Россия в красках
 Россия   Святая Земля   Европа   Русское Зарубежье   История России   Архивы   Журнал   О нас 
  Новости  |  Ссылки  |  Гостевая книга  |  Карта сайта  |     
Главная / Европа / Норвегия / МИР ПРАВОСЛАВИЯ / Письмо к о. Клименту, настоятелю прихода св. Ольги в Осло. Вера Киселёва

 
Рекомендуем
Новости сайта:
Дата в истории
Новые материалы
Владимир Кружков (Россия). Австрийский император Франц Иосиф и Россия: от Николая I до Николая II . 100-летию окончания Первой мировой войны посвящается
 
 
 
 
 
 
 
Никита Кривошеин (Франция). Неперемолотые эмигранты
 
 
 
Ксения Кривошеина (Франция). Возвращение матери Марии (Скобцовой) в Крым
 
 
Ксения Лученко (Россия). Никому не нужный царь
 
Протоиерей Георгий Митрофанов. (Россия). «Мы жили без Христа целый век. Я хочу, чтобы это прекратилось»

 
 
Павел Густерин (Россия). Россиянка в Ширазе: 190 лет спустя…
 
 
 
 
 
 
Кирилл Александров (Россия). Почему белые не спасли царскую семью
 
 
 
Протоиерей Андрей Кордочкин (Испания). Увековечить память русских моряков на испанской Менорке
Павел Густерин (Россия). Дело генерала Слащева
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Мы подходим к мощам со страхом шаманиста
Борис Колымагин (Россия). Тепло церковного зарубежья
Нина Кривошеина (Франция). Четыре трети нашей жизни. Воспоминания
Павел Густерин (Россия). О поручике Ржевском замолвите слово
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия).  От Петербургской империи — к Московскому каганату"
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Приплетать волю Божию к убийству человека – кощунство! 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). "Не ищите в кино правды о святых" 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). «Мы упустили созидание нашей Церкви»
Алла Новикова-Строганова. (Россия).  Отцовский завет Ф.М. Достоевского. (В год 195-летия великого русского православного писателя)
Ксения Кривошеина (Франция).  Шум ленинградского прошлого
Олег Озеров (Россия). Гибель «Красного паши»
Павел Густерин (Россия). О заселении сербами Новороссии
Юрий Кищук (Россия). Невидимые люди
Павел Густерин (Россия). Политика Ивана III на Востоке
Новая рубрика! 
Электронный журнал "Россия в красках"
Вышел осенний номер № 56 журнала "Россия в красках"
Архив номеров 
Проекты ПНПО "Россия в красках":
Публикация из архивов:
Раритетный сборник стихов из архивов "России в красках". С. Пономарев. Из Палестинских впечатлений 1873-74 гг. 
Славьте Христа добрыми делами!

Рекомендуем:
Иерусалимское отделение Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО)
Россия и Христианский Восток: история, наука, культура





Почтовый ящик интернет-портала "Россия в красках"
Наш сайт о паломничестве на Святую Землю
Православный поклонник на Святой Земле. Святая Земля и паломничество: история и современность
 
Письмо к о. Клименту, настоятелю прихода св. Ольги в Осло
 
     Все началось с того, что осенью 1992 года я попала в Норвегию на полгода на стажировку по теме диссертации. Меня взяли в Норвежский сельскохозяйственный университет (NLH). В то время я делала только первые шаги в сторону Христианства. И так получилось, что именно в Норвегии я встретила русского священника, который впоследствии стал моим духовным отцом. (Он приехал туда всего на несколько дней на конференцию, почти случайно оказался в Осе, где мы и познакомились. Зовут его отец Георгий Эдельштейн, он служит под Костромой, имея в свои 70 лет один «основной» приход и три приписных. Надо сказать, что норвежцы постоянно ему чем-нибудь помогают.) Он сподвиг меня на первую исповедь и причастие. Зайдя после этого в лютеранскую кирку (куда я ходила до того, как попала в православный храм), я почувствовала, что там — пусто. Вот так Норвегия подарила мне первое причастие, духовного отца и Православие. Полгода, которые я прожила в Норвегии, были временем какого-то духовного полета, прорыва, не знаю, как еще назвать. С тех пор считаю Норвегию своей второй родиной. Конечно, не все было гладко, но обстановка, в которой я жила, была просто удивительной — ни один человек, с которым я встречалась тогда, не отнесся ко мне враждебно или настороженно. В подавляющем большинстве случаев я встречала доброе расположение и внимание. Чем дольше я там жила, тем сильнее становилось мое ощущение, что это мой второй дом.
 
     Вернувшись домой, я с Божьей помощью и при огромной поддержке о. Георгия укрепилась в Церкви. Прