Россия в красках
 Россия   Святая Земля   Европа   Русское Зарубежье   История России   Архивы   Журнал   О нас 
  Новости  |  Ссылки  |  Гостевая книга  |  Карта сайта  |     
Главная / История России / Армия и флот императорской России / НА НЕВИДИМОМ ФРОНТЕ. Будни армии / Русско-иранское разграничение 1881–1886 гг.: к постановке проблемы. О.А. Гоков

 
Рекомендуем
Новости сайта:
Дата в истории
Новые материалы
 
Кирилл Александров (Россия). Почему белые не спасли царскую семью
 
 
 
Протоиерей Андрей Кордочкин (Испания). Увековечить память русских моряков на испанской Менорке
Павел Густерин (Россия). Дело генерала Слащева
Юрий Кищук (Россия). Дар радости
Ирина Ахундова (Россия). Креститель Руси
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Мы подходим к мощам со страхом шаманиста
Борис Колымагин (Россия). Тепло церковного зарубежья
Нина Кривошеина (Франция). Четыре трети нашей жизни. Воспоминания
Павел Густерин (Россия). О поручике Ржевском замолвите слово
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия).  От Петербургской империи — к Московскому каганату"
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Приплетать волю Божию к убийству человека – кощунство! 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). "Не ищите в кино правды о святых" 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). «Мы упустили созидание нашей Церкви»
Алла Новикова-Строганова. (Россия).  Отцовский завет Ф.М. Достоевского. (В год 195-летия великого русского православного писателя)
Ксения Кривошеина (Франция).  Шум ленинградского прошлого 
Алла Новикова-Строганова (Россия). Насквозь русский. (К 185-летию Н. С. Лескова)
Юрий Кищук (Россия). Сверхзвуковая скорость
Алла Новикова-Строганова (Россия). «У любви есть слова». (В год 195-летия А.А. Фета)
Екатерина Матвеева (Россия). Наше историческое наследие
Игорь Лукаш (Болгария). Память о святом Федоре Ушакове в Варне

Павел Густерин (Россия). Советский разведчик Карим Хакимов
Олег Озеров (Россия). Гибель «Красного паши»
Павел Густерин (Россия). О заселении сербами Новороссии
Юрий Кищук (Россия). Невидимые люди
Павел Густерин (Россия). Политика Ивана III на Востоке
   Новая рубрика! 
Электронный журнал "Россия в красках"
Вышел весенний номер № 54 журнала "Россия в красках"
Архив номеров 
Проекты ПНПО "Россия в красках":
Публикация из архивов:
Раритетный сборник стихов из архивов "России в красках". С. Пономарев. Из Палестинских впечатлений 1873-74 гг. 
Славьте Христа добрыми делами!

Рекомендуем:
Иерусалимское отделение Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО)
Россия и Христианский Восток: история, наука, культура





Почтовый ящик интернет-портала "Россия в красках"
Наш сайт о паломничестве на Святую Землю
Православный поклонник на Святой Земле. Святая Земля и паломничество: история и современность

Русско-иранское разграничение 1881–1886 гг.: к постановке проблемы   
 
В 1881 г., в связи с завоеванием русскими Ахал-Текинского оазиса, начались переговоры о разграничении России с Персией (так в Европе ХІХ в. называли Иран). Русскую сторону представлял посланник в Тегеране И.А. Зиновьев, а иранскую – министр иностранных дел мирза Саид-хан Мотамен-оль-Мольк [1, c. 85]. Результатом стало подписание 9 декабря 1881 г. договора об установлении русско-иранской границы к востоку от Каспийского моря, т. н. Тегеранской конвенции о границах [1, с. 221–227; 2, c. 383–386]. В историографии переговоры и работа комиссии по разграничению изучены слабо и со множеством противоречий. Наиболее подробно, на данный момент, процесс разграничения изложен в работе советского исследователя Б.С. Маннанова [3, с. 55–76]. Однако, даже она не свободна от неточностей и умолчаний. Цель нашей статьи – устранить имеющиеся неточности и наметить пути дальнейшего изучения проблемы.
 
Советский исследователь Б.С. Маннанов отмечал, что слабое знание российским представителем местностей, о которых шла речь в ходе переговоров, вынудило Министерство иностранных дел России обратиться к Военному министерству с просьбой «командировать в помощь тайному советнику Зиновьеву офицера Генерального штаба (далее – ГШ), знакомого с Закаспийской областью». В результате в Тегеран были посланы подполковник ГШ Н.Д. Кузьмин-Караваев и помощник заведующего Азиатской частью Главного штаба капитан ГШ Н.И. Янжул, «хорошо знавшие Закаспийскую область», которые прибыли туда в том же 1881 г. [3, c. 58] [1]. «По прибытии указанных лиц, – писал исследователь, – переговоры заметно ускорились» [3, c. 58], результатом чего стало подписание 9 декабря 1881 г. Тегеранской конвенции о границах. Впоследствии, опираясь на тот же документ или на материалы Б.С. Маннанова (ссылки ни одна из её работ не содержит), указанные сведения повторила в своих публикациях Л.М. Кулагина. Она писала, что русско-иранская разграничительная комиссия приступила к работе 15 октября 1881 г. Однако вмешательство англичан и слабое знание И.А. Зиновьевым географии тех районов, где проводилось разграничение, затянуло её работу. «В помощь Зиновьеву для определения пограничной линии были посланы офицеры ГШ подполковник Кузьмин и капитан Янжул, хорошо знакомые с Закаспийской областью, – сообщала исследовательница, ошибочно именуя Н.Д. Кузьмина-Караваева. – После их прибытия в Тегеран переговоры заметно ускорились» [1, с. 86; 4, с. 49] [2]. Помимо неточности в написании фамилии и отсутствия хотя бы инициалов Н.Д. Кузьмина-Караваева, описание Л.М. Кулагиной русско-персидского разграничения 1881–1886 гг. вообще отличает крайняя поверхностность и неполнота, выразившаяся, в том числе, и в игнорировании важных деталей.
 
Так, из опубликованных архивных источников следует, что вмешательство англичан в процесс определения границы началось не до, а после прибытия русских офицеров, хотя когда именно – утверждать нельзя из-за отсуствия чётких данных [3, с. 57–58, 69–70; 5, с. 549–717].
 
Неясно, что за комиссия начала работу 15 октября 1881 г. Дело в том, что комиссары для разграничения были назначены правительствами двух стран на основании конвенции 9 декабря 1881 г. 2-я статья её гласила: «Так как в статье I настоящей конвенции указаны главные пункты, чрез кои должна направляться граница между владениями России и Персии, то для точного определения пограничной черты на месте и для определения пограничных знаков обе высокие договаривающиеся стороны назначат специальных комиссаров. Время и место съезда комиссаров будет определено по взаимному соглашению обеих договаривающихся сторон» [1, с. 222–223]. Таким образом, разграничительная комиссия не могла начать работу в указанный Л.М. Кулагиной срок. К тому же практика свидетельствует, что такие комиссии создавались после подписания документов, определяющих границу в общих чертах [7]. Вообще, не совсем понятно, что именно подразумевается исследователями проблемы под термином «разграничительная комиссия». Как правило, процесс определения границ между государствами включал в себя создание минимум двух комиссий – делимитационной и демаркационной. Первая, возглавляемая официальными представителями, действовала до подписания конвенции и определила общее положение и направление границы, а вторая должна была зафиксировать её на местности. Возможно, Л.М. Кулагина смешала обе комиссии, получив в результате указанный выше «симбиоз». Однако в таком случае правильнее говорить о процессе разграничения и разграничительных комиссиях.
 
К сожалению, из работ исследователей неясно, когда именно начались переговоры между российским и персидским уполномоченными, приведшие к заключению конвенции. Все они указывали только год, что добавило путаницы в дальнейшее изложение. Судя по архивным документам, И.А. Зиновьев поднял вопрос о проведение границы перед шахом в конце января – начале февраля 1881 г. [5, с. 484]. Н.Д. Кузьмин-Караваев, вопреки приведённым выше утверждениям, находился в командировке в Персии, в Мешеде, для переговоров с российским императорским посланником в Тегеране по Персидской телеграфной линии [3] (а не только для уточнения пограничной черты) с 18 февраля по 13 марта 1881 г. [8] [4]. Таким образом, с марта до декабря переговоры велись без его участия. Относительно второго офицера подробными данными о его пребывании в Иране мы не располагаем. Известно только, что он также был направлен в помощь И.А. Зиновьеву. Но задачи, время пребывания и конкретная деятельность по-прежнему не выяснены. Однако, по-видимому, именно за участие в переговорах по разграничению, Н.И. Янжул в 1882 г. был отмечен наградами: от русского правительства святого Владимира 2-й степени, а от шахского – Льва и Солнца 2-й степени, а 22 марта произведён в подполковники ГШ [9, c. 745].
 
Демаркационная же комиссия была сформирована весной 1883 г., а начала работу 15 октября 1883 г. [3, с. 60]. Скорее всего, что Л.М. Кулагина допустила оплошность, перепутав даты и перенеся, таким образом, события с 1883 г. на 1881 г. К сожалению, это отразилось и на изложении ею дальнейшего хода событий, в котором встречается много недомолвок и общих утверждений. О том, что комиссия по разграничению работала с 1883 по 1886 гг., например, она вообще не сообщает, хотя именно тогда (а не в 1881 г., как указывала Л.М. Кулагина [1, с. 85; 4, с. 49]) была определена точная граница от устья реки Атрек до Бабадурмазского родника (укрепление Чат на правом берегу Атрека, близ впадения в неё реки Сумбар).
 
28 мая 1883 г. Н.Д. Кузьмин-Караваев был «откомандирован в Тифлис, Тегеран и Закаспийскую область комиссаром для проведения русско-персидской границы» на местности [10, л. 18; 11, л. 41]. Отчасти представление о его деятельности дают опубликованные архивные материалы и его собственные работы [5, с. 714, 752, 759; 12]. Результатом работы демаркационной комиссии стало подписание двух дополнений к русско-персидской Конвенции от 9 декабря 1881 г., посвящённых использованию пограничных водных источников: в 1884 г. – для рек, текущих из Ирана в Атрек [1, c. 56], а 30 января 1886 г. – для рек Чандыр, Сумбар и Кельтечинар [3, c. 75]. К слову, у Л.М. Кулагиной о них сказано отдельно от общего блока, посвящённого разграничению 1881 г. Исследовательница лишь констатировала факт установления правил водопользования пограничных рек [4, c. 56]. Кроме того, Л.М. Кулагина путает реку Атрек с оазисом Атек.
 
5 февраля 1886 г. демаркационные работы были завершены, после чего русский комиссар Н.Д. Кузьмин-Караваев 17 февраля выехал из Ашхабада, где он находился, в Тифлис, откуда отбыл в Тегеран на новое место службы – Заведующего обучением персидской кавалерии. В том же году за «разграничительные работы» Н.Д. Кузьмин-Караваев получил орден святого Владимира 3-й степени. По результатам демаркации он подготовил несколько работ, опубликованных в 1886–1889 гг. [12]. К сожалению, в силу отсутствия инициалов и заинтересованности исследователей долгое время они оставались лишь под фамилией «Кузьмин-Караваев», а затем были приписаны однофамильцу Н.Д. Кузьмина-Караваева, служившему в конце ХІХ в. в Кавказском военном округе – А.Н. Кузьмину-Караваеву [13]. Мы считаем долгом исправить это досадное недоразумение.
 
Окончательно разграничение между Ираном и Россией в Центральной Азии было завершено подписанием конвенции от 27 мая 1893 г., а в 1894 г. полностью урегулированы вопросы границы и использования пограничных вод [3, с. 76; 4, с. 112]. Таким образом, проблема определения и проведения пограничной черты между Российской и Каджарской империями к востоку от Каспийского моря далеко не решена и требует дальнейшего детального изучения с привлечением материалов российских и иранских архивов. Среди прочих вопросов необходимо чётко определить хронологию событий, проследить, как развивались переговоры, каким образом производился процесс разграничения, с какими трудностями сталкивались участники разграничения и пр. Наша статья представляет собой попытку исправить и уточнить лишь отдельные вопросы проблемы, а также поставить её на «повестку дня» для иранистов.
 
Xapькoвcкий нaциoнaльный пeдaгoгичecкий унивepcитeт имeни Г. C. Cкoвopoды
Материал прислан автором порталу Россия в красках 19 марта 2013 года
 
Литература
 
1. Кулагина Л.М. Россия и Иран (ХІХ – начало ХХ в.) / Л.М. Кулагина. – М.: ИД Ключ-С, 2010. – 271 с.
 
2. Эйхельман О. Хрестоматия русского международного права: В 2 ч. – К.: Университетская типография, 1887. – Ч. 1. – 477 c.
 
