненосца "Пересвет". Отпуска в Россию стали невозможными во время войны. Друзья тоже не могли приехать в Египет. Смирнову становилось все более одиноко, о чем он неоднократно писал в письмах. В 1916 он составляет духовное завещание. Так как у него не было семьи и детей, он оставляет все своим сестрам, брату и их детям.

Февральскую буржуазную революцию в России дипломат принял, в генконсульстве был проведен торжественный митинг, участники которого направили приветственную телеграмму Временному правительству. А вот Октябрьскую революцию и Советскую Россию он не признал. Первая мировая война и Октябрьская революция привели к разрыву дипломатических отношений и к сокращению, а отчасти, и замораживанию традиционных связей между Россией и Египтом. Однако появились новые стороны цивилизационно-культурного диалога между ними. Для Смирнова наступил, пожалуй, самый тяжелый период в его деятельности в Египте. Фактически он становится здесь "отцом" русской колонии, существенно увеличившейся с разгромом белой армии в Крыму. Так, только в январе-марте 1920 на пяти пароходах из Новороссийска в Александрию было доставлено свыше четырех тысяч человек. Русские эмигранты (не менее пяти-шести тысяч человек) размещались, в основном, в Аббасии (Каир), Исмаилии, Телль аль-Кебире и Сиди-Бишре (Александрия). Они работали водителями такси и грузовиков, механиками, вагоновожатыми, клерками в судах, торговых предприятиях, компании Суэцкого канала, учителями по языкам, математике, музыке, гувернантками в домах богатых христиан; музыкантами, художниками (например, Иван Билибин), артистами, парикмахерами, журналистами; трудились на табачных и других фабриках. Заметный след в египетской культуре оставили, кроме Билибина, египтологи Голенищев, Викентьев, супруги Лукьяновы и другие. Картины русских художников до сих пор украшают художественные галереи и музеи Египта. Представители белой эмиграции приносили очевидную пользу своей второй родине, участвуя в археологических, геологических и прочих экспедициях. Медики открыли Русскую поликлинику, которой руководил бывший директор медицинской клиники Московского университета профессор Э.Вагнер. Врачи издавали рефераты по научно-практическим вопросам, проводили конференции, подготавливали египетские медицинские кадры. Смирнов старался облегчить жизнь персоналу этой поликлиники и многим другим соотечественникам, часто страдавшим из-за безработицы. А между тем ситуация была такова: если эмигранты и находили работу, то должны были принести хозяевам две рекомендации. Объясняется это тем, что английские колониальные власти видели в каждом из них большевика. Так, с огромным трудом он устроил служащим в компанию Суэцкого канала некого эмигранта Старицкого, могила которого также находится на каирском кладбище "Святой Георгий". Материальное и психологическое состояние россиян в Египте значительно ухудшилось с 6 октября 1923, когда "англо-египетский" кабинет, по выражению Смирнова, отказал в легитимности российскому дипломатическому представительству. Россияне были лишены капитуляционных прав. Чтобы изменить ситуацию, Смирнов обращался и к английским колониальным властям, и к послам других держав, и к эмигрантским кругам в Париже, и в международные организации, и к правительству США. Все напрасно. Дипломатическое агентство превращается в Русскую миссию, затем в Общество российского гражданина, а позднее – просто в Русский клуб. Численность русской колонии в Египте конца 20-х годов не превышала 600 человек.

Кроме дипломатической карьеры, следует отметить его серьезные работы в области литературы. В своем творчестве, как в прозе, так и в поэзии, он отдавал предпочтение восточной, византийской, а также чисто российской тематике. Его мастерство привлекало внимание современников. Один из них писал в начале XX века о том, что повести Алексея Смирнова – "изящные поэтические очерки о Востоке". Его стихи выходили в поэтических сборниках вместе с лирикой А.Блока, А.Белого, В.Ходасевича, К.Бальмонта и других известнейших русских поэтов. В частности, Смирнов опубликовал в альманахе "Гриф" за 1905 шесть своих стихотворений, среди них: "Солнечный герой" ("Мчится в вихре колесница..."), "Мелисанда" ("Мелисанда, Мелисанда!"), "Власть имущий" ("Искуситель, черный Марс...") и т. д. Вероятно, главным лирическим произведением Алексея Александровича следует считать повесть "Склирена", посвященную опять же Востоку. Свою литературную деятельность он начал еще в 80-х годах XIX века. В 1887 в типографии Московского университета на Страстном бульваре, хозяином которой был М.Катков, вышла одна из его первых книг "Две недели на Святой горе". В ней были опубликованы очерки А.Смирнова о его пребывании на Афонской горе. В них он очень живо описал жизнь обитателей Афонского монастыря, с которой познакомился будучи секретарем российского посольства в Константинополе. Известен его сборник "Из сумрака былого", выпущенный издательством А.С.Суворина в 1909. В него вошли рассказы и повести "Наташа", "Ведьма", "Человек в белом шарфе", "Ночь", "В лазурной глубине". Здесь Смирнов-литератор предпринимает попытку проникнуть во внутренний мир своих героев, что ему удается, особенно в психологических зарисовках их характера и мотивации поступков. Книги Алексея Смирнова можно было встретить в 50-х - 60-х годах на книжных развалах площади Опера в Каире. В своем завещании Алексей Александрович просил опубликовать избранную часть стихов, а из его переписки военных лет узнаем о намерении издаваться в приложении популярнейшего журнала "Нива", где он мечтал конкурировать с такими авторитетными литераторами, как Бунин и Мамин-Сибиряк. В этом отношении представляет интерес отрывок из письма от 2 февраля 1915 его доброму знакомому А.Е.Молчанову. Генконсул просит оказать содействие в издании своих произведений в виде приложения к широко распространенному в России журналу "Нива": "...Я хотел бы, чтобы они (редакция "Нивы". - Г.Г.) сделали полное собрание моих сочинений... Конечно, это не будет изящно издано, но зато количество экземпляров огромное, распространение широкое – так сказать, слава! Кроме того, платят недурные деньги; теперь же, когда они дают премией Мамина-Сибиряка, Бунина – быть может я мог бы дерзнуть явиться кандидатом. – Это, несомненно, расширило бы известность моего имени и впоследствии легче было бы приступить к более солидному и изящному изданию, напр., у А.А.Левенсона… Со стихами, прозой, шуточными вещами, путешествиями и заметками у меня набралось бы на 4-5 томов очень разнообразного материала. Как Вы находите мою мысль? Думаю только, что с этим надо поторопиться, ибо, наверное, они уговариваются заранее".

Смирнов серьезно заболел за два года до смерти так называемыми "нильскими нарывами", вызванными, главным образом, длительным и безвыездным проживанием в жарком и влажном климате. С этим недугом дипломат более или менее успешно боролся, но, на беду, с ним случилось несчастье: он ехал по многолюдной каирской улице на велосипеде, был сбит автомобилем и получил перелом одной из второстепенных костей ступни. Операция, проведенная русскими врачами, оказалась успешной. Но заживление раны шло плохо на фоне "нильских нарывов". Вскоре наступило осложнение, затем заражение крови и смерть. Алексей Александрович скончался 18 февраля 1924 в столичном районе Абдин в своей квартире на улице Шейх Абу Сабаа, 14. Его отпевали в православном храме Святого Константина и Святой Елены в каирском районе Булак (недавно отреставрированном; находится рядом с новым зданием газеты "аль-Ахрам"). А.Смирнова похоронили 20 февраля 1924 на православном кладбище "Святой Георгий" в Старом Каире. По словам автора небольшого некролога, посвященного Смирнову, присутствие на его похоронах большого числа высших египетских чиновников свидетельствует о том глубоком уважении, которое вызывал к себе покойный дипломат и литератор. По воле генконсула на могиле был поставлен скромный памятник, без указания, кем был покойный. 
 
Горячкин Г. 
Азия и Африка. 2001. № 5. 

[версия для печати]
 
  © 2004 – 2015 Educational Orthodox Society «Russia in colors» in Jerusalem
Копирование материалов сайта разрешено только для некоммерческого использования с указанием активной ссылки на конкретную страницу. В остальных случаях необходимо письменное разрешение редакции: ricolor1@gmail.com