Россия в красках
 Россия   Святая Земля   Европа   Русское Зарубежье   История России   Архивы   Журнал   О нас 
  Новости  |  Ссылки  |  Гостевая книга  |  Карта сайта  |     
Главная / История России / Белое движение / Противники большевиков на Украине: повстанцы Н. И. Махно и Добровольческая армия (1919 - 1920 г. г.). Составитель: А. В. Мишина

 
Рекомендуем
Новости сайта:
Дата в истории
Новые материалы
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). «Мы упустили созидание нашей Церкви»
Алла Новикова-Строганова. (Россия).  Отцовский завет Ф.М. Достоевского. (В год 195-летия великого русского православного писателя)
Ксения Кривошеина (Франция).  Шум ленинградского прошлого 
Алла Новикова-Строганова (Россия). Насквозь русский. (К 185-летию Н. С. Лескова)
Юрий Кищук (Россия). Сверхзвуковая скорость
Алла Новикова-Строганова (Россия). «У любви есть слова». (В год 195-летия А.А. Фета)
Екатерина Матвеева (Россия). Наше историческое наследие
Игорь Лукаш (Болгария). Память о святом Федоре Ушакове в Варне

Павел Густерин (Россия). Советский разведчик Карим Хакимов
Олег Озеров (Россия). Гибель «Красного паши»
Павел Густерин (Россия). О заселении сербами Новороссии
Юрий Кищук (Россия). Невидимые люди
Архимандрит Исидор (Минаев) (Россия). «Пути Господни неисповедимы». Стереотипы о Церкви. "Разрушение стереотипов, которые складываются у светских людей о Церкви" (Начало), (продолжение)
Павел Густерин (Россия). Политика Ивана III на Востоке
Алексей Гудков (Россия). Книжных дел мастера XX века
Павел Густерин (Россия). Присутствие РПЦ в арабских странах
Айдын Гударзи-Наджафов (Узбекистан). За бедного князя замолвите слово. (О Великом князе Николае Константиновиче Романове)
   Новая рубрика! 
Электронный журнал "Россия в красках"
Вышел осенний номер № 48 журнала "Россия в красках"
Архив номеров 
Проекты ПНПО "Россия в красках":
Публикация из архивов:
Раритетный сборник стихов из архивов "России в красках". С. Пономарев. Из Палестинских впечатлений 1873-74 гг. 
Славьте Христа добрыми делами!

Рекомендуем:
Иерусалимское отделение Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО)
Россия и Христианский Восток: история, наука, культура



Почтовый ящик интернет-портала "Россия в красках"
Наш сайт о паломничестве на Святую Землю
Православный поклонник на Святой Земле. Святая Земля и паломничество: история и современность
 
ПРОТИВНИКИ БОЛЬШЕВИКОВ НА УКРАИНЕ: ПОВСТАНЦЫ Н. И. МАХНО И ДОБРОВОЛЬЧЕСКАЯ АРМИЯ (1919 - 1920 гг.)

Приведенные ниже документы и газетные статьи, извлеченные из фондов Российского государственного архива социально-политической истории, освещают повстанческое движение на Украине в годы Гражданской войны, антибольшевистские настроения украинского крестьянства и влияние этих настроений на части Красной армии, раскрывают причины, в силу которых разошлись пути большевистского руководства Советской Украины и руководителя повстанцев Н.И. Махно, а также дают представление о факторах побед и поражений Добровольческой армии на Украине летом – осенью 1919 г.

1

ТЕЛЕГРАММА Л.Б. Каменева

10 мая 1919 г., Екатеринослав

Вашу телеграмму моим шифром сейчас получил, все будет сделано. Дорога Екатеринослав, Знаменка, Киев отрезана бандами Григорьева. Мои сведения и сообщения из Киева дают картину полного восстания Григорьева. Из Пятихатки сообщают: семнадцать эшелонов движутся в направлении Екатеринослава, Григорьев, вчера отложивший свидание со мной в Знаменке, сегодня отказывается разговаривать. Он пытается сноситься с Махно. Разведка производится. Сведения проверяются. Возможно преувеличение, после личного свидания с Махно, посещения Гуляй-поле полагаю, Махно не решится сейчас поддерживать Григорьева. Почва для выступления там вполне подготовлена.

Махно не выпускает ни хлеба, ни угля и, вероятно, не будет выпускать, хотя лично мне обещал, все клялся в верности.

Мобилизация рабочих в Екатеринославе, Бахмуте, Мариуполе, Александровске идет полным ходом. Нет денег, нет оружия. Сейчас выезжаю в Киев с твердым решением привести сюда войско и вооружение. Межлауку и командарму-второй даны точные инструкции. От Троцкого еще ничего не получил, видеться нам нужно обязательно. Пусть по приезде запросит Кремль о моем нахождении.

РГАСПИ. Ф.17. Оп. 109. Д. 12. Л. 13.

 2

ОПЕРАТИВНАЯ ТЕЛЕГРАММА членов Реввоенсовета Южного фронта В.М. Гиттиса И А.Л. Колегаева заместителю наркома по военным делам УССР В.И. Межлауку

29 мая 1919 г.

Козлов. 29 мая. На телеграмму без номера об ответе Махно на сообщение, что переименование и переформирование бригады в первую повстанческую дивизию недопустимо - Реввоенсовет южного фронта указывает, что действия и заявления Махно как комбрига 7-й дивизии, самовольно снявшего с себя обязанности комбрига с предоставлением частям вверенной ему бригады (именуемой им дивизией) по своему и желанию переходить в подчинение Южфронту и начдиву 7-й, расходиться или разделиться на самостоятельные отряды является преступлением. Неся ответственность за определенный участок фронта, вторая армия Махно своим заявлением вносит полную дезорганизацию в управление командований и предоставляет частям действовать по усмотрению, что равносильно оставлению фронта. Махно подлежит аресту и суду Ревтрибунала, почему Реввоенсовету второй армии предписывается принять немедля все меры для предупреждения возможности Махно избежать соответствующей кары.

РГАСПИ. Ф. 74. Оп. 2. Д. 69. Л. 2.

3

ТЕЛЕГРАММА
Начальника 1-й повстанческой украинской советской дивизии Н.И. Махно штабУ 14-Й армии, командующему 14-Й армией К.Е. Ворошилову, председателю РВСР Л.Д. Троцкому, председателю СНК УССР Х.Г. Раковскому, В.И. Ленину, Л.Б. Каменеву, Г.Е. Зиновьеву

[Май - начало июня] 1919 г.

В связи с приказом Реввоенсовета Республики за № 1824

мною было послана в Штаб 2-й армии т. СКАЧКО и Предреввоенсовета ТРОЦКОМУ телеграмма, в которой я заявил о сложении с себя полномочий начальника дивизии и просил прислать специальное лицо для приема от меня дел, сейчас я вторично заявляю об этом и считаю обязанным себя дать нижеследующее объяснение своему заявлению: несмотря на то, что неизменно вел ожесточенную борьбу с белогвардейскими бандами Деникина, проповедуя народу лишь любовь к свободе и самодеятельность, несмотря на глубоко товарищеские встречи (прощались со мною) ответственных представителей Советской Республики сначала т. АНТОНОВА и затем т. КАМЕНЕВА и ВОРОШИЛОВА, в последующее время советская официальная пресса, а также и партийная пресса коммунистов-большевиков распространила обо мне ложные сведения, недостойные революционера, тяжелые для меня. Меня выставляют и бандитом, и сообщником Григорьева, и заговорщиком противСоветской Республики, в смысле восстановления капиталистических порядков. Так, в № 51 газеты «В пути» Троцкий в статье под названием «Махновщина. Против кого же восстанут махновские повстанцы?» и на протяжении всей своей статьи доказывает, что махновщина есть, в сущности, новый фронт против советского строя, и ни одного слова не говорит о тяжелом белогвардейском фронте, которым с первых дней восстания крестьян против гнета гетмана, помещиков повстанчество несло и несет неисчислимые жертвы. [В] упомянутом приказе Реввоенсовета Республики за № 1824 я объявляюсь заговорщиком Советской Республики, организатором мятежа на манер Григорьевского. Я считаю неотъемлемым завоеванием революции право рабочих и крестьян созывать самим съезды для обсуждения вопросов как общего, так и частного характера, поэтому объявление свыше таких съездов незаконными я считаю нарушением революционных прав народа, тем не менее, должен заявить, что является фактической неправдой утверждение, что я или мой штаб являются организаторами упомянутого съезда. Я отдаю себе полный отчет в отношении ко мне центральной государственной власти. Я абсолютно убежден в том, что центральная государственная власть считает, что все повстанчество в целом несовместимо с государственным строительством в том его смысле, в каком это строительство проводится современной государственной властью, одновременно с этим центральная власть считает повстанчество связанным со мною и существующие недружелюбие и вражда центральной власти к повстанчеству переносится, главным образом, на меня. Примером этому могут служить многочисленные статьи советской партийной прессы, а также и упомянутая Предреввоенсовета Республики Троцкого, в которой наряду с фактической неправдой выражено слишком много враждебного мне. Отмеченное мною враждебное за последнее время наступательное поведение центральной власти по отношению поборничества по моему глубокому убеждению с роковой неизбежностью ведет к кровавым событиям внутри трудового народа, созданию среди трудящихся особого внутреннего фронта. Обе враждующие стороны, которые будут состоять только из трудящихся революционеров. Я считаю величайшим, никогда не прощаемым преступлением перед трудовым народом и его социальной революцией и считаю обязанным себя сделать все возможное для предотвращения этого зла. Как революционер-анархист я в течение 13 лет боролся за идеалы социальной революции и за эти идеалы борюсь и теперь. Наиболее точным и верным способом для предотвращения надвигающегося преступления я считаю уход мой с занимаемого мною поста. Думаю, что с моим уходом центральная государственная власть перестанет подозревать революционное повстанчество в заговорах против Советской Республики и будет относиться к нему со всей серьезностью как к живому деятельному детищу социальной массовой революции на Украине, а не как к подозрительному <…>, с которым торговались из-за каждого патрона, который часто просто саботировался военным снаряжением и обмундированием, благодаря чему важный во всех отношениях повстанческий фронт нес ненужные и при ином отношении к нему центральной власти легко устранимые [потери] на фронте. Настоятельно прошу освободить меня от занимаемого мною поста начдивизии Первой повстанческой украинской советской дивизии и прислать специалиста для принятия от меня всех отчетов.

РГАСПИ. Ф. 74. Оп.2. Д. 69. Л. 3 - 4об.

4

ПРИКАЗ

Председателя РВСР Л.Д. Троцкого Реввоенсовету 2-й Украинской армии

3 июня 1919 года

1. Первейшей задачей 2-й Украинской армии является разрушение военной организации махновцев, при чем эта задача должна быть разрешена не позже 15 июня.

2. С этой целью при содействии Реввоенсовета 2-й Украинской Армии открывается немедленно широкая агитация против махновщины с целью подготовить общественное мнение армии и рабочих масс к полной ликвидации армии Махно.

3. Выдача денег, боевых припасов и вообще какого бы то ни было военного имущества Штабу Махно немедленно и совершенно прекращается под страхом строжайшей ответственности.

4. В качестве военной силы для ликвидации махновщины и для упрочения крайне правого участка южного фронта в первую голову намечается: Московский 12 полк, кавалерийский полк, Луганский, Бахмутский стрелковый полки, отряд курсантов, бронепоезда, бронеотряды и Московский отряд особого назначения.

5. В район расположения махновцев должны быть немедленно направлены умелые и опытные работники с целью разведки и соответственного воздействия на мнение солдат и крестьянской массы, подвергшейся влиянию махновщины.

6. Ликвидация махновщины должна быть проведена со всей решительностью и твердостью и без проволочек и колебаний.

РГАСПИ. Ф. 74. Оп. 2. Д. 69. Л. 7.

5

ИЗ ТЕЛЕГРАММЫ
командующего 14-й армией К.Е. Ворошилова и члена РВС 14-й армии В.И. Межлаука окрвоенкому Кашкарову в Харьков

7 июня 1919 г.

Торопите высылку трех полков, а также погрузите пехотных курсантов и немедленно отправьте в Александровск, не задерживайте не минуты высылку обмундирования и обуви. Внимательней относитесь ко всем нашим требованиям.

Положение серьезное. Махно со своей бригадой бежит, оставляя оголенным фронт. Гуляй-поле занят противником <…>

РГАСПИ. Ф. 74. Оп. 2. Д. 69. Л. 24.

6

ПРИГОВОР
Чрезвычайного Военно-Революционного Трибунала Донецкого бассейна по делу штаба Н.И. Махно

22 июня 1919 г.

Приговор по делу штаба Батьки Махно

Именем Российской Социалистической Федеративной Советской Республики Чрезвычайный Военно-Революционный Трибунал, рассмотрев июня 17-го дня 1919 года, дело Михалева-Павленко, Бурлыги, Олейника, Коровко, Костяна, Полунина и Добролюбова установил:

I. Так называемый Штаб Махно повинен в дезорганизации Советской власти в Гуляй-Польском районе, то есть как раз в одном из самых важных районов прифронтовой с белыми полосы. Это создало слабое место, быстро нащупанное белыми (что доказывается письмами ген. Шкуро к Махно), по которому при своем наступлении белые ударили прежде всего. Здесь образовался прорыв, ворвавшись через который, белые ударили Красной армии во фланг и в тыл. Во время начавшегося панического отступления махновских отрядов штаб, после взятия белыми Гуляй-Поля, преступно разбежался и притом с такой поспешностью, что всякая связь была утеряна и отдельные ответственные чины штаба не знали, кто куда бежал. Дошло до того, что адъютант Нач. штаба Озерова некий Олейник не знает до сих пор, где находится Озеров.

Постоянная проповедь партизанства, своеволие, выборное начало в армии и т.п. расшатало мощь соседней с махновцами армии и в значительной мере содействовало успеху белых. Таким образом Штаб Махно повинен в том, что поставил возможность белым зайти Красной армии в тыл, что сам позорно и трусливо бежал, потеряв связь с частями и рассеявшись в разные стороны, и в том, что систематически развращал не только свои, но и соседние воинские части. Поэтому все чины Штаба Махно, все пособники деятельности Штаба повинны в содеянии тяжкого преступления, против Рабоче-Крестьянской Революции направленного.

II. 1) Михалев-Павленко, Бурлыга и Олейник входили в состав так называемого Штаба Махно, причем первый, кроме своей должности дивизионного инженера, был заместителем начальника Штаба по оперативной части, а третий был адъютантом начальника Штаба Озерова.

2) Михалев-Павленко был одним из самых главных воротил всей, так называемой, махновщины, а Бурлыга - одним из самых деятельных работников.

3) Коровко командовал особым полком имени батьки Махно.

4) Костян, Полунин и Добролюбов были посланы так называемым Военно-революционным советом Гуляй-Польского района в качестве инструкторов по созыву контрреволюц. районного съезда советов, имевшего целью расширить и усилить разлагающее влияние Штаба Махно. При этом все трое покинули свои воинские части и, вместо того чтобы драться с белыми, поехали созывать означенный съезд.

III. Кроме того, Михалев-Павленко и Бурлыга столь поспешно и беспорядочно бежали из Гуляй-Поля, что потеряли всякую связь со своим штабом и своими частями. Прибыв на ст. Гайчур, они получили приказание командарма собрать и задержать отступающую кавалерию и принять меры к охране ст. Гайчур, а командарм направился дальше на броневике в Гуляй-Поле, они, тем не менее, не только не исполнили его приказа, не только не пытались задержать кавалерию и никаких мер к охране ст. Гайчур не приняли, но и бежали дальше на ст. Чаплино.

IV. В результате подобных действий подсудимых и их соратников, которые еще не сели на скамью подсудимых, вся прославленная Повстанческая армия имени Махно позорно разбежалась, открыв белым фронт, а в соседней армии стало усиленно распространяться махновское разложение.

Считая означенных лиц, а именно: Михалева-Павленко,

Бурлыгу, Олейника, Коровко, Костяна, Полунина и Добролюлова виновными в том, что они активно содействовали разлагающему влиянию так называемого Штаба Махно, участвовали в разрушении южного участка фронта против белых и оказывали громадную помощь наступлению белогвардейцев, а Михалева-Павленко и Бурлыгу, кроме того, в том, что они и лично дезертировали, Чрезвычайный Военно-Революционный Трибунал Донецкого бассейна, приняв во внимание тяжелое положение Донецкого района южного фронта, при котором каждое дезорганизующее действие является прямой изменой Рабоче-Крестьянской Революции независимо от мотивов, побудивших это действие совершить,

ПОСТАНОВИЛ: означенных Михалева-Павленко, Бурлыгу, Олейника, Коровко, Костяна, Полунина и Добролюбова расстрелять.

 Подписали:

 Председатель Трибунала
Г. Пятаков

 Члены:
С. Буздалин
Рафаил

РГАСПИ. Ф. 71. Оп. 34. Д. 1037. Л. 1 - 3.

7

ИЗ ПИСЬМА
наркома госконтроля УССР А.А. Иоффе секретарю ЦК РКП(б) и наркому финансов Н.Н. Крестинскому

15 июля 1919 г., Киев

<…> Второй большой вопрос это земельный. От разрешения этого вопроса зависит здесь многое. Здесь засеянной земли на

Советских хозяйствах только около 500 000 десятин. Урожай

небывалый и нужно считать, что одни Советские хозяйства могут

дать не менее 40 - 50 миллионов пудов зерна. Но нужно считаться также и с тем, что кулак, которого такое наше обогащение невероятно ослабляет, будет всячески препятствовать снятию нами этого урожая: усилятся не только кулацкие бунты, но пойдут поджоги, потрава и т.д., ибо кулак, который до сих пор нас бьет, отлично понимает, что, раз мы будем иметь у себя этот урожай, мы его побьем.

Нужно прямо признать, что украинское правительство, увлекшееся в направлении своего империализма, преступно бездействовало в смысле укрепления власти на Украине. Подобно тому, как ничего планомерного не было создано в военном деле, ничего планомерного не создано и в земельном вопросе. В деревне не на кого опереться и наоборот грабительски-партизанские армии, хотя и переименованные в дивизии, продолжают создавать своими грабежами контрреволюционное настроение в деревне <…>

Необходимо кулацкими восстаниями воспользоваться для того, чтобы внести дифференциацию в деревню. Здесь склонны социально обобщать крестьянство и применять или пытаться применять к нему только силу. Я полагаю, что это было бы ошибкой. Нужно в спешном порядке отделить от кулаков середняка и бедняка, отделить в смысле разного нашего к ним отношения и, таким образом, попытаться теперь же внести разлад в психологически, быть может, однородную, но социально-экономически, несомненно, разнородную крестьянскую среду.

Мещеряков - прекрасный работник и отнюдь не самостийник, но в смысле проведения особой земельной политики он ни чего не сделал. Я в третий раз пишу, что его необходимо подкрепить. Вообще же, конечно, нужно здешний Наркомзем приблизить к Центру в смысле общего руководства его политикой. <…>

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 84. Д. 12. Л. 9 - 12об.

8

ИЗ ПИСЬМА
председателя СНК УССР Х.Г. Раковского В.И. Ленину

Август 1919 г., Киев

<…> Я Вам не раз писал, что наш Наркомпрод не выполнил своей задачи на Украине. Он хвастает, что заготовил 7.000.000 пудов хлеба. Не говоря уже о том, что это количество увеличено и что в сравнении с нуждами армии и городского населения незначительно, тем паче, что из него 1.000.000 было отправлено на север, но оно в большей части представляет не хлеб, заготовленный у крестьян, а хлеб, взятый в помещичьих экономиях.

Население снабжалось хлебом по вольным ценам, которые в Киеве дошли до 50 рублей за фунт черного хлеба. В Одессе, окруженной восстанием немецких колонистов, с которой мы теперь сносимся только по радио, хлеба совсем нет. Несколько дней рабочие и армия кормятся овощами.

Особенно тяжело отражается неудовлетворенность нашего Нарпрода на армии, которая для того чтобы существовать, грабит крестьян и питает этим кулацкие восстания. Не буду пускаться в подробности о причинах неудовлетворительности нашего продовольственного аппарата <…>

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 84. Д. 12. Л. 13 - 17.

9

ИЗ ПИСЬМА
наркома госконтроля УССР А.А. Иоффе в Секретариат РКП(б)

 13 августа 1919 г.

<…> О военном положении писать не приходится: Вы его знаете лучше, нежели я, но мне все же хотелось бы указать, что, по моему мнению, дело не так уж безнадежно, как это кажется. Беда, конечно, что здесь мало энергичных и не теряющихся работников. А больше философов, уже рассуждающих на тему о том, что Украине оккупация Деникина окажется полезной, ибо, почувствовав на своей спине пяту Деникина, украинский мужик опять придет к нам; с этой философией приходится сильно бороться, ибо она проникла даже в средние партийные круги, поэтому чем больше здесь энергичных и не панических людей, тем лучше <…>

Каковы ошибки украинского правительства?

1) То, что, имея пролетарскую опору на Украине только в Харьковско-Екатеринославском округе, оно, переехав в Киев и мало обращая внимания на этот район, не создало себе этой самой пролетарской опоры.

2) То, что, имея крестьянско-партизанскую армию и не создав военной пролетарской силы, оно не могло в то время, когда это было еще не поздно, раздавить или, по крайней мере,терроризировать кулака, и

3) То, что, увлекшись тем, что я называл советским империализмом, то есть, устремившись на Галицию и Румынию, оно упустило Деникина и дало ему возможность окрепнуть исорганизоваться.

Когда я приехал на Украину, первые две ставки были проиграны; правительство уже было оторвано от Харькова.

Екатеринослава и Донецкого пролетарского района, пролетариатбыло гораздо труднее расшевелить, нежели это можно было сделать сначала. Тем не менее эта попытка была сделана, и если нам в общем рабочая мобилизация дала свыше 30 000 человек, то нельзя сказать, что эта работа была бесплодна.

