Среди дремучих вятичских лесов

Болхов с древнейших времен до середины XVI века

     Древняя история Болхова - до XVI столетия - таит в себе доныне множество загадок. Прозвание болховичей «дулебами», возможно, говорит о проживании здесь представителей этого славянского племени, переселившихся с Буга. Не позднее середины VIII в. в области Оки поселились вятичи - потомки некоего Вятко. Летописи и устные предания Руси описывают вятичей как грубое и дикое племя, которое занималось охотой, а затем земледелием и скотоводством, и долго чуждалось общения и союза с другими славянскими племенами. В IX в. вятичи платили дань хазарам, в связи с чем в 964 г. Святослав Игоревич предпринял на них поход, оказавшийся успешным. Св. Владимир Святославлич совершил еще два похода на непокорное племя. При нем к югу от этих земель, по притокам Днепра - Трубежу, Суле и др., для защиты от набегов кочевников строились городки-крепости, соединенные деревянными стенами. Длительное время враждебно настроенные вятичи были только данниками русского государства. Трудным было вхождение этого племени в семью русских князей. Постепенно, с X-XI вв., Болховские земли вошли в состав Древнерусского государства, с XII в. - Черниговского княжества. Долгой и трудной была и история христианизации орловской земли - язычество держалось здесь прочнее многих других областей России: по словам преподобного Нестора Летописца, вятичи, «не зная закона Божия, сами творили себе закон». Препо добный описал сохранившийся до начала XII в. обряд сожжения умерших вятичей после совершения тризны. Он совершался на особом «эшафоте» из дубовых досок, постеленных на вкопанные в землю столбы. Останки помещали в «судину малу» (глиняный горшок) и закапывали в курган. Лишь в 3,6% открытых на Орловщине курганах начала XII в. обнаружены крестики и иконки - первые достоверные следы распространения Православия. Князь Владимир Мономах крестил нескольких знатных вятичей. Возможно, среди них был и будущий преподобномученик Иоанн Кукша, Киево-Печерский инок, как полагают, местный уроженец (2). Есть предание о потаенном пребывании в Болховском краю, в районе деревни Григорово, мощей этого Святого, убиенного в 1110-е гг. за проповедь веры Христовой язычниками-вятичами вместе со своим учеником Никоном. Его мученическая смерть позволила постепенно вытеснить мрак идолопоклонничества, край поступил под управление Черниговских архипастырей. Но исчезли последние остатки язычества только в первой половине XV в.
     Относительно времени основания города Болхова сложились две точки зрения. Ряд историков (В.Н. Татищев, Г.М. Пясецкий) придерживались версии о древнем (не позднее XII в.) его существовании, другие (Н. Костомаров, Т.А. Мартемьянов) считали, что Болхов - город «молодой» и был основан в 1556 г. В.Н. Татищев полагал, что первоначальное поселение на территории нынешнего города было основано в начале I тысячелетия по Р. X. сарматами. Значительную путаницу в данный вопрос вносило существование Болоховской земли, располагавшейся к западу от Киева (на территории современной Житомирской области), которую и отождествляли с вятичским Болховом. Ссылаясь на это, Т.А. Мартемьянов не соглашался с мнением Г. М. Пясецкого о существовании Волхова в ХП-ХШ вв. Мартемьянову же принадлежит закрепившаяся в литературе гипотеза о расположении на месте Болхова в те времена вятичского города Девягорска, но у Татищева есть сообщение, опровергающее аргументацию Мартемьянова, на которое обратил внимание историк Орловского края, искусствовед В. М. Неделин (3). Повествуя о междоусобице 1196 г. между черниговскими князьями Ольговичами и союзом, в который входили великие князья киевский Рюрик Ростиславович, владимирский Всеволод III (Большое Гнездо), смоленский князь Давид Ростиславович, Татищев пишет: «Всеволод Юрьевич, как обещал Рюрику, собрав все свои войска, тако князей муромских и рязанских, а Давид из Смоленска, пошли к Чернигову. И вшед в области Черниговских, в Вятичи, городы Козельск и Болхов и другие, побрав сожгли и область их опустошили» (4). Очевидно, что в данном случае речь идет о взятии именно «вятичского» Болхова и разорении Всеволодом вятичских земель. Уже осенью Всеволод заключил с Ольговичами мирный договор, население вернулось в город. Вероятно, к началу XIII в. им управляли Ольговичи.