3. Маннанов Б. Из истории русско-иранских отношений в конце ХІХ – начале ХХ века / Б. Маннанов. – Ташкент: Наука, 1964. – 156 с.;
 
4. Кулагина Л.М., Дунаева Е.В. Граница России с Ираном (история формирования) / Л.М. Кулагина, Е.В. Дунаева. – М.: Ин-т востоковедения РАН, 1998. – 116 с.
 
5. Присоединение Туркмении к России: Сборник архивных документов. – Ашхабад: Изд-во АН Туркменской ССР, 1960. – 823 с.
 
6. Алексеев М. Военная разведка России: От Рюрика до Николая II: В 2 кн. / М. Алексеев. – М.: ИД Русская разведка, ИИА Евразия +, 1998. – Кн. 1. – С. 261; Русские военные востоковеды до 1917 г. Библиографический словарь / Сост. М.К. Басханов. – М.: Восточная литература, 2005. – С. 134.
 
7. Гоков О.А. Офицеры российского Генштаба в русско-турецкой войне 1877–1878 гг. / О.А. Гоков // Вопросы истории. – 2006. – № 7. – С. 142–149; Чириков Е.И. Путевой журнал русского комиссара-посредника по турецко-персидскому разграничению 1849–1852 / Е.И. Чириков // Записки Кавказского отдела Императорского русского географического общества. – 1875. – Кн. 9. – 101+803 с.
 
8. Российский государственный военно-исторический архив (далее – РГВИА). – Ф. 409. – Оп. 17. – Д. 5670. – Л. 47–54.
 
9. Список генералам по старшинству. Составлен по 1-е сентября 1902 г. – СПб.: Военная типография, 1902. – 28+1248 c.
 
10. РГВИА. – Ф. 401. – Оп. 4. – Д. 57.
 
11. РГВИА. – Ф. 446. – Д. 46.
 
12. Кузьмин-Короваев. Российско-персидская граница между Закаспийскою областью и Хорасаном // Сборник географических, топографических и статистических материалов по Азии (далее – СМА). – 1889. – Вып. 40. – С. 1–134; Записка генерального штаба полковника Кузьмина-Караваева о введении русского управления в Атеке // СМА. – 1886. – Вып. 21. – С. 110–157.
 
13. Русские военные востоковеды до 1917 г. Библиографический словарь / Сост. М.К. Басханов. – М.: Восточная литература, 2005. – С. 134; Содержание томов «Сборника географических, топографических и статистических материалов по Азии» [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.primarysourcesonline.nl/ead/dsc.php?faid=492rustoc..

Примечания
 
[1] В оригинале фамилии офицеров поданы без инициалов, как и в документе Российского государственного военно-исторического архива, на который ссылался Б. Маннанов. Это добавило путаницы в идентификацию Кузьмина-Караваева – фактически его заслуги были приписаны Александру Николаевичу Кузьмину-Караваеву [6].
[2] Цитируемый текст почти полностью повторяет слова Б. Маннанова. Поскольку ссылка на источник у Л.М. Кулагиной отсутствует, можно предположить, что пользовались оба автора разными копиями одного документа, хранящимися в Российском военно-историческом архиве (ссылка Б. Маннанова) и Архиве внешней политики Российской империи (его документы лежат в основе исследований Л.М. Кулагиной). Хотя, возможно, что исследовательница позаимствовала сведения у своего предшественника.
[3] Видимо, переговоры велись относительно прокладки телеграфной линии под русским контролем, которая связала бы Хорасан и российские территории. Линия, соединившая Мешхед с Астрабадом, была проведена через Серахс в 1895 г. [3, с. 113].
[4] В январе 1882 г. Н.Д. Кузьмин-Караваев получил от русского правительства орден святого Станислава 2-й степени. Персидское правительство в том же месяце наградило его орденом Льва и Солнца со звездой 2-й степени. 17 апреля 1883 г. Н.Д. Кузьмин-Караваев был досрочно произведён в полковники ГШ. Правда, с уверенность утверждать, что эти награды были получены им только за участие в разграничении не позволяет недостаток материала.
 

[версия для печати]
 
  © 2004 – 2015 Educational Orthodox Society «Russia in colors» in Jerusalem
Копирование материалов сайта разрешено только для некоммерческого использования с указанием активной ссылки на конкретную страницу. В остальных случаях необходимо письменное разрешение редакции: ricolor1@gmail.com