Хуже обстояло дело в отношении кулака. Он уже отошел от нас, он уже бунтовал, он уже организовался, когда я приехал на Украину. Разбить его, опираясь на Украинскую партизанскую армию, было совершенно невозможно. Необходимы были русские части, которые одни только могли бы его терроризировать. Если бы вы тогда прислали хоть два хороших полка, игру, быть может, можно было еще выиграть. Но так их и не послали, несмотря на неоднократные просьбы. Далее, необходимо было и необходимо теперь помимо кровавой встряски кулаку, работать в интересах классового расслоения Украинской деревни. Это не делалось и не делается. Я боролся за принятие этой точки зрения. Если бы я имел здесь те же права, что в Вильне и Минске, то есть был бы членом ЦК с правом вето, я просто предписал бы принятие этой политики. Но я здесь этих прав не имею; и в здешнем ЦК решающего у меня нет, а в президиуме Совобороны я один из шести. В Политбюро ЦК я неоднократно по этому вопросу оставался в единственном числе, пленум ЦК, правда, признавал необходимость классового расслоения деревни и предписал даже пресловутую круговую поруку проводить, имея это в виду, но теперь, когда вся Украина горит, это довольно мудрено <…>

<…> Перспективы мне представляются вовсе не стольпессимистичными, как другим. Силы Деникина вовсе не так велики, и дезорганизация начинается у него в дальнем тылу, то есть на родине, так сказать, и продолжается в ближнем тылу, то есть на Украине. Бьет он нас, главным образом, нашей же дезорганизованностью. Значит, нам больше всего нужно стремиться к созданию прочной военной организации, это мы и делаем. Что касается внутренних фронтов, то тут надо признать, что Петлюра и кулак - единая суть, но что, с другой стороны, и тот, и другой не хотят Деникина, ибо он отберет землю, это же приближает к нам и все украинские самостийные партии. Конечно, нам надо по возможности бить кулака, но, принимая во внимание вышеизложенное соображение, я полагаю, что в самом подавлении внутреннего фронта надо вести очень осторожную и тонкую политику. Поэтому с земельной политикой здешней я не согласен и, прежде всего, считаю неудачным назначение Ворошилова. Но я ничего не могу сделать, ибо решаю ведь не я, во всяком случае, не один я.

Если взять общее наше положение, то, по моему мнению, если вы не увлечетесь на востоке и не будете идти на Сибирь, то есть не повторите здешней ошибки (ибо вперед можно сказать, что и в Сибири поднимется кулак, как только мы туда придем, поэтому лучше туда и не идти, а предоставить ее собственным революционным силам, быть может, только выкачивая оттуда хлеб), и пришлите сюда серьезное подкрепление из русских частей, то оборону Украины, может быть, можно будет дотянуть до тех пор, пока вы сможете перейти в наступление на Деникина.

Повторяю, что за исключением ошибочной политики или вернее отсутствия политики в отношении крестьян, по-моему, теперь здесь (хотя и поздно) делают все, что необходимо, только что если больной умрет, право, неразумно будет винить врача <…>

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 65. Д. 76. Л. 149 - 152об.

10

ОБЪЯСНЕНИЯ

БЫВШИХ командующего 14-й армией К.Е. Ворошилова и члена Реввоенсовета 14-й армии В.И. Межлаука

Середина августа 1919 г.

Неумело и неудачно задуманная операция Южфронта для ликвидации Деникина, совершенно игнорировавшая фланговый удар, нанесенный Деникиным 10-й армии со стороны Маныча, откуда им были введены в бой освободившиеся на Кавказе силы, и совершенно не использовавшая возможности широкого флангового наступления со стороны Украины, чем использовалась бы возможность предотвратить невероятные трудности похода через Донецкую степь и трудно проходимые преграды Северного Донца и Дона, повлекла за собой в конечном результате полный разгром 10-й армии и дала возможность противнику легким нажимом сломать гнилую плотину, стоявшую на правом фланге Южфронта.

Еще в мае товарищем Троцким было обращено внимание на невероятное хаотическое состояние 2-й Укрармии и нам дано было поручение приложить все силы для приведения ее в порядок.

После прорыва Шкуро, уничтожившего совершенно Махно, как вооруженную силу, и катастрофического отказа всех армий, топтавшихся в Донбассе, нам было передано назначение от имени Реввоенсовета Республики для принятия командования 2-й Укрармией, переименовавшейся в 14-ю.

 Прекрасно зная, что армия находилась в состоянии полного развала, тов. Троцкий одновременно дал нам чрезвычайно тяжелые задания и обещания приложить со своей стороны все силы для содействия нам в выполнении этих заданий. Товарищ Троцкий правильно считал, что прежде чем реорганизовать 14-ю армию, необходимо ликвидировать совершенно Махно и махновщину, и затем энергично взяться за постройку совершенно новой военной силы <…>

Для ликвидации махновщины товарищем Троцким предложено было открыть немедленно агитацию против махновщины и организовать военную силу, прекратив одновременно снабжение Махно деньгами, боевыми припасами и прочим военным имуществом.

В целях создания армии товарищ Троцкий предназначил нам несколько частей и кадры, с помощью которых мы должны были создать новые регулярные части и реорганизовать наличный людской материал в запасной бригаде.

Для осуществления этих заданий товарищем Троцким были переданы в наше распоряжение следующие части:

1. Донецкая бригада в составе Луганского, Бахмутского и 34-го полка 4-й дивизии,

2. Особый отряд при Реввоенсовете Республики под командой Садовникова,

3. Московский особый 12-й полк,

4. Полк червонного казачества,

5. Кавполк особого назначения при Совнаркоме,

6. Особый кавполк при ВЧК.

Помимо этого, в наше распоряжение передавалась особая Башкирская бригада, которая должна была доформироваться в ближайшее время в Харькове.

Крымская армия подчинялась целиком нашему командованию. Для выполнения этих обещаний и улучшения снабжения армии, товарищем Троцким были даны надлежащие приказания Харьковскому округу и украинскому наркомвоену.

Вместе с тем товарищу Склянскому была послана телеграмма, в которой товарищ Троцкий приказал срочно направить в Харьков отряд Садовникова, ответственных политработников, опытных работников Особотдела, несколько коммунистических рот, хорошие кадры запбатальона, 3 000 человек пополнения, 100 человек командного состава ответственных стажей, 40 пулеметов, 3 000 винтовок и 3 000 000 патронов с указанием, что все это необходимо доставить в кратчайший срок.

Из числа этих средств, обещанных товарищам Троцким, в армию прибыли следующие части и в таком состоянии: Особый отряд Садовникова отправился из Москвы 7-го июня, по отзыву т. Склянского внешне хорош, но мало сколочен и пополнен лишь за пять дней до отправки; опытные работники Особотдела не прибыли, из коммунистических рот явилась одна, кадр запбатальона прибыл в хорошем состоянии, пополнение стало прибывать лишь в конце июня, командного состава с ответственным стажем не было, затребованные пулеметы, винтовки и патроны были задержаны в Харькове распоряжением Совобороны и в армию попало 6 пулеметов, 1 000 винтовок и 1 700 000 патронов.

Основные части, предназначенные для сформирования армии, прибыли в следующем виде. 3-й Луганский полк насчитывал к моменту отправления по смотровому списку 27: 1 376 красноармейцев строевых, из которых на лицо состояло 998, лошадей всего 13, командного состава 70. Состав полка из рабочих был удовлетворительный, 2-й Бахмутский полк насчитывал по списку 1 035 человек, из которых на лицо было 735, хозяйственная часть оборудована слабо. 34-й стрелковый полк насчитывал на осмотре 4 июня 1 369 стрелков к моменту отправки полка насчитывал 2 200, на фронт прибыло 800 штыков. Полк составлялся из григорьевцев и дезертиров. 12-й Московский особый полк прибыл в составе около 400 штыков, сильно потрепанный в боях с григорьевцами. Полк червонного казачества прибыл в составе около 777 сабель с хорошим вооружением и хозяйственной частью. Полк особого назначения при правительстве насчитывал всего около 300 сабель, а особый кавполк при ВУЧК совсем не прибыл. Башкирская бригада была втянута в бой распоряжением Харьковского Совобороны и вошла в состав армии лишь в середине июля.

Артиллерийское снабжение, несмотря на указанные выше обещания товарища Троцкого, продолжало находиться в отчаянном состоянии. Помимо задержки первоначально обещанной отправки артприпасов, приведенные выше патроны и винтовки задерживались и далее. Снабжение вещевое и продовольственное находилось в таком же положении. Органы, которым было поручено снабжение армии, работали недостаточно интенсивно, по отзывам самого товарища Троцкого.

Обещанные политработники из Москвы не прибыли, но взамен их были присланы мало пригодные украинские.

Между тем, состояние 2-й Укрармии к моменту принятия ее нами было чрезвычайно плачевно. Армия находилась в хаотическом состоянии. Управление армией и ее штаб стояли далеко не на должной высоте. Начальником Штаба являлся некто Карташев, который менее всего способен был ведать Штабом, по указаниям самого Скачко, бывшего командующего 2-й Укрармией, тот никогда не вмешивался в оперативные распоряжения, не будучи специалистом в этом отношении.

Начальник оперативного отдела Ягода, вместе со всеми другими начальниками отделений штаба, перешедший в последствии к белым, представлял собой вялого и бестолкового человека, не справлявшегося с задачами, несмотря на свою принадлежность генштабу. Его оперативные распоряжения свидетельствуют о полной неосведомленности об окружающей обстановке и неумении учитывать ни свои, ни противника силы.

Мы уже не говорим о самом Командарме Скачко, расслабленном и больном человеке, приютившем у себя в Штабе целое гнездо бездельников и дармоедов. Не знавшем, что творится на фронте и охотно вступавшем с соглашения с самыми отвратительными батьками и партизанами от Максюты, известного григорьевца, убитого в Екатеринославе, до Махно включительно.

Это управление армии привело в кратчайший срок к тому, что положение на фронте к моменту его принятия нами было совершенно безнадежным и продвижение противника не происходило только потому, что он стремился развить неожиданный для него громадный успех на севере.

Управления участками в армии Скачко совершенно не было.

Крымская армия не подчинялась ему ни в какой мере и сидела со всеми своими резервами, работая на узеньком фронте Керченского перешейка, армия Махно на участке, которым командовал он сам, представляла собой шайки разрозненных бандитов, разбегавшихся по домам. Штабы бригад махновской дивизии сами не считали себя ответственными более за происходящее и сидели в разных местах, уходя при первом приближении противника, чему был положен конец только с момента принятия нами командования и ареста большей части махновских руководителей.

Так обстояло дело на южном и центральном участках армии, на северном же Гришинском участке управление было передано товарищу Чикваная, бывшему выборному командиру одной из армий Югозапфронта, после переворота впоследствии командовавшему 3-й армией товарища Антонова и начальнику 7-й Укрдивизии в армии Скачко. Чикваная - военный специалист, бывший, кажется, капитан; его помощниками были бывший полковник Наумов и красный генштаб Трифонов. Все эти три лица оказались совершенно не способными к выполнению возложенных на них обязанностей, и двое из них были переданы суду, а Трифонов, вследствие своей общей неопытности в военных делах и личной слабости не бывший в состоянии управиться с порученным ему делом, был освобожден от суда, как не соответствовавший заранее своему назначению. Таково было управление участками.