     Хотя летописных упоминаний Болхова не сохранилось, не доверять сообщению выдающегося русского историка нет оснований, он работал и с утраченными впоследствии летописными сводами. Раз Болхов упоминается под 1196 г., то возник он гораздо ранее, на месте вятичского или даже балтского поселения. Дать окончательный ответ на этот вопрос смогут только археологи. Археологические раскопки на территории Болхова практически не производились. Но при земляных работах на улице Ленина (древнейшая часть города, бывшая Никольская улица) в 1980-х гг. была обнаружена прекрасно сохранившаяся нижняя часть деревянного сооружения XVII или XVIII вв.
     Признание древности вятичского Болхова вполне сочетается с существованием киевского Болоховского княжества, часто упоминаемого в письменных памятниках. «Киевские князья и их потомки вели активную строительную и переселенческую политику, укрепляя границы своего государства возведением новых городов.. . Города ставились не только на степном пограничье, но и в земле вятичей... Переселенцы, которым на первых порах приходилось жить в среде незнакомого, а зачастую враждебного населения, уносили с собой не только свой скарб, но и полюбившиеся названия городов, рек и урочищ. Этим можно объяснить наличие многочисленных городов-дубликатов как на юге так и на северо-западе Киевского государства: Переяслав (современный Переяславль-Хмельницкий), Переславль-Залесский, Переяславль-Рязанский; Стародуб Северский и Стародуб Ряполовский, несколько Белгородов и целых пять Звенигородов. Вероятно, и Болхов появился в результате переселенческой политики киевских князей и был основан выходцами из Болоховской земли, давшими ему название в память о покинутой родине. Но это не более чем гипотеза». (5) Предположение о существовании в древности на месте нынешнего Болхова города Девягорска, упоминаемого в 1147 г., исторически менее оправдано.
     Приграничное положение не позволило сохранить документы о первоначальном городе - как и новгородский Северо-запад, где впоследствии был основан Санкт-Петербург, южные рубежи Отечества постоянно подвергались вражеским нападениям. В 1230-1240-е гг. эти земли были опустошены татаро-монголами. После осады Козельска полчища Батыя прошли здесь, все сокрушая на своем пути. Память об этих событиях запечатлена в народной легенде и одном из местных названий. Пясецкий писал: «Очень вероятно, что Болхов, подобно многим другим городам, испил теперь последнюю чашу гнева Батыя и после не был уже восстановлен потомками Св. Михаила Черниговского, продолжавшими княжить в Карачеве, Брянске и Козельске. Вот почему летописцы не имели уже случая и повода упоминать о Болхове до времен Ивана Васильевича Грозного. Между тем, страшное нашествие Батыя около Болхова навсегда осталось в памяти народа; только предание о нем получило уже характер темной легенды о какой-то свинье, вышедшей некогда из Болхова и дошедшей до Карачева... Самая дорога эта с тех пор и доселе удерживает презрительное для татар (сперва язычников, а потом магометан) название - Свиной дороги. Смысл народного юмора понятен. Как свинья на своем пути избегает рек, так и татары держали свой путь по возвышенностям Свиной дороги, избегая рек и болот. Как это непривлекательное животное на своем пути не знает ничему цены и роет все, что ему попадает, так и безобразные татары безжалостно срывали все укрепления, жгли города, села и деревни. Путь свиньи в чужом огороде обозначается бессмысленным беспорядком; и путь татар по России ознаменован диким неистовством и всеми ужасами опустошений. Географические сведения древних болховичей на юг от их города простирались немного разве далее Карачева; потому-то, быть может, и сложилась легенда о путешествии свиньи от Болхова до Карачева. Когда же впоследствии по следам Батыя стали учащать к нам и Крымские татары, тогда число Свиных дорог увеличилось, и они в разных направлениях доходили уже до города Брянска» (6).
     После 1246 г. болховские земли вошли в состав Карачевского княжества и новой Брянской епархии - окончательное разорение татарами Чернигова заставило епископа Порфирия перенести свою кафедру в Брянск (7).

Примечания