Россия в красках
 Россия   Святая Земля   Европа   Русское Зарубежье   История России   Архивы   Журнал   О нас 
  Новости  |  Ссылки  |  Гостевая книга  |  Карта сайта  |     
Главная / История России / Монархия и монархи / ПРАВЛЕНИЕ ПАВЛА I (1796-1801) / Наши "Павловны" (судьбы дочерей Павла Первого). Валерий Бондаренко

 
Рекомендуем
Новости сайта:
Дата в истории
Новые материалы
Нина Кривошеина (Франция). Четыре трети нашей жизни. Воспоминания
Павел Густерин (Россия). О поручике Ржевском замолвите слово
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Приплетать волю Божию к убийству человека – кощунство! 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). "Не ищите в кино правды о святых" 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). «Мы упустили созидание нашей Церкви»
Алла Новикова-Строганова. (Россия).  Отцовский завет Ф.М. Достоевского. (В год 195-летия великого русского православного писателя)
Ксения Кривошеина (Франция).  Шум ленинградского прошлого 
Алла Новикова-Строганова (Россия). Насквозь русский. (К 185-летию Н. С. Лескова)
Юрий Кищук (Россия). Сверхзвуковая скорость
Алла Новикова-Строганова (Россия). «У любви есть слова». (В год 195-летия А.А. Фета)
Екатерина Матвеева (Россия). Наше историческое наследие
Игорь Лукаш (Болгария). Память о святом Федоре Ушакове в Варне

Павел Густерин (Россия). Советский разведчик Карим Хакимов
Олег Озеров (Россия). Гибель «Красного паши»
Павел Густерин (Россия). О заселении сербами Новороссии
Юрий Кищук (Россия). Невидимые люди
Архимандрит Исидор (Минаев) (Россия). «Пути Господни неисповедимы». Стереотипы о Церкви. "Разрушение стереотипов, которые складываются у светских людей о Церкви" (Начало), (продолжение)
Павел Густерин (Россия). Политика Ивана III на Востоке
Алексей Гудков (Россия). Книжных дел мастера XX века
Павел Густерин (Россия). Присутствие РПЦ в арабских странах
Айдын Гударзи-Наджафов (Узбекистан). За бедного князя замолвите слово. (О Великом князе Николае Константиновиче Романове)
   Новая рубрика! 
Электронный журнал "Россия в красках"
Вышел весенний номер № 50 журнала "Россия в красках"
Архив номеров 
Проекты ПНПО "Россия в красках":
Публикация из архивов:
Раритетный сборник стихов из архивов "России в красках". С. Пономарев. Из Палестинских впечатлений 1873-74 гг. 
Славьте Христа добрыми делами!

Рекомендуем:
Иерусалимское отделение Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО)
Россия и Христианский Восток: история, наука, культура



Почтовый ящик интернет-портала "Россия в красках"
Наш сайт о паломничестве на Святую Землю
Православный поклонник на Святой Земле. Святая Земля и паломничество: история и современность
 
НАШИ «ПАВЛОВНЫ»
(судьбы дочерей Павла Первого)
 
Великая бабка

     Чем дальше уходит Россия от былого своего блеска и царственного величия, тем порой пристальней всматриваемся мы в подробности трех веков нашей сложной всемирной славы. Ну вот, и еще страница «глямура» из завалов «былого»…
     Здесь мы расскажем о пяти дочерях императора Павла Первого, из которых две могли бы стать женами Бонапарта. Две из них стали королевами, а три – владетельными принцессами. И, пожалуй, только двух можно назвать счастливыми…

     Вместо увертюры – трагедия

     Известно, что принцессы рождаются не для счастья, а для нужд государственных. Во всяком случае, раньше считали именно так, тем более, если над колыбелью очередной малютки распростер крыла двуглавый орел самой могучей тогда империи.
     Пик могущества Российской империи: вторая половина 18 и первая половина 19 столетий. И самый-самый в нем апофеоз пришелся на правление Екатерины Второй, Павла Первого и Александра Первого.

Молодой отец - Павел Петрович

     Екатерина не имела никаких прав на российский престол. Больше того, слишком часто говорят о том, что ни капли романовской крови не было и в сыне ее Павле, – продукте амурного творчества придворного Салтыкова.
     Тем важнее было Екатерине укрепить династию. Сын ее не должен был править, пока она жива. Он должен был в поте лица размножаться. Чем больше детей в царской семье, – тем надежней трон.
     Юного Павла женили на принцессе Дармштадт-Гессенской, которая стала зваться Натальей Алексеевной. Однако первый блин оказался во всех смыслах комом. Наталья умерла при родах, ребенок родился мертвеньким, а безутешного молодого вдовца мать «добила» пачкой любовных писем его лучшего друга графа Разумовского и Натальи. Екатерина так «утешила» сына: «Успокойтесь, ребенок был не от вас!».
     Павел с тех пор сильно продвинулся в психоневрозе, а Екатерина срочно женила его на другой немецкой принцессе, из дома герцогов Вюртембергских. При вступлении в брак она получила имя Марии Федоровны. Дородная и цветущая Мария Федоровна не лезла в политику, была легкого веселого нрава. А главное, с таким организмом могла стать бесперебойной рожальной машиной для династии.
     И сына, и невестку царица, не скрывая, презирала и требовала от них лишь одного: «Размножайтесь!»
     Наказ матери Павел выполнил: шесть дочерей и четыре сына, – не так уж и плохо. Правда, злые языки обвиняли в авторстве младших детей Павла другого человека, но об этом мы скажем в свое время…

Неверная Наталья Алексеевна

     Девчонки-мальчишки…

     «Все могут короли», вот только не могут рожать политически грамотно! Вслед за Александром и Константином Мария Федоровна принесла девочку. «По правде, я больше люблю мальчиков!» – огорчилась Екатерина. И даже приказала назвать свою внучку… в честь любимого внука Александрой. Вряд ли Екатерине и в страшном сне могло привидеться, что именно эта девочка косвенно станет причиной ее собственной смерти.
     А рожальный станок в Павловске разогнался вовсю. Чуть ли не каждый год Мария Федоровна приносила порфирородный приплод, – но, увы, все женского полу!.. После двух внуков судьба точно в насмешку наградила Екатерину подряд шестью внучками. И только в предпоследний год ее жизни явился на свет третий внук Николай. (Четвертый внук Михаил родился через два года после смерти великой бабки).
     Екатерина тотчас же отбирала родившихся мальчиков у Павла и Марии. Для Александра и Константина была разработана своя система воспитания. Внучек же, как человеческий материал не столь ответственный, Екатерина оставляла при их матери.
     Александр и Константин выросли людьми не очень уравновешенными. Зато их сестры сполна узнали, что такое детство под крылышком любящей матушки. Душевное здоровье их было куда как крепче.

Молодая мать - Мария Федоровна

     Впрочем, Мария Федоровна ни на минуту не забывала, что растит не просто девочек, но возможных будущих королев. В воспитательницы им она выбрала прибалтийскую немку Шарлотту фон Ливен, суровую и дисциплинированную. Да и сама подавала пример немецкой дисциплины своим дочерям. Девочек будили в шесть утра, после чего они под руководством матери навещали оранжерею (наглядный урок ботаники), птичник (урок зоологии и, в какой-то степени, скотоводства). Прогулки по парку Павловского дворца, уроки языков, танцев, музыки. А также, по возможности, и серьезных наук.
     На свежем воздухе девочки расцветали, а во дворце получали манеры в духе Версаля, ибо Версаль навсегда остался для Павла и Марии самым ярким и радостным воспоминанием их свадебного вояжа в Европу. Памятником сему был туалетный прибор из 96 предметов, подаренный Марией-Антуанеттой юной красавице цесаревне. Прибор включал даже золотую лопаточку… для чесания языка. Но болтушка Мария Федоровна так дорожила подарком, что никогда им не пользовалась. Над прибором соорудили настоящий стеклянный мавзолей в парадной опочивальне Павловска.
     Во Франции произошла тем временем революция, голова Марии-Антуанетты скатилась в корзину палача. Европа сотрясалась от войн и смут. Но звуки сих бурь в Павловск долетали весьма смягченными.
     Девочки, как ни в чем не бывало, готовились воздеть на себя короны европейских государынь.

Александра Павловна

     Александра – «самая ответственная»

     «Она говорит на четырех языках, хорошо пишет и рисует, играет на клавесине, поет, танцует, учится без труда и выказывает большую кротость характера», – пишет о восьмилетней внучке Екатерина. Царица заранее рекламирует свой товар перед европейской общественностью.
     Степенная и ответственная Александра всячески старалась понравиться бабушке. Узнав, что ее прочат за шведского короля, она срочно, по-детски, влюбилась в него.
     И вот летом 1796 года юный шведский король Густав Четвертый приехал в Питер на церемонию помолвки. О случившемся в результате страшном афронте мы подробно рассказали в очерке об Екатерине Великой. Несколько часов она в окружении своего Двора и, можно сказать, с невестою на руках ожидала, когда шведский упрямец согласится, чтобы Александра сохранила православную веру, и явится за суженой.
     В результате упрямый швед отказался. Екатерина восприняла это как личное оскорбление и через три месяца умерла (возможно, в уборной) от инсульта.
     А несчастная Александра горько рыдала: ведь она так уже заранее любила Густава!
     Судьба отомстила ему за упрямство: в 1809 году шведский риксдаг низложил строптивого во всех отношениях монарха, и тому пришлось вести скудную жизнь политэмигранта.

Павловск холмистый

     А Александра в 1799 году стала женой эрцгерцога Стефана, брата австрийского императора Франца. Брак, вообще говоря, блестящий: до этого времени гордые Габсбурги и Бурбоны (две ведущие католические династии Европы) третировали «худородных» Романовых.
     Но войны с Наполеоном заставили спесивцев из Вены пересмотреть свои «убеждения». Правда, Александра стала не императрицей, а эрцгерцогиней. И хотя Стефану срочно присвоили титул палатина Венгерского, все же Александре предстояло играть вторую скрипку при венском Дворе.
     А как это трудно, она убедилась тотчас же. Император Франц принял ее радушно, муж относился с большой теплотой. Но ее сразу невзлюбила Мария-Терезия Бурбон-Неаполитанская – жена императора, злая, некрасивая и мелочная. На первом же представлении в театре наивная Александра затмила императрицу своими драгоценностями. Та сделала ей публичный выговор. На следующий день зрители ждали не поднятия занавеса, а появления в ложе эрцгерцогини Александры. И как только она появилась, зал грянул овацией: вместо драгоценностей Александру украшали одни цветы!
     Мария-Терезия не простила ей и сего триумфа. Жизнь в Вене для Александры складывалась непросто. И тогда она уехала с мужем в его венгерские вотчины.
     Ей было довольно одиноко здесь. Человек долга, она любила Стефана и даже сопровождала его в военных походах. По-настоящему близкими для нее оставались два человека: священник Андрей Самборский (она сохранила православную веру) и его дочь Анна.

Павловск. Парадная опочивальня

     Когда наступила пора рожать, Александру вытребовали в Вену. Мария-Терезия под видом заботы всячески отравляла ей жизнь. Роды прошли тяжело. Ребенок родился мертвым, а через несколько дней скончалась и Александра. «Ее уже нет, и с ней исчезло все мое счастье», – писал Стефан Павлу и задавался вопросами об ее достойном погребении. Но ответа он не получил: как раз в это время Павел был убит в своем Михайловском замке.
     Хоронили Александру по православному обряду. Самборский буквально оттеснил католических священников от гроба покойной.
     Ее похоронили в православной церкви в Офене, которую Александра построила на свои средства. Здесь ее могилу посетили брат Александр и сестры Мария и Екатерина. Любопытно, что из всей австрийской императорской фамилии могилу Александры навестила только дочь Франца и Марии-Терезии Мария-Луиза – вторая жена Наполеона. То ли искренняя симпатия привела ее сюда, то ли политический расчет: Вена как раз праздновала победу над Бонапартом. То ли, возможно, сочувствие и глубокое понимание: Мария-Терезия хорошо попортила кровь и дочери.
     Русский Двор всячески заботился о маленькой церкви в Офене. В 80-е годы XIX века царь Александр Третий прислал сюда новый иконостас. Однако время и войны не пощадили церковь.
     Памятниками Александре стали скульптурное изображение работы И. П. Мартоса в Павловске и стихи Жуковского:

     И ангел от земли в сиянье предо мной
     Взлетает; на лице величие смиренья;
     Взор в небо устремлен; над юною главой
     Горит звезда преображенья.

     А безутешный вдовец Стефан был после женат еще два раза и умер в 70 лет…

Елена Павловна - старшая дочь Павла I

     Елена – «самая красивая»

     13 декабря 1784 года Мария Федоровна родила вторую дочь. Огорчение по этому поводу бабки смягчалось тем обстоятельством, что ребенок был удивительно хорош собой. «…Прекрасная Елена достойна своего имени… она на самом деле красавица, вот почему и назвали ее Еленой», – хвасталась Екатерина своим парижским друзьям.
     Ее писали крупнейшие портретисты века: Левицкий, Боровиковский, Виже-Лебрен. Однако лучшим считается портрет кисти австрийского художника Й. Грасси.
     В пятнадцать лет Елена выходит замуж за Фридриха-Людвига, будущего герцога Мекленбург-Шверинского. Вообще-то у Романовых уже был опыт родства с Мекленбургами, и весьма горький: сто лет назад племянница Петра Великого Екатерина (сестра будущей императрицы Анны Иоанновны) буквально сбежала от своего мужа самодура и пьяницы герцога Мекленбургского вместе с дочерью, – Анной Леопольдовной. Той самой Анной Леопольдовной, – будущей матерью царя Иоанна Шестого, которого, шестимесячного, свергла Елизавета Петровна и отправила с его матерью и всеми родичами в ссылку.
     Однако на этот раз союз с Мекленбургами оказался счастливым. Молодые без памяти любили друг друга. Елену и невозможно было не любить. Красивая, веселая, умная, тактичная, она буквально обворожила всех.
     Долгое время Елена провела в Берлине. Берлинцы очень гордились красотой своей королевы Луизы. И – редкий случай! – 16-летняя Елена и 25-летняя Луиза стали не соперницами, а ближайшими подругами! Берлинцы называли их немного сентиментально «четой роз». Спустя годы сын Елены женится на дочери Луизы.
     Итак, в 1800 году Елена подарила мужу сына, три года спустя – дочь.
     Но уже тогда Елена болела страшной болезнью того века – чахоткой. Процесс шел очень быстро. 23 сентября 1803 года ее не стало.
     Утонченную красоту Елена передала представителям рода Мекленбургов, – как память о своей так быстро сгоревшей жизни.
     А Романовы все-таки не смирились с ранним уходом своей первой красавицы. Когда младший сын Павла Михаил женился на принцессе Каролине Вюртембергской (а ведь мать его была тоже вюртембергской принцессой!), то при переходе в православие она стала именоваться Еленой Павловной. В ее лице Николай Первый приобрел либеральную оппозиционерку, а русская культура – щедрую покровительницу. Ведь нынешний Русский музей в Питере – это ее дворец, а основу его коллекций составляет собрание этой второй Елены Павловны…

Мария Павловна

     Мария – «поэтический драгун»

     В 1786 году у Павла и Марии рождается дочь, которую в честь матери тоже назвали Марией. Но с женственной «пампушкой» Марией Федоровной младенец имел сходство весьма отдаленное. «Она сущий драгун, – писала Екатерина Вторая барону Гримму, – ничего не боится, все ее склонности и игры мужские».
     Мария так и не стала красавицей, зато оказалась чрезвычайно умна, обожала серьезное чтение и музыку, играла на арфе и фортепиано, а также была весьма независимого нрава. Незаурядность ее натуры очень ценил Павел, тонко разбиравшийся в людях: Мария была его любимой дочерью.
     В 1803 году в Россию прибывает наследник Саксен-Веймар-Эйзенахского герцогства. Вообще-то жених не из завидных: герцогство захудалое, сам принц довольно дурашлив (точно конфузится)… Целый год он добивался руки Марии Павловны и успел с нею подружиться. Вообще, если бы не сомнения родных, Мария и года бы не ждала: уж очень рвалась она в замужние дамы, во взрослую жизнь. К тому же Веймар – хоть и маленький город, зато культурная столица всей Германии, и ей ли, усердной читательнице и музыкантше, это не оценить!..
     Сразу три женщины – мать, жена и сестра правившего герцога – покровительствовали искусствам, привлекли в город Виланда, Гердера. Шиллера; наконец, там жил сам Гете! Марии не терпелось прослыть еще одной покровительницей немецкой культуры, имея к тому же немереные средства русской великой княжны!..
     Наконец, она становится супругой Карла-Фридриха, наследного принца Веймарского герцогства.
     В Веймаре ее ждал восторженный прием. Программу торжеств составил сам Шиллер. И хотя через год он умер, Мария Павловна навсегда осталась горячей почитательницей его гения, а также и всегдашней верной покровительницей его семьи.
     Вообще Мария Павловна понравилась в Веймаре всем. Отмечали ее образованность, такт, благородство. Конечно, «королевство» ее было маловато. Вот почему Мария Павловна так часто ездила в Россию, дышать родными просторами и размахом питерского Двора. Когда начались войны с Наполеоном, она отдала все свои драгоценности на устройство госпиталя для русских солдат. А когда Наполеон наложил на Веймар контрибуцию и бедные родственники стали просить деньги из приданого Марии Павловны, царь им отказал: деньги эти пошли бы на подготовку войны с Россией.
     Однако нужно сказать, скупердяйкой Мария Павловна не была. Как и ее мать, она отличалась щедрой благотворительностью не только по отношению к деятелям культуры. Приюты, госпитали, больницы, школы, – все это «ее рук» и капиталов дело!
     В 1818 году ее посетила мать Мария Федоровна и очень помогла дочери советами в делах благотворительности. Любуясь тремя детьми Марии-младшей, Мария-старшая не знала, что одна из ее внучек станет германской императрицей, а внук женится на другой внучке – дочери Анны Павловны, королевы Голландии.

Веймар. Дворец Бельведер

     После смерти Александра и старших сестер Мария почиталась младшими «Павловичами» Николаем, Михаилом и Анной за главу семьи. Ее авторитет был непререкаем, а характер тверд, как ни у кого из них. После 14 декабря 1825 года она прервала все отношения с Константином Павловичем, считая его виновником разыгравшейся трагедии.
     Вообще, несмотря на покровительство самому передовому искусству того времени (в частности, Листу и Вагнеру), Мария Павловна оставалась в рамках представлений о правах монархов еще «осьмнадцатого столетия». Своего брата Николая она представляла всей Европе «как весьма доброго человека». Когда разразилась революция 1848 года, бежавший из Парижа экс-король Луи-Филипп и его многочисленное семейство именно в Веймаре нашли первоначальный приют. В «ту лихую годину» Мария Павловна делилась с ними комнатами тесноватого дворца, столовым серебром и постельным бельем.
     В 1857 году состоялась последняя встреча Марии и Анны – двух оставшихся в живых к тому времени детей Павла. Грустная то была встреча! Жизнь прошла, сменилось несколько эпох, почти все самые близкие люди были уже в могиле. Сестры заказали панихиды по всем усопшим родным. А после панихиды по отцу они надолго остались в церкви вдвоем, – наедине, быть может, с самым страшным воспоминанием своей жизни, – воспоминанием об убийстве императора Павла…
     В июне 1859 года Мария Павловна скоропостижно скончалась.
     Отпевали ее в православной церкви, но похоронили на протестантском кладбище, в фамильном склепе герцогов Веймарских.
     Память о Марии Павловне осталась в истории немецкой культуры.

Екатерина Павловна

     Екатерина – «самая блестящая»

     В 1788 году появилась на свет самая яркая и блестящая дочь Павла и Марии Федоровны. Ее назвали в честь великой бабки. Ум, характер, образованность сделали ее любимицей Александра. Как всякий слабохарактерный человек, он тянулся к сильным, решительным женщинам.
     А силы характера и независимости Екатерине было не занимать. Чего стоит хотя бы то обстоятельство, что еще будучи официально девушкой, она крутила бурный роман с генералом Багратионом, не заботясь скрывать это от кого-либо! И себе же на голову: как раз в это время умирает злая Мария-Терезия, и австрийский император Франц просит руки Екатерины. Но поведение той с Багратионом столь откровенно, что австрийцы в панике отступают… (По иронии судьбы, первая жена второго мужа Екатерины Каролина Баварская – муж же ея звался королем Вюртембергским – после развода и стала женой Франца)…
     Не получив корону австрийскую, Екатерина могла почти тотчас получить корону французскую. Да, именно к ней посватался Наполеон, который отнюдь не боялся опытных женщин! Но Екатерина в гневе отказала вражине и «узурпатору» и вышла замуж за близкого родственника – захудалого герцога Георга Ольденбургского.

Принц Георг Ольденбургский

     Поведение ее было более чем демонстративным. Наполеон счел себя оскорбленным и оккупировал Ольденбург. Тогда Александр устроил Георгу и любимой сестре государство поболе Франции: он объединил Тверскую, Ярославскую и Новгородскую губернии в одно огромное генерал-губернаторство и назначил его главою Георга.
     Резиденцию себе «молодые» определили в Твери. Екатерина поражала всех своими патриотическими настроениями. Она даже умела хорошо говорить по-русски! Именно этому искренне удивилась жена тверского губернатора Ушакова. На первом же балу Екатерина встала перед Ушаковой в третью позицию и сделала ей выговор: «Я удивляюсь, мадам, как это вы поражаетесь тому, что я владею своим родным языком!»
     По иронии судьбы, русский был родным языком офранцуженной Ушаковой, но уж никак не природным языком почти чистокровной немки Екатерины Павловны!..
     Политическое честолюбие и административный зуд не давали Екатерине покоя. Нужно отдать ей должное: она с мужем много сделала для процветания вверенной им территории. Но особую роль сыграла она в истории России, повлияв на изменение внутренней политики своего брата.
     А дело было так. «Любя все русское», Екатерина увлеклась отечественной историей и свела знакомство с Карамзиным. Именно в ее тверском салоне прочел он свои отрывки из «Истории Государства Российского». Именно здесь он познакомился с императором Александром, который подпал под обаяние историка, подкрепленное к тому же напором любимой сестры. Благодаря Екатерине Карамзин стал своим человеком при Дворе и в царской семье. И передал через нее царю свою «Записку о древней и новой России», в которой с позиций дворянского консерватизма резко критиковал реформы Сперанского.
     Александр был сильно разгневан и на историка, и на сестру. Но еще больше он был, вероятно, напуган, слишком помня, чем кончил его отец. «Записку» Карамзина Александр воспринял как скрытый ультиматум дворянства. Он свернул реформы, а Сперанского отправил в ссылку. Был взят курс на «аракчеевщину», – кстати, Новгородская губерния была вотчиной Аракчеева.
     Но началась «гроза 12-го года»… Эта гроза унесла сразу и любовника и мужа: Багратион и Ольденбургский погибли.
     Екатерина осталась вдовой с двумя детьми: старшему сыну было два года, младшему – несколько месяцев…
     Екатерина несколько лет не снимала траур. Правда, злые языки уверяли, что черное платье ей очень к лицу.
     После победы над Наполеоном Екатерина является на Венский конгресс и добивается через брата возведения Ольденбурга из герцогства в великое герцогство, – ведь ее старший сын должен будет со временем стать главой этого «государства»!
     Дети распиханы по родственникам. И Екатерина, в интересном прикиде молодой свободной вдовы, отправляется покорять Европу. Ее всюду чествуют как сестру победителя.
     Наконец, она достигает берегов туманного Альбиона. Но здесь ее ждет нежданный афронт. Старый король Георг Третий давно лишился рассудка. За него правит принц Уэльский (будущий Георг Четвертый) – разбитной малый, любитель танцовщиц и выпивки.

Один из английских принцев. Карикатура

     Почти тотчас обнаруживается совершенное несходство характеров и воспитания. Георг может на полчаса, на час опоздать с визитом и к ней, и к ее брату Александру. Екатерину это страшно бесит. Однажды принц Уэльский опоздал на полтора часа, но к нему вышел придворный и сказал, что его высочество прибыл слишком рано, ее высочество принимает ванну.
     Между тем, один из братьев Георга герцог Кларенс всерьез увлекся русской красавицей. Не ее б предубеждение против хамов англичан – и быть бы ей со временем английской королевой…
     Однако вражда между Екатериной и английским светом была довольно жестокая. Жена нашего посла в Лондоне Дарья Ливен (родная сестра будущего шефа жандармов Бенкендорфа и глава нашей резидентуры в Европе) пишет о сестре своего царя, солидаризуясь с принцем Уэльским: «Она была очень властолюбива и отличалась огромным самомнением. Мне никогда не приходилось встречать женщины, которая бы до такой степени была одержима потребностью двигаться, действовать, играть роль и затмевать других».
     «Потребность двигаться и играть роль» привела к тому, что в Лондоне, походя, Екатерина расстроила наметившийся союз наследника голландского престола с одной из английских принцесс и срочно переориентировала его в пользу своей младшей сестры Анны.
     Двигаясь дальше в матримониальном направлении, Екатерина находит жениха и для себя, – это ее близкий родственник наследник престола Вюртембергского герцогства красавец Вильгельм. Ради любимой сестры Александр присваивает через Венский конгресс Вюртембергу статус королевства. (Тем более, что Вюртемберг – родина Марии Федоровны).
     Итак, пролетев мимо австрийской, французской и английской короны, Екатерина все же становится королевой Вюртембергской (с 1816 года).
     Ее второй брак успешен во всех отношениях. Супруги любят друг друга горячо и искренно. Оба занимаются устройством своего королевства. Удивительно: Екатерина делает так много для процветания Вюртемберга, что жители этой немецкой земли до сих пор чтут ее память! Девиз Екатерины: «Доставлять работу важнее, чем подавать милостыню» – звучит остро актуально и в наши дни!
     Мужу она дарит двух дочерей. Одна из них со временем станет женой графа Нейперга – сына Марии-Луизы и ее второго (после Наполеона) мужа. Как веревочке ни виться, а породниться с Габсбургами (и в какой-то степени с Бонапартом) потомкам Екатерины Вюртембергской все же пришлось…
     В 1818 году столицу ее королевства и свой родной город Штутгарт посещает Мария Федоровна. Она в восторге от успехов Екатерины, от счастья, что царит в их доме, и со слезами умиления покидает их, чтобы продолжить свой вояж ко Дворам своих дочерей. Путь Марии Федоровны лежит в Веймар. И здесь ее настигает страшная весть: вскоре после ее отъезда 9 января 1819 года Екатерина Вюртембергская умирает от скоротечного менингита.
     Ей еще не исполнилось и 32 лет…
     Король Вильгельм все не мог поверить в свою утрату, его буквально силой увели от трупа жены…
     Екатерину похоронили за городом в православной церкви, которая сохранилась до сих пор. Церковь эта связана не только с русской историей, но и с отечественной культурой. Спустя много лет здесь состоялось венчание 58-летнего поэта В. А. Жуковского и 17-летней дочери его друга Елизаветы Рейтерн.
     В 1994 году вся Германия широко отмечала 175-летие со дня рождения Екатерины Вюртембергской. О ней там помнят больше, чем на родине…

Анна Павловна

     Анна – «самая набожная»

     В 1792 году у Марии Федоровны и Павла рождается дочь – Ольга. Впрочем, со свойственной ему непосредственностью Павел удивляется: «Откуда ребенок? Я здесь, кажется, ни при чем…» Никаких наград и торжеств по случаю прибавления царского семейства при Дворе не было. Многие называли автором малютки камер-фурьера Бабкина. В 1795 году рождается последняя дочь Павла (или Бабкина?) – Анна. И снова никаких особых торжеств, тем более, что Ольга в это примерно время и умирает.
     Так что рослые младшие дети Павла Ольга, Анна, Николай и Михаил, – возможно, «бастарды»?..
     Во всяком случае, Анна всегда «в семье своей родной казалась девочкой чужой». Она тихо росла в Павловске и с детства отличалась чрезвычайной религиозностью, что совершенно не было характерно для семейства Павла, а уж тем паче для прожженной вольтерьянки Екатерины Великой.
     Между тем, в 1809 году за нее сватается величайший человек эпохи, – Наполеон Бонапарт. Два года назад ему отказала гордая Екатерина. Но тихая Анна (к тому же совсем девочка)… Да еще и обстоятельства изменились: Наполеон в 1809 году – союзник России, так что нет формального повода отказать ему…
     Однако Мария Федоровна и мысли не допускает отдать свою голубицу в руки «узурпатора». Она всячески тянет время. Стареющий Бонапарт теряет терпение: для укрепления династии ему кровь из носу нужен наследник! И женится на дочери австрийского императора Марии-Луизе.
     Уф, гроза вроде бы пронеслась…
     После победы над Наполеоном Венский конгресс образует большое королевство Нидерландское, в которое входят Голландия и Бельгия (со столицей в Брюсселе). Делается это по наводке англичан, желавших иметь сильного союзника на границе с Францией. Проталкивает проект объединения бельгийцев и голландцев и русский царь Александр: в его семье уже строятся планы выдать Анну за наследника голландского престола принца Оранского. Все эти шкурные маневры имели малый успех: Талейран проницательно заметил, что насильственный союз голландцев и бельгийцев слишком непрочен: их разделяет разная вера, различны и экономические интересы.
     Но в 1816 году Виллем Оранский становится мужем Анны и увозит ее в Брюссель. Впрочем, не сразу: торжества по случаю их бракосочетания продолжались несколько месяцев. По желанию Марии Федоровны, юный подающий надежды стихотворец некий Саша Пушкин пишет по этому случаю стихи. Правда, в них нет ни слова о малозаметной Анне, зато до небес прославляется принц Оранский, раненый в битве при Ватерлоо:

     Его текла младая кровь,
     Над ним сияет язва чести:
     Венчай, венчай его, любовь!
     Достойный был он воин мести.

     За эти стихи Пушкин получает золотые часы, которые, по преданию, разбивает каблуком в угоду своим тогда республиканским взглядам. Но ничего подобного: наградные часы и сейчас преспокойно хранятся в его музее…
     Анна любит своего мужа (да и маменька так велела). Исправно рожает детей. И тихо живет в своем брюссельском дворце аж до 1830 года. Потому что революция 1830 года из Парижа перекидывается в Брюссель, и бельгийцы образуют самостоятельное королевство. Анне с пожитками приходится перебраться в Гаагу.
     Вообще в Голландии ей не очень уютно: и муж, и их дети – совершенно иного склада, веселые бонвиваны. (Наступает эпоха водевилей и оперетт). Они подолгу оставляют Анну одну в Голландии, а сами уезжают веселиться в… щедрую Россию.

Дом Петра I в Заандаме

     Анне остается лишь молиться, заниматься благотворительностью да пестовать домик Петра в Заандаме, где висит изречение ее несостоявшегося жениха Наполеона: «Для истинно великого ничто не является малым!»
     Ей неуютно при голландском Дворе: голландцам она кажется слишком чопорной и скучной. К тому же до 1840 года она все еще только супруга наследника. Так бы продолжалось еще дольше, да разразился скандал: тесть, старый король Виллем Первый, после смерти жены сошелся с одной придворной дамой, бельгийкой и католичкой. Он решил жениться на ней, но бдительные массы восстали: как, их королевой будет бельгийка и католичка?! Не затем мы революцию в XVI веке делали!.. Короче, Виллем отрекается от престола, предпочтя ему любимую женщину, и в 1840 году «досрочно» Анна и ее муж делаются суверенами Голландского королевства.
     1849 год становится особенно горьким для Анны. Внезапно умирает ее супруг, голландская общественность сильно ограничивает права монарха. К тому же Анна обнаруживает, что ее муж поставил семью на грань разорения. Воплем отчаяния звучит ее письмо к брату – русскому царю Николаю Первому (кстати, Анна – его любимая сестра): «Милый брат, дорогой и любезный друг! Только обстоятельства крайней необходимости вынуждают меня нарушить наше общее горе (смерть любимого сына Анны, а затем и ее мужа, – В.Б.) и говорить с тобой о вещах материального свойства…»
     Короче, она просит купить коллекцию голландской живописи, которую всю жизнь собирал ее муж.
     Николай спешит на помощь, а коллекция пополняет собрание Эрмитажа. Теперь в Питере голландская живопись представлена лучше, чем в любом из музеев самой Голландии…
     «Я горжусь, что я русская!» – не раз повторяла она. Одного сына Анна женила на дочери сестры Екатерины, свою же дочь выдала за сына сестры Марии.
     В 1853 году Анна посетила Россию. Прошло 37 лет со дня ее отъезда, и теперь она смотрела на белые ночи, как будто впервые их видела. Николай Первый принял ее очень радушно. Но Анна не задержалась при Дворе и отправилась почти тотчас в Троице-Сергиеву лавру. Она общалась, главным образом, с духовенством.
     В 1855 году пришло великое горе и разразился великий скандал. Умер Николай Первый, а Россия проиграла Крымскую войну. Сын Анны Виллем Третий не нашел ничего лучшего, как послать высшие награды двум врагам: новому русскому царю и кузену Александру Второму в знак восшествия того на престол и Наполеону Третьему в связи с его победой в Крымской войне!..
     Анна Павловна впала в ярость и объявила, что навсегда уезжает в Россию. В Питере приуныли. Такой же, как Виллем Третий, бонвиван Александр Второй вовсе не жаждал иметь при себе сварливую и религиозную тетку…
     Она остановилась в Гатчине, потом переехала в Царское. И все с облегчением признали, что, несмотря на некоторую старомодную чопорность, Анна приветлива и очень воспитана.
     Наконец, сын уговорил ее вернуться в Гаагу.
     В 1865 году, пережив всех детей Павла, Анна скончалась. Ее похоронили не в усыпальнице голландских королей в Дельфте, а в построенной ей православной церкви св. Екатерины в Амстердаме.
     И после смерти она осталась русской и чужой для веселой семьи голландских королей…

Валерий Бондаренко

[версия для печати]
 
  © 2004 – 2015 Educational Orthodox Society «Russia in colors» in Jerusalem
Копирование материалов сайта разрешено только для некоммерческого использования с указанием активной ссылки на конкретную страницу. В остальных случаях необходимо письменное разрешение редакции: ricolor1@gmail.com