Оперативная обстановка к этому времени была чрезвычайно тяжела и заключалась в следующем: Северный участок между линиями Лозовая - Славянск и Синельниково - Гришино занимался партизанским отрядом Соловьева, стоявшего в Петропавловске, и группой Чикваная, стоявшего в Чаплине. В распоряжении Чикваная находилось около 200 человек Севастопольского полка, морально совершенно разложенного и физически на 90 % больного <…>, кавалерийский Вознесенский полк, разоруженный вследствие своей полной непригодности, 13-й Вознесенский пехполк, пытавшийся перейти к Махно, но не принятый этим последним, и еще несколько отрядиков. Дальше линия занималась бежавшими махновцами, образовавшими громадные прорывы фронта до Азовского моря и узенькая полоска Керченского перешейка была занята войсками Дыбенко.

Наиболее грустную картину представляло собой снабжение 2-й Укрармии <…> Громадный аппарат бездельников снабжения был обеспечен 4 600 русскими патронами, несколькими изломанными винтовками, парой телефонных аппаратов без элементов и ничтожным запасом теплого и летнего обмундирования. Цифры ведомостей говорят лучше всякого описания.

Формирование армии сводилось к формированию одной бригады Покуса, которая должна была представлять собой 3-ю бригаду 7-й дивизии Чикваная.

Таково было положение 2-й Укрармии к моменту, когда РЕВВОЕНСОВЕТ РЕСПУБЛИКИ НАШЕЛ НУЖНЫМ ПОРУЧИТЬ нам восстановление этой армии.

Немедленно по вступлении в должность нами были приняты меры в первую очередь к организации управления армией.

Во главе управления стал Реввоенсовет, сразу же строго распределивший между собой свои функции. Формирование и наблюдение за политработой было поручено члену Реввоенсовету товарищу Нацаренусу, а оперативная сторона и полевая реорганизация армии были приняты нами на себя. Товарищ Нацаренус высказал намерение заняться также и реорганизацией Штаба, в чем ему с нашей стороны было оказано всякое содействие.

Во главе Штаба был поставлен рекомендательный военный специалист Харьковского окрвоенкома, сочувствующий коммунист генштаба Шкляр-Алексюк. Ему были приданы энергичные и деятельные политкомы товарищи Повзнер и Зверев, и несколько военных специалистов из Харькоокрвоенкома, как то: начальник административного управления Андреев и другие. Вскоре же выяснилось, что из Генштаба Шкляр не соответствует своему назначению благодаря неразвитости, военному невежеству и полному неумению разбираться в обстановке.

Был направлен ряд телеграмм Командюж (Командующий Южным фронтом. – Сост.) Гиттису, копия Предреввоенсовет Троцкому, обещавшему ранее на словах свое содействие, с просьбой заменить Шкляра, выслав какого-либо руководителя, но никакого ответа получено не было, равно как и на заключенную в той же телеграмме просьбу дать нового начальника Оперода (Оперативный отдел. – Сост.). Реввоенсовет тем не менее сменил в

Екатеринославе Шкляра, назначив Генштаба Монигетти, а затем, ввиду его неблагонадежности в политическом отношении, сменив его, назначил бывшего офицера товарища Мармузова, который оказался хорошим организатором, вполне самостоятельным и знающим, и лишь тогда, через полтора месяца, прибыл новый Начштаба Генштаба Сапожников, уже без всякой надобности сменивший Мармузова.

Немедленно же было приступлено к улучшению участкового командования. В этом деле громадным препятствием явилось отсутствие резерва комсостава, который как ранее указано, был обещан к высылке товарищами Троцким и Склянским, но так и не прибыл, несмотря на посылавшиеся телеграммы.

Тем не менее были приняты меры для того, чтобы перевоспитать тот комсостав, который имелся в нашем распоряжении, и получить новый, откуда только было возможно. Был издан ряд инструктирующих приказов. Нами лично проводилась инспекция и инструктирование на местах, вызывались командиры.

Армия значительно расширилась благодаря предоставлению ей новой территории, и приходилось постоянно придумывать способы привлечь новых начальников, в особенности ввиду того, что, благодаря партизанскому характеру, у частей начальники постоянно выбывали из строя и нуждались в замене.

На центральном участке был сменен немедленно бывший комбриг Махно, взамен которого был направлен Начбоевуч товарищ Круссер, а после его смерти товарищ Диченко. На северном участке были заменены Митрофанов и Бобырев Начдивом Родионовым, партийным товарищем, военным специалистом, прошедшим французскую школу партизанской борьбы.

Однако несмотря на все это, благодаря выше указанным причинам, комсостава оказывалось недостаточно, и приходилось постоянным личным пребыванием на фронте восполнять этот недочет снабжения армии, при чем, для сохранения планомерного управления, от товарища Троцкого было получено разрешение назначить Заместителем Командарма товарища Мацилецкого.

Одновременно с этим были приняты все меры для установления постоянной связи с Южфронтом, который, однако, очень мало давал знать о своем существовании даже при наличности связи. За короткий промежуток времени было сменено три начальника связи, и Козлов не удавалось находить даже тогда, когда захват линии Лозовая - Синельниково сделал невозможной прямую связь.

Одновременно с восстановлением управления нами были приняты меры к тому, чтобы создать более или менее устойчивую плотину для защиты от направлений белых в западном направлении. Категорические приказания Южфронта В смысле: командующего Южным фронтом. – Сост.) требовали от нас развития наступательных действий в Славгородском направлении и активной обороны в других участках фронта, что требовало сосредоточении там всех наличных сил, которыми располагала армии и, более того, заставляло предполагать, что, согласно обещания Главкома, нам будет переброшена 3-я дивизия с запфронта и требовать присылки регулярных частей для того, чтобы выполнять одновременно поставленную перед нами задачу удержания фронта и полной реорганизации и создания новой армии <…>

Но никакие резервы присланы не были, несколько неудачных сражений было проиграно благодаря неумелости комсостава и отсутствию патронов (смотри особый доклад) и армия оказалась вынужденной отступать и втягивать в бой новые части.

Тем не менее все меры к формированию свежих сил и переформированию старых были приняты. Так, с фронта, как видно из подлежащих документов, были направлены в тыл 6-й Севастопольский и 51-й Одесский полки, вся белорусская бригада, бригада Дмитриева и целый ряд других укрчастей. В то же время запбатальон с его кадрами оттягивался по мере возможности в тыл, что дало возможность получить в критический момент, наступивший в конце июня, нетронутую сводную стрелковую дивизию численностью около 14 000 штыков и Башкирскую бригаду силой в 2 тысячи бойцов. Крымская армия была переформирована в Крымскую дивизию и переведена в такое состояние, при котором управление ею сделалось достижимым.

В отношении снабжения нами были приняты меры: целый ряд телеграмм был направлен во все подлежащие органы <…>

 Доклад о снабжении патронами прилагается особо, поэтому здесь нужно только сказать, что обещанная товарищем Троцким присылка винтовок и патронов началась только тогда, когда управление армией было уже нами сдано. Количество телеграмм, направленных по этому поводу, не поддается учету, так как при обозрении приложенных при сем документов легко будет убедиться, что почти в каждой телеграмме, каждом отношении поднимается один и тот же вопрос об артиллерийском и интендантском снабжении. Передача дела снабжения Члену Реввоенсовета 14-й товарищу Кизильштейну не внесла никакого улучшения, так как он не был в состоянии ни наметить новых лиц для управления, не предпринять какие либо решительные шаги.

Политработа в значительной мере улучшилась, потому что нами все внимание было обращено на эту сторону вопроса. Назначенный, было, член ЦК КПУ Харечко был немедленно смещен, ввиду непонимания громадной важности задач, ему поставленных.

Майзель, занявший его место, был смещен также, и работа перешла в руки старого партийного работника товарища Бубнова, на которого и была возложена, согласно письму товарища Троцкого <…> забота о политработе в армии.

Что касается оперативного управления, то, повторяем, здесь были приняты самые героические меры для того, чтобы в той или иной мере предотвратить надвигавшуюся чрезвычайно быстро и разразившуюся в настоящий момент военную катастрофу <…> 

Благодаря негодному комсоставу пришлось разрабатывать оперативный приказ и, дав точные указания, которыми должен был в дальнейшем руководиться начальник штаба, отправляться на фронт для того, чтобы на месте инструктировать начальников, требовать безапелляционного выполнения боевых приказов и останавливать паническое отступление плохо связанных частей, потерявших управление. Не было такой меры, которая не была бы принята нами в этом направлении. Расстрелы комсостава за невыполнение боевых приказаний, установление точной связи, рассылка разведки, постоянная и точная проверка выполнения отдаваемых приказаний - все это является теми мерами, при помощи которых можно пересоздавать на самой линии фронта еще не сложившуюся, плохо управляемую Укрармию.

Было бы лишним пространно говорить о ликвидации махновщины, этой первой задаче, поставленной перед нами Реввоенсоветом Республики. Еще до заявления им о желании сложить с себя полномочия, нами предписано было сдать командование бригадой товарищу Круссеру, были арестованы главари махновского Штаба, а сам Махно успел скрыться.

Таковы были меры, которые принимались нами для улучшения общего положения, реорганизации и переформирования армии и ликвидации махновских веяний <…>

Тем не менее, все эти меры не могли спасти армии от той Катастрофы, которая не замедлила разразиться. Причины, вызвавшие быстрый отход армии и потерю ряда важных железнодорожных центров, могут быть формулированы следующим образом. Во-первых, состояние частей, которые в строевом отношении, несмотря на переработку их в запасных частях под руководством отдела формировании армии, не могли быть достаточно спаяны за тот короткий промежуток времени, после которого их приходилось вводить в бой. Пополнение прибывало почти исключительно из Украины и прибытие российских маршевых рот началось только после потери нами главнейших стратегических узлов. Это явление без конца отмечалось в наших телеграммах, рапортах и заявлениях, что не повлекло за собой, однако, принятия мер со стороны высшего командования, и естественным результатом явилось постоянное уничтожение боевых сил армии, сложившихся тут же на поле.

Если строевое состояние частей было неудовлетворительным, то, что же говорить о политической работе, производившейся нередко в Вознесенском кавполку при помощи выборного командования и выборных политработников? <…> Даже лучшие из присылавшихся частей оказывались весьма неважными по своему качеству. Отряд Садовникова, на который возлагались громадные надежды как основу формирования, самовольно ушел с фронта и бежал сначала в Павлоград, затем в Новомосковск и далее по направлению к Екатеринославу. Вознесенский кавполк бежал от горсточки противника, произвел нападение на Штаб и был разоружен. Таких примеров можно было привести много, они являются совершенно излишними, лишь подтверждая приведенные выше соображения, что то состояние частей, в котором находились и должны были оставаться, неминуемо влекло за собой поражение на фронте.

Указанные уже выше отсутствие комсостава, неприспособленность политработников не давала возможности тут же на месте перестроить части, отвести же их в тыл мешали оперативные задачи, даваемые Южфронтом.

Второй причиной явилось никуда не годное состояние снабжения и интендантского и артиллерийского. Российские аппараты работали с чрезвычайной медлительностью, выполняя те задания, которые были поставлены им товарищем Троцким. Вещевое снабжение вовсе не налаживалось, и армейский склады ничем не пополнялись. То незначительное количество, которое было привезено с собой товарищем Нацаренусом, было с чрезвычайной экономностью, как можно видеть из доклада Начснаба, израсходовано на организацию лучших боевых частей и маршевых рот, а нового запаса, которым можно было бы обмундировать многочисленные полки Крымской дивизии, стоявшей в это время на фронте, и других частей, утеря предметов снабжения которых никем не восполнялась, взять было неоткуда. Назначение товарища Кизельштейна сыграло в этом отношении самую жалкую роль. Все дело снабжения армии, согласно письму товарища Троцкого, было передано только члену Реввоенсовета, который не принял решительно никаких мер ни к организации снабжения в отдельных воинских единицах, ни к заготовке пополнения для общеармейских складов. Те недостатки товарища Дышлового, которые были отмечены товарищем Троцким, и против которых Реввоенсоветом принимались решительные и энергичные меры, были признаны товарищем Кизельштейном неизбежным злом, и партизанские хищения чужих грузов продолжались наряду с неумением повысить хотя бы немного производительность обширных Кременчугских Воензагов.

Полное отсутствие плана снабжения, которое служило предметом чрезвычайного беспокойства, продолжало быть в наличности и после прибытия товарища Кизельштейна, по самому своему характеру и природным данным неспособного энергичной и резкой рукой внести новую струю в общий поток Украинского неустройства и расхлябанности.

О роли, которую сыграл недостаток артснабжения, и в частности патронов, нами составлен особый доклад, при прилагаемый, но здесь мы считаем необходимым еще раз подчеркнуть, что отсутствие патронов не только привело к фактическому уничтожению отдельных полков, выполнявших задачу прикрытия нашего отхода, но и создавало атмосферу неуверенности начальников и в особенности солдат в завтрашнем дне, когда каждый красноармеец, вступая в бой с незначительным и точно рассчитанным числом патронов, знал заранее, что по их исчерпании его ожидает неминуемая гибель. Отсутствие патронов из реального фактора стало лозунгом, которым прикрывались шкурники и которым вносилось смятение в ряды верных своему долгу солдат.

Говоря о снабжении разного рода довольствием, конечно, придется еще раз подчеркнуть те недочеты, которые возникали из-за недостатка снабжения людским пополнением и комсоставом.

Дело формирования, ставшее на ноги благодаря исключительной энергии товарища Шкутя, заведовавшего формированием, что было признано и членом Реввоенсовета товарищем Нацаренусом, которому было поручено целиком формирование частей.

Российское пополнение, которое вопреки обещания товарища Троцкого начало приходить с большим опозданием, развернулось полностью в конце июля, комсостав также начал прибывать лишь почти ПОЛТОРА месяца спустя после принятия нами армии. Самое дело формирования чрезвычайно затруднялось отсутствием подходящего района, в котором оно могло бы быть производимо.

Первоначальная разграничительная линия оставляла нас целиком на левом берегу Днепра и мы, переведя свои формирования в Александрию, вторглись уже в полосу, принадлежавшую чужой армии. Размещение войск в районе Ромода - Миргород - Лубны, которое могло состояться лишь по переходе штаба в Кременчуг, только одно позволило прибегнуть к полному улучшению формирования. Конечно, сыграло большую роль и то, что член Реввоенсовета товарищ Нацаренус, которому целиком было поручено дело формирования, оказался совершенно непригодным к той органической, а не кабинетной работе, с которой связывается всякая деятельность в пределах Украины, совершенно не успевшей принять государственные советские формы. Товарищ Нацаренус лишь дважды посетил расположение формирования, в остальное время, то чувствуя себя нездоровым, то занимаясь какими-то другими делами. Мы со своей стороны, как было уже выше указано, приняли все меры к тому, чтобы провести железной рукой поставленные нам директивы пересоздания партизанской армии и переформирования ее на иной лад.

Достаточно проглядеть дела армейского трибунала, чтобы ознакомиться с теми командирами и солдатами, которые были расстреляны за этот короткий промежуток времени. Комсостав Вознесенского кавполка, махновский комсостав были целиком расстреляны за непонимание своих обязанностей. Были сформированы особые карательные отряды, во главе которых стал товарищ Алешкин, впоследствии сам расстрелянный за попытку уклониться от твердой линии искоренения партизанщины.

Нами были приняты все нужные меры, но общая разваленность Укрсоввласти, являющаяся последствием непомерно быстрого захвата громадной территории, происшедшая благодаря тому, что вопреки воле громадного большинства ЦК РКА Украины завоевывалась при помощи бандитов и партизанов, не дала возможности этим мерам своевременно принести нужные результаты.

Громадную роль в уничтожении армии сыграла и общая разлаженность командования, которая наблюдалась и наблюдается поныне в российских армиях. Нет никакого сомнения, что командование Южфронта совершенно не представляло себе, а может быть не представляет и поныне, никакого реального плана борьбы с силами деникинцев. Когда, казалось бы, совершенно необходимо оттянуть для пополнения тех заданий по формированию, какие были поставлены 14-й армии товарищем Троцким, эту армию на наиболее удобные позиции по реке Днепру и далее по направлению к северу, где эта армия могла бы, сосредоточившись и закрепившись, начать свое переформирование и планомерное пополнение, вместо того чтобы дать определенные указания в этом направлении или совершенно отменить задачи, поставленные нам товарищем Троцким, Южфронт приказывает во что бы то ни стало наступать на Славянск, производить разного рода демонстрации и наступательные действия, которые, несомненно, сопровождаются такими потерями живой силы, которые должны были вызвать за собой неминуемую гибель предполагавшихся к развертыванию кадров.

В этом заключается основная причина неудач 14-й армии.

Политика стратегического штопанья прорех, производимых противником, полная потеря инициативы и растерянность, сквозящая в распоряжениях Южфронта июньского периода, немало прибавили шансов для разразившейся теперь катастрофы, под которой падает вся Украина.

Бегство и полное внезапное разложение 13-й, 8-й т 9-й армий, против которого нами своевременно были предложены меры в виде объединения командования из 3-х армий на Укртерритории, что дало бы возможность остановить их и начать вливать немедленно новые силы, были встречены с насмешками, как желание возродить главковерхов на пустом месте (по выражению товарища Троцкого) и воссоздать Украинский фронт с митингованием (по мнению товарища Ленина).

Эта растерянность вскоре, благодаря категорическому тону наших требований, перешедшая в явное к нам недоверие, обусловила собой величайшую из нелепостей, которые когда-либо видела военная история, а именно передачу руководства 14-й армией в оперативном отношении 12-й армии. Тот, кто теперь, в половине августа, имел дело с 12-й армией, знает, что это за учреждение, по свидетельству товарища Бубнова, несравненно во много сот раз худшее, чем штаб 14-й армии. Штаб 12-й армии совершенно незнаком не только с операциями и частями 14-й армии, невзирая на донесения, которые ему правильно посылались, но совершенно не знает даже своих собственных частей, по отношению к которым такое незнание является уже прямо преступным. Реввоенсовет 12-й настойчиво требовал, чтобы нами была брошена в бой бригада Дмитриева в начале июля, тогда как она еще и сейчас представляет собой недостаточно сорганизованную и устойчивую воинскую массу. Разговор по прямому проводу, лента которого хранится в архиве Штарма 14-й подтвердит каждому, что нам пришлось отстаивать положение, что лучше поступиться частью территории, чем бросать все резервы, могущие превратиться в грозную силу по истечении известного срока, но, вводимые немедленно в бой, тем самым обрекаемые на немедленное разложение. Командарм 12-й товарищ Семенов настойчиво советовал вопреки категорическим приказаниям товарища Троцкого формировать отряды из местных крестьян, которые якобы чрезвычайно удачно формировались товарищем Егоровым, Полтавским начальником боевого обучения, а на деле своей неустойчивостью после шатания богунцев (Имеются ввиду красноармейцы Богунского полка. – Сост.) привели к Полтавской катастрофе. Тот же командарм 12-й товарищ Семенов обещал нам дать в виде подкрепления бригаду Филиппова, оказавшуюся на деле давным-давно переформированной в полки дивизии Ленговского, и говорил об идущей к нам дивизии Ткаченко, части которой под другими наименованиями давно уже дрались на нашем фронте.

Оперативное управление, исходившее из 12-й армии, явилось основной причиной той катастрофы, которая сейчас, накануне, быть может, падения Киева и сдачи Одессы, является несомненной реальностью.

Предложенная нами Семенову операция, имевшая целью сосредоточить дивизию Ленговского под Екатеринославом, что дало бы возможность не только занять, как было сделано Крымской дивизией, но и удержать его и распространиться по левому берегу Днепра (что это было возможно, об этом свидетельствуют и заявления самого Ленговского, и ход операции Крымской дивизии), было отвергнута Семеновым на том основании, что операция уже не годна после сдачи Екатеринослава. На самом же дел мы получили все силы дивизии Ленговского и значительную часть сил Крымской дивизии совершенно свободными и могли бы их сосредоточить гораздо скорее, чем это было сделано на одноколейной желдороге в Полтавском направлении, куда части должны были направляться из района, связанного прекрасными рельсовыми путями с Екатеринославом. Только в последствии товарищ Егоров, новый командюж, обратив внимание 14-й армии на то, что наша точка зрения являлась единственно правильной и что южный участок должен служить предметом нашего исключительного внимания. Семенов производил накопление сил в Полтавском направлении в течение 3-х дней с 18-го по 22-е июля, держал концентрированную дивизию готовой в бою, но не пускал ее в дело, пока противник не вырвал с таким трудом скопленный кулак в ничто. К сожалению, командование 14-й было лишено возможности влиять на события по левому берегу Днепра, так как Полтавская группа, в состав которой вошел ряд частей 14-й армии, была изъята Семеновым из командования 14-й армии и туда был назначен преданный и настоящее время суду так называемый командующий войсками левобережной Украины, своими невероятными оперативными распоряжениями погубивший бригаду Ткаченко и ряд полков.

Понятно, что при таком состоянии командования ожидать какого-либо руководства не приходилось, невзирая не только на полную готовность выполнять оперативные задания, на и горячее желание оперативного управления, которое позволило бы нам точно и ясно разрешать местные армейские задачи.

Остается добавить только, что превосходные силы противника, неизменно позволявшие ему бросать свежие резервы против тех из наших частей, которые побеждали его в бою, довершили те недостатки, которые наблюдались в армии и привели к теперешним печальным последствиям.

Из изложенного ясно, насколько не продуманными являются обвинения, предъявленные нам по следующими пунктам.

Во-первых, в том, что мы не сформировали в месячный срок армии и управления.

Во-вторых, что мы не допускали направления панических телеграмм с ультимативными требованиями.

В-третьих, что мы не поддерживали связи с высшим командованием и держались партизанской точки зрения на постройку и управление армией.

Тому, кто обвиняет нас в отсутствии у нас управления и армии после месячного срока, прекрасно известно, что все обещания в области снабжения оставались невыполненными и что товарищу Троцкому пришлось прибегнуть к исключительным мерам вплоть до перемен в российских органах снабжения, чтобы поставить его на большую высоту.

Известно также и то, что задачи, ставившиеся перед нами в оперативном отношении, находились в прямом разрезе с задачами формирования, что товарищ Троцкий, давая задания, по-видимому, не был осведомлен в соответствующих оперативных заданиях фронта, тогд а как совершенно очевидно, что одни непосредственно вытекают из других.

Обвинение в недопустимом и паническом тоне телеграмм является просто смешным в настоящий момент, когда катастрофа, явившаяся результатом нежелания понять, что каждое слово этих телеграмм было лишь точным отображением действительности, разразилась над советскими республиками.

По третьему пункту обвинения мы можем сказать, чистосердечно, что нами было сделано все, что было в человеческих силах. Не наша вина, если вопреки нашим категорическим требованиям товарищ Антонов, прекрасный стратег и талантливый военный оператор, но некуда не годный организатор, был поставлен для завоевания громадной страны ничтожными средствами. Он неминуемо был должен бросить страну в бездну махновщины и григорьевщины, что предвидели, разумеется, и пославшие его, но очевидно, считавшие, что эта историческая авантюра послужит на пользу революции.

Не наша вина, что дело управления Украиной было поручено тем, кому в России за бездарностью или преступностью не оставалось места в работе, за исключением немногих ответственных товарищей.

Мы всеми силами стремились связаться с управлением Южфронта, находившемся от нас за тысячу верст при невероятных условиях связи; мы выполняли как букву закона каждое обязательство, взятое на себя перед товарищем Троцким, и не наша вина, повторяем еще раз, если ежеминутно рискуя своей жизнью, расстреливая каждого, кто отходил от намеченного в беседах и заседаниях, сопровождавших наше вступление в обязанности командования 14-й армией, пути, мы все же не смогли создать регулярной армии в условиях общероссийской разрухи, отсутствия снабжения, отсутствия комсостава и в особенности в вопиющих условиях отсутствия полной государственной власти на Украине, явившегося следствием упомянутой уже авантюры.

И все же, несмотря на это, нашими усилиями было создано и управление 14-й армией и сама армия. Принявший от нас, по чрезвычайному и нелепому, по признанию самого товарища Троцкого, требованию 12-й армии, командование товарищ Аралов получил совершенно готовый штаб с достаточным кадром проверенных на опыте и работоспособных людей. Аппарат связи действовал без перерыва, аппарат снабжения не стоял еще на полной высоте благодаря малым способностям товарища Кизельштейна к организационной творческой работе, но все же был достаточен вполне для того, чтобы выполнять дававшиеся ему задания. Сама армия представляла собой уже не скопище бесформенных отрядов, разбитых по отдельным боевым участкам, но законченное целое, сведенное в две дивизии и занимавшее достаточно удачные позиции на фронте. Положение под Екатеринославом было прочным и не наша вина, если нерешительность временно командующего товарища Аралова, вполне понятная, так как самая передача командования на одну неделя лишала его возможности проявить какую-либо инициативу. И преступное недомыслие Командарма 12-й Семенова привело к окончательному краху левобережные части армии, искусственно изъятых до того из нашего подчинения, а потому представлявшие собой сырой и неоформленный материал.

Только преднамеренное желание вынести нам обвинительный приговор может упрекать нас в том. Что при всех указанных выше причинах мы НЕ МОГЛИ В ПОЛУТОРАМЕСЯЧНЫЙ СРОК СОЗДАТЬ ОБРАЗЦОВУЮ АРМИЮ.

РГАСПИ. Ф. 74. Оп. 2. Д. 68. Л. 11 - 32.

11

ОБЪЯСНЕНИЯ БЫВШИХ
Командующего 14-й армии К.Е. Ворошилова
и членов Реввоенсовета 14-й армии В.И. Межлаука, С.П. Нацаренуса

Середина августа 1919 г.

Среди многих причин, вызвавших отступление 14-й армии, сопровождающееся огромными потерями в людях и оставлением в руках зарвавшегося противника громадной территории, недостаток патронов сыграл огромную едва ли не решающую роль.

 Патронный голод погубил целые части, как точнее указано ниже, причем, части эти погибли не при наступлении, которое было бы преступным при абсолютном недостатке патронов, а при обороне, отражая упорные атаки технически сильного врага.

 Красноармейцы гибли сотнями за дело Революции в неравной борьбе, не имея возможности оказать должный отпор противнику, или же поддавались панике и обращались в бегство.

 Настроение частей, очень неустойчивое вообще, так как в состав армии входили или молодые, только что сформированные и еще плохо дисциплинированные, или разложенные махновские части, переформирование которых в создавшейся обстановке представлялось возможным, быстро ухудшалось. Армия разлагалась. Создавалась удобная почва для легенд о предательстве. Недоверие к командному составу вследствие неудач значительно усилилось, и в командирах стали видеть сплошь предателей, контрреволюционеров, продающих Армию и Революцию Деникину.

 Прекрасно учитывая колеблющееся настроение масс, их раздражение и панику, злонамеренные элементы стали развивать губительную агитацию, усиливая этим недовольство и брожение среди наших частей и ловко пользуясь при этом, как одним из важнейших аргументов, опять-таки отсутствием патронов.

Благодаря отсутствию патронов никак не удавалось создать перелом в настроении армии, так как едва удавалось собрать и двинуть часть, как она начинала колебаться, зная, что в ее распоряжении считанные патроны и что пополнения им ждать не приходится. Подъем духа быстро сменялся паникой, и войска продолжали отходить.

Начальники боевых участков и командиры частей забрасывали армию требованиями на патроны, указывая на катастрофический недостаток в них, и то умоляли о помощи, то угрожали, как Дыбенко, который прямо заявил в разговоре с Командармом по прямому проводу, что без патронов воевать не Приходится, камнями и палками драться невозможно. Начдив 7-й армии товарищ Чикваная 13-го июня в разговоре со Штармом по прямому проводу требует миллион патронов, заявляя, что в его дивизии патронов вовсе нет.

Начальник гарнизона г. Павлограда товарищ Краспортье, представитель Реввоенсовета 14-й Литвинов и другие требуют срочно высылки патронов. В армии Дыбенко на каждого бойца по пять патронов.

 Этот кризис как раз совпадает с гибельными по своим последствиям операциями в районе станции Чаплино и Синельниково. В момент операции под Синельниковым в 7-й Украинской дивизии товарища Чикваная, занимавшей громадный фронт и выполнявшей чрезвычайно важные боевые задания, осталось только десять тысяч русских патронов и пятьдесят три иностранных. Из затребованных дивизией от Снабжения армии <…> 1 250 000 русских и 1 240 320 иностранных патронов было получено от Снабжения <…> только 150 000 иностранных патронов разных систем и ни одного русского. В результате в боях под Зайцевым и Синельниковым 18 - 19 июня были уничтожены 56-й полк, батальон Садовникова, 3-й Луганский и 51-й полки, не имевшие возможности сдержать бешеный натиск врага при почти полном отсутствии патронов. Во время операции под Новомосковском и Екатеринославом Начальник 2-го участка обороны города Екатеринослава товарищ Кравченко затребовал от Снабарма <…> 500 000 русских и 300 000 иностранных патронов, но не получил ни одного, что, безусловно, сильно повлияло на неблагоприятный исход обороны Екатеринослава. Таких примеров можно привести очень много, но и приведенные выше, достаточно красноречиво иллюстрируют острую нужду в патронах и невозможность удовлетворить эту нужду со стороны снабжения армии за неимением достаточного запаса.

От 2-й Украинской Армии не осталось почти ничего, ибо нельзя серьезно принимать в расчет наследство в 3 000 русских и 66 300 иностранных патронов. Между тем, требования 14-й Армии удовлетворялись далеко не полностью и с большими затруднениями.

Часть присылаемых армии грузов захватывалась по дороге. Так было, например, с высланными 7-го июня из Тулы 3 000 000 патронов для 14-й Армии, половина которых была захвачена Харьковским Советом обороны для своих целей. 12-я Армия захватила для группы Егорова 600 000 патронов и т.д.

 Отсутствие патронов делало борьбу с прекрасно вооруженным противником слишком неравною. Разложение частей быстро прогрессировало, ухудшая положение с каждым часом.

Неудачи под Чаплиным и Синельниковым создали непосредственную угрозу Екатеринославу. Бывшая Крымская Армия очутилась в критическом положении и была спасена лишь своевременным отходом, отдавшим в руки белых Крымский полуостров. Катастрофа казалось неизбежной: Командарм 14-й и Реввоенсоветы вынуждены были при таких условиях самым категорическим образом требовать патроны от Украинского Совнаркома, от Цуса (Центральное управление снабжений. – Сост.), от Южфронта, рисуя при этом положение в настоящем свете и прибегая к ультимативному тону, желая предотвратить надвигающуюся катастрофу.

 Катастрофа эта не заставила себя долго ждать: 28-го июня пал Екатеринослав, Крым был потерян для Республики.

Дальнейшим операциям опять-таки мешало отсутствие патронов, требования на которые продолжали поступать непрерывно и по-прежнему удовлетворялись снабжением Армии далеко не полностью. Помощник товарища Дыбенко, товарищ Федько, 6-го июля в разговоре по прямому проводу со Штармом заявляет, что без патронов Екатеринослав не взять.

Недостаток патронов в частях Дыбенко констатировал и ознакомившийся с положением дела на месте Член РВС 14-й товарищ Бубнов, также обращавшийся с категорическими требованиями о немедленной высылке патронов Дыбенко. <…>

РГАСПИ. Ф. 74. Оп. 2. Д. 68. Л. 1 - 2об.

12

из ДОКЛАДа
члена РКП(б) Самсонова в ЦК РКП(б)

25 августа 1919 г., Брянск

<…> Неустойчивое положение на фронтах Украины и быстрое продвижение деникинских банд захватило эвакуацию Украины врасплох.

Особенно ярко это сказывается на продовольствии. Не говоря уже о том, что масса продовольствия осталось не вывезенным, те, кому следует об этом подумать, не позаботились даже о том, чтобы прокормить, по крайней мере, все те эшелоны, которые массами следуют на север с солдатами, советскими работниками и их семьями и т.д. Для солдат существуют питательные пункты только в Брянске, Гомеле, Конотопе, Бахмаче и Нежине.

Удовлетворить громадному притоку людей питательные пункты, безусловно, не смогут. Поезда на север еле-еле движутся, останавливаясь по 5 - 6 часов, а иногда и более, на каждом глухом разъезде и станциях. Эвакуирующийся люд, не имея пропитания, грабит и разоряет окрестное к железным дорогам сельское население. Эвакуирующиеся, как только останавливаются поезда, мигом набрасываются на огороды, копают картошку, уничтожают все огородные овощи, фрукты, а иногда тащат птицу. Одним словом, забирают все то, что только можно съесть, чем и насыщают свой голод. Таким образом, начиная от Киева, Бахмач - Гомель - Брянск и Конотоп - Михайловский завод - Брянск огороды и сады окрестного к железной дороге сельского населения и железнодорожников совершенно опустошены и разграблены проезжающими людьми. Масса населения, таким образом, имея источником своего пропитания картофель и другие овощи, обречены на голод. Ко всему этому, надо принять во внимание то, что дело идет к зиме, а купить что-либо по вольным продажам чрезвычайно трудно, так как на все стоят цены неимоверно высокие, во всяком случае цены, равные московским. Это зло, безусловно, зло общего характера в гражданской войне, но, тем не менее, обижать таким образом население и ничего не предпринимать для поправления зла и ошибок местных властей центральной власти, безусловно, не приходится. Ни военными местными, ни исполкомами, ни чека, ни, тем паче, жечека (Железнодорожные ЧК. – Сост.) мер по борьбе с этим злом не принимается, а железнодорожная охрана просто преступно объедает достояние Республики. Местное население, не имея никакой личной самодеятельности, точно так же ничего не делает, кроме того, что раньше времени снимает полузеленые овощи во избежание окончательного их разграбления, как они называют, «товарищами». Надо сказать, что население в силу ли русского долготерпения или в силу ли терроризованности, но оно лишь глухо стонет от обид и ждет - не дождется какого-нибудь конца. Большая часть населения, безусловно, нейтральна в текущей борьбе, но вместе с тем имеется довольно значительный процент деникинских сторонников. Открытый грабеж дает возможность противникам советской власти вести ничем не прикрытую контрреволюционную агитацию, вместе с тем наша агитация успеха не имеет, так как факты несправедливости никакими доводами не прикроешь. Беспричинные крушения поездов по пути эвакуации, безусловно, могут устраиваться темным, озлобленным населением от озлобления. И тут делу ни какой агитацией не поможешь. Так слова товарищей в защиту советской власти разбиваются о вопли, крики и проклятия матерей, у которых опустошены огороды <…>

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 84. Д. 12. Л. 18 - 20об.

13

ВОЗЗВАНИЕ Н.И. Махно

Осень 1919 г.

Товарищи Рабочие, Крестьяне, Красноармейцы и Повстанцы!

В тяжелые дни реакции, когда Русская Революция, окруженная со всех сторон врагами, когда Украина осаждалась бронированным кулаком немецко-австрийского империализма, когда трудовые массы Украины задыхались, истекали кровью от невыносимого гнета Петлюровских, добровольческих палачей и всех жестоких, варварских наймитов помещичье-буржуазной своры, когда, казалось, положение Украинских рабочих и крестьян было безвыходным, вы первые восстали как непоколебимые, бесстрашные борцы за великое дело освобождения трудовых масс от цепей экономического рабства, политического и духовного закрепощения.

Повстанческие ряды выдвинулись гордо и мужественно на арену Украинской революции в то время, когда последняя переживала самую тяжелую и мучительную агонию, когда свобода и честь трудового народа Украины поставлены были на карту дикому безумному, кровожадному империализму, объединившему вокруг себя все темные силу контрреволюции.

С того момента вы, товарищи крестьяне, стали творить великое святое дело революции, с тех дней вы предприняли священную задачу освобождения всего закрепощенного, забитого вековым гнетом, Украинского и всемирного трудового народа.

Но <…> случился крутой и печальный поворот <…>

В процессе решительной, революционной борьбы с общим врагом - буржуазией, помещиками, добровольческими офицерами и всеми прихвостнями старого, отжившего рабского строя, - вдруг, незаметно со стороны, в бурные, стихийные, революционные волны стали вливаться мутные, грязные потоки сознательной и бессознательной контрреволюции.

В ряды идейных борцов стали вкрадываться отрицательные, преступные элементы, для которых великая, тяжелая революционная борьба сделалась громоотводом на пути к издевательствам, насилию и личной наживе, с одной стороны, и сознательной, явной услуги контрреволюции, с другой.

Среди красивых, нежных мелодий революционных песен, среди звучных дружных мотивов о приближающемся освобождения трудового крестьянства и пролетариата Украины стали раздаваться тяжелые, душераздирающие крики несчастных, забитых бедняков евреев, обездоленных так же, как и рабочие и крестьяне всех других национальностей. Еврейская беднота стала истекать кровью от грязных рук сознательных и бессознательных контрреволюционеров.

На светлом ярком фоне революции появились темные, несмываемые пятна запекшейся крови бедных мучеников евреев, которые в угоду злой реакции являются теперь, как и раньше, в самые тяжелые годы самодержавия, напрасными невинными жертвами завязавшейся жестокой, классовой борьбы угнетенных и обездоленных против власть имущих и сильных мира сего.

Творятся акты позора и ужаса. В лагере революционеров, повстанцев происходят еврейские погромы.

Величественная драма революционного повстанческого движения омрачена безумной, дикой вакханалией антисемитизма, священная идея революционной борьбы поругана, оплевана чудовищным кошмаром зверского издевательства над еврейской беднотой, влачащей жалкое, рабское, нечеловеческое существование.

В какой ужас, в какое содрогание должен прийти революционер, когда услышит теперь в момент надвигающейся мировой Социальной Революции, когда столкнулись лицом к лицу трудовые массы всех национальностей, с одной стороны, в защиту экономической и духовной свободы, и буржуазная клика, с другой, в защиту своих гнусных привилегий, - о том, что убивают, вырезывают еврейские обездоленные семьи только за то, что они евреи!

Какой позор должен испытать революционер, когда на его глазах зверски убивают, вырезывают десятки, сотни еврейских тружеников, их жен и детей, влачащих такое же жалкое, рабское существование, как и угнетенные всех других национальностей  только за то, что они родились евреями.

Как невольно при всех этих ужасах мысль уносится назад, к старому прошлому, к печальному, преступному времени царизма, который на еврейских погромах строил благополучие своего кровавого трона!

 Да! Чувствуется ужасный, отталкивающий сдвиг назад, к временам абсолютного рабства, к режиму монархии и беспредельного разгула озверевшей, дикой толпы, ищущей удовлетворения своих низменных инстинктов в проливании невинной, свежей крови обездоленного, мирного еврейского населения!

Товарищи повстанцы! Мы обращаемся к Вам, как революционеры, как обездоленные и угнетенные хищной властью капитала и произвола бюрократии, как равные к равным!

 Если вы революционеры, если вы искренно преданы делу революции, делу освобождения всех рабов, всего мира от гнета и порабощения фабрикантов, банкиров, помещиков, если вы взяли винтовки в руки сознательно и преданно для того, чтоб побороть одного общего врага - капитал и гнет власти, то не приходите ли вы в ужас, не корчится ли ваша душа от боли перед такими фактами, как еврейские погромы, как огульное вырезывание десятков и сотен бедных, голодных людей только за то, что они родились евреями?

 Если вы сознательные революционеры, осмысленные бунтари и творцы красивой, новой жизни, то не видите ли вы ясно, как в этой глубокой страшной пропасти бедноты, рабства, нищенства прозябают одинаково рабочие всех национальностей: и русские, и поляки, и австрийцы, и немцы, и евреи, и армяне, и т.д.?

 Если вы смотрите широко открытыми глазами на наш рабский, забитый мир, то не видите ли, как одинаково страдают и еврейские рабочие, как голодают их семьи, как их дети, как и дети бедняков других национальностей, умирают от голода, болеют от недоедания и страдают от гнета капитала и произвола власти, как и угнетенные всех других национальностей?

 Товарищи повстанцы! Если вы революционеры, если ваша революционная совесть не запятнана, если ваша сознание не затемнено, и если ваши глаза не отуманены мраком национального антагонизма, так загляните в еврейские кварталы! Присмотреть повнимательней к еврейской голытьбе! Сколько десятков тысяч изнуренных голодом, измученных болезнями, погрязающих в грязи, в нищенстве вы увидите еврейских рабочих жен и детей!

И еще загляните в другую область, поинтересуйтесь историей революционного движения в России во времена царизма, и вы узнаете, убедитесь, как много честных, искренних беззаветно любивших свободу борцов-евреев погибли за великое дело освобождения всего трудового народа России!

 Если вы революционеры, если вы любите свободу и беспристрастно смотрите на вещи, вы должны заявить громко, ваш голос протеста должен разнестись по всем углам Украины, Великороссии и всего мира против насилия над трудящимися массами, какой бы нации они ни принадлежали!

 Ваш революционный долг закричать громко, во всеуслышание, против еврейских погромов, против избивания и вырезывания мирных еврейских жителей!

Ваша революционная честь обязывает Вас крикнуть громко, чтоб содрогнулись все черные силы реакции, - о том, что мы ведем борьбу с одним общим врагом - с капиталом и властью, и, что в великой семье угнетенных, измученных вековым рабством трудовых масс одинаково страдают и русские, и поляки, и литовцы, и чехи, и евреи и т.д.

Вы должны подчеркнуть ярко один непреложный факт, что в среде ваших эксплуататоров находятся рядом и русский фабрикант, и немецкий заводчик, и еврейский банкир, и польский помещик; что в рядах контрреволюции, как справа, так и слева, - и в добровольческой армии и в чрезвычайках - находятся рядом и русские предатели, и изменники латыши, и поляки, и евреи, и армяне, и эстонцы и т.д.

Вы должны твердо запомнить, что буржуазия и империалисты всех стран и всех национальностей объединились для жестокой, преступной борьбы против Революции, против угнетенных трудящихся масс всего мира и всех национальностей.

 ТОВАРИЩИ ПОВСТАНЦЫ! В настоящий грозный момент, когда на русскую народную революцию, начавшуюся с рабоче-крестьянских низов, обрушился интернациональный враг - буржуазия, империалисты и бюрократы всех стран и всех оттенков и сеют в рядах трудящихся масс национальную травлю для того, чтоб подорвать революцию и пошатнуть главный фундамент классовой борьбы - солидарность и единение всех трудящихся - 

вы должны все, как один, выступить против всех сознательных и бессознательных контрреволюционеров, провоцирующих дело освобождения трудового народа от капитала и власти.

Ваш революционный долг - пресечь в корне всякую национальную травлю и беспощадно расправляться со всеми прямыми и косвенными виновниками еврейских погромов!

Все лица, сеющие национальную травлю, точно также как и те бандиты, которые вырезывают мирных еврейских обывателей, являются явными врагами трудящихся и Революции! Они должны быть сметены с лица земли самым беспощадным образом!

 ТОВАРИЩИ ПОВСТАНЦЫ! Очистите ваши ряды от бандитов, грабителей и погромного элемента, и тогда Ваше повстанческое революц. знамя будет гордо реять над свободной от экономического и духовного порабощения Украиной.

 Путь к освобождению трудящихся лежит через объединение всех трудящихся всего мира! Да здравствует Интернационал!

Да здравствует единая семья трудящихся всего мира!

Да здравствует свободная, БЕЗВЛАСТНАЯ АНАРХИЧЕСКАЯ Коммуна!

Гуляйпольская группа Анархистов НАБАТ

 Исполком Военно-Рев. Совета Гуляйпольск. района

 БАТЬКО МАХНО

 ВЕРЕТЕЛЬНИКОВ

РГАСПИ. Ф. 71. Оп. 34. Д. 554. Л. 1.

14

ВОЗЗВАНИЕ ПОЛИТОТДЕЛА 14-Й АРМИИ

 Январь 1920 г.

Что такое махновщина.

Рабочие, крестьяне, красноармейцы!

Красная армия разгромила добровольцев – освободила Украину. Сейчас, когда украинский трудовой народ стоит на пути к установлению Советского строя, находятся элементы, которые не только не хотят помочь рабочим и крестьянам в установлении Советской власти, наоборот, прилагают все силы к тому, чтобы подорвать эту власть, разрушать тыл Красной армии и разлагать ее.

Это – так называемые – махновцы. Чего хочет Махно и его последователи? Они борются с Деникиным. Но, этот же Махно открыл в прошлом году фронт Деникину и вынудил Красную армию очистить Украину. Продав революцию в прошлом году, этот предатель выдает себя снова за защитника революции.

Махно заявляет себя противником всякой власти. Но, что же он делает в занимаемых им областях? Он устанавливает власть своей махновской шайки, от которой житья не стало трудовому мирному населению.

Он на словах противник насилий, но на деле потворствует насилиям и грабежам своих бесчисленных батек и атаманов.

Махно заявляет себя другом рабочих и крестьян, а еще недавно он состоял в союзе с Петлюрой, который действует против рабочих и крестьян заодно с поляками, румынами и русскими белогвардейцами. Махно на словах обещает свободу и самодеятельность трудящимся, а на деле в занимаемых им местах подвергаются жестокому преследованию революционеры – рабочие и крестьяне, и подавляется всякое слово протеста против махновского самовластия. Чувствуя, что без содействия своих бандитских шаек он держаться не сможет, Махно хочет и после разгрома Деникина сохранить как отдельную силу своих партизан, хотя никакого военного значения в борьбе с Деникиным они теперь не имеют.

Партизанщина нужна теперь Махно для борьбы с Красной армией, с которой он пока ведет лицемерные переговоры. Для угождения своим партизанам он позволяет им грабить и бесчинствовать, а те за то выбирают его и других, подобных ему батек, своими командирами. Именно для таких бандитов выгодно иметь «выборных» командиров, которыми махновцы хвастаются перед несознательными красноармейцами.

Для каждого честного труженика, - а их немало и среди самих махновских отрядов, - должно быть ясно, что из нынешней махновщины вырастет только прошлогодняя григорьевщина, что дальнейшее существование и разгул разлагающейся партизанщины грозит полной гибелью революции, новым торжеством буржуев и помещиков, новой кабалой для рабочих и крестьян.

Трудовой народ Украины и Красная армия, положившая столько жертв на дело его освобождения, не допустят этого.

Махновщина должна быть и будет уничтожена!

Страна, измученные трудящиеся массы требуют порядка, дающего возможность мирного труда. Красная армия требует спокойствия в тылу для скорейшего завершения победы. Для этого должны быть подавлены беспощадной рукой все батьки и атаманы, которые цепляются за никому не нужную партизанщину, морочат темную массу лозунгами безвластия, чтобы, пользуясь беспорядком и анархией, обделывать свои темные дела.

Все честные труженики, рабочие, крестьяне! Дело революции ­– дело Красной армии. Она освобождает вас от цепей капиталиста и помещика, она дает вам в руки власть, она громит белых добровольцев.

Только Красная армия является залогом вашего освобождения.

Махновцы! Бросайте обманщика батьку, который, пользуясь вашей темнотой, орудует вами в своих личных интересах!

Станьте на сторону тех, кто стоит за торжество Рабоче-Крестьянской Советской власти! Вступайте в ряды Красной армии. Вне этого нет освобождения трудящихся!

 Политотдел 14 Армии

РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 65. Д. 79. Л. 10об. (Известия. 1920. 11 января).

15

ТЕЛЕГРАММА

Совета Революционной ПовсТанческой Армии Украины (Махновцев) правительству советской украины

Город Изюм Харьковск. губ., 17 июля 1920 г.

Харьков, Предсовнаркома Раковскому и всем советским учреждениям.

Революционная повстанческая армия Украины (Махновцев), двигаясь на фронт против Врангеля в целях исполнения намеченного плана прорыва белогвардейского фронта, предательски была встречена значительными силами Красной армии, что не дало возможности командованию Махновской армии нанести должный удар белым. Зарвавшиеся властители комиссары

ставят интересы партии выше интересов революции. Предательство коммунистов положило предел терпению Рев. Повст. армии Украины (Махновцев). Занят сейчас город Изюм, Рев. Пост. армия Украины (Махновцев) решила дать должный отпор властелинам.

Последний раз требуем:

1) Немедленного освобождения всех махновцев и анархистов как на Украине, так и в Великороссии.

2) Созыва свободно избранного трудового съезда крестьян и

рабочих всей Украины.

В противном случае Рев. Повст. Армия Украины (Махновцев) будет считаться с партией коммунистов-большевиков как с

отъявленными врагами революции и добьется своих требований силой оружия.

Совет Рев. Повст. Армии Украины (Махновцев)

РГАСПИ. Ф. 71. Оп. 34. Д. 1037. Л. 4.

16

Статья «О махновщине»

В ГАЗЕТЕ «ПУТЬ К СВОБОДЕ», органе революционных повстанцев Украины (махновцев)

 (г. Зеньков Полтавской губернии, 10 августа 1920 г.)

Махновщина - не есть бандитизм и безответственное перед революцией своеволие шайки грабителей, как это разноцветные политические партии, гоняющиеся за властью и привилегированностью, ложно клевещут на них перед трудящимися рабочими и крестьянами.

 Махновщина не случайное явление в революционном сдвиге народных масс, ушедших от одного берега революции и не дошедших до другого, как это склонны ее истолковывать на свой лад, в своих интересах другие революционные партии, группы и отдельные самодуры, расходящиеся с выше упомянутыми партиями, но также, как они, мнящие о своей руководящей роли в народе.

Ни то, ни другое к махновцам неприменимо.

 Махновщина полна разнообразной совершенно от партийных доктрин независимой опытной мысли, ее творчества и плодотворности в построении безвластного общежития народов.

И к ней никакие извращенные эпитеты, прилагаемые шарлатанской манерой политических развратников, неприменимы.

Махновщина родилась не в умах политики, ее лжи и обмана, а родилась она в умах вечно бесправной, порабощенной и угнетаемой этой политикой в рабоче-крестьянской массе, которая сознала, в конце концов, свое рабское положение, как в личной, так и в общественной жизни, и которая решила, что такой жизни человека не должно быть.

 Правда, решения эти с теоретической стороны мало заметны и даже почти не заметны, ибо они слабо выражены и плохо оформлены; но, с практической, чисто боевой стороны, они выявили себя слишком определенно, и, если где в этой определенности нам приходится замечать отрицательные стороны, дающие минус, а не плюс нашим задачам и конечным целям, то в этом не мы махновцы виноваты, а виноваты те проклятые условия, в которые Махновщина за время ухода своего в область независимости мысли и творчества была, вообще, поставлена, как социалистическими партиями и их правительствами, так и буржуазными правительствами, и которые изменяться для Махновщины могут только тогда, когда она сама непосредственно, не доверяясь и не надеясь на что-то и на кого-то, ниспровергнет их силой оружия.

По истине, Махновщина - это союз трудящихся, поставивший себе целью ниспровержение всякой государственной политической власти, ее государственных, политических и экономических пут над трудящимися. В этом Махновщина видит единственный путь борьбы за подлинное освобождение, как личности, так и общества, с этой целью и во имя этого махновщина стремится объединить вокруг себя все трудовое крестьянство, рабочих и трудовую интеллигенцию по принципу свободного соглашения, которое обязывало бы каждого из тружеников, признавших это соглашение, непосредственно участвовать в борьбе, правдывающей все задания союза, то есть, всякий и каждый труженик, вступивший в ряды этого союза, обязан непосредственно прилагать все свои силы, знания и опыт в революционном, чисто боевом отношении на разрушение справа Деникинщины и польской шляхты, слева зарвавшихся в своей безответственности и диктатуре коммунистов большевиков и петлюровщину.

В отношении же чисто хозяйственного созидания свободной и счастливой общественной жизни, каждый труженик должен напрячь максимум своей силы, знания и опыта в построении на местах вольных экономических Советов по принципу безвластия. И при помощи этих Советов все трудящиеся, вступивши непосредственно сами или пославши своих братьев и сестер в ряды союза трудящихся, не останавливаясь ни перед какими преградами, которыми попытаются враги наши тормозить наше начинание, должны, не надеясь ни на кого, сами революционным порядком

захватить в свое ведение все в своем районе как пути сообщения, так и все орудия производства и предметы потребления.

Совершивши этот столь важный для торжества Социальной Революции акт и дав организованный общественный порядок, все трудящиеся освобожденного района, помимо старания построить свою справедливую трудовую жизнь, и организовать ее безопасность, должны немедленно же позаботиться и о том, чтобы и в других побочных с ними районах было совершенно то же. Для этого, если почему-либо не удастся союзу трудящихся выделить из себя ту или другую революционную войсковую часть и послать в эти районы, то на освобожденной земле вольного района, союз трудящихся созывает съезд всех трудящихся порабощенных районов, на котором и отыскиваются пути и средства, при помощи которых изгонятся поработители, освобождается район и также строится свободная и в одинаковой степени справедливая общественная жизнь.

В этом союз трудящихся должен найти одно из справедливых и верных начинаний самих трудящихся непосредственно строить свою свободную и счастливую общественную жизнь, и поэтому призывать всех рабочих, крестьян и всю трудовую интеллигенцию объединиться в одно целое нераздельное и приложить все свои силы, знания и опыт в создании из разнородных совершенно самостоятельных красивых и свободных мыслей единство стремлений.

Для этого нет надобности для трудящихся ни во власти, декретирующей из центра те и другие законы и правила общественной жизни, ни в привилегирован[ном] представительстве тех или других политических партий, берущих на себя нахальство управлять и повелевать трудящимися.

Народ сознал свое рабское положение и требует простора для самостоятельности, в этом залог красивого свободного, светлого будущего, и народ завоюет себе его.

Б[атько] Махно

РГАСПИ. Ф. 71. Оп. 34. Д. 1037. Л. 5 - 8.
 
 Составитель: А. В. Мишина
 
По материалам сайта "Антибольшевистская Россия"

[версия для печати]
 
  © 2004 – 2015 Educational Orthodox Society «Russia in colors» in Jerusalem
Копирование материалов сайта разрешено только для некоммерческого использования с указанием активной ссылки на конкретную страницу. В остальных случаях необходимо письменное разрешение редакции: ricolor1@gmail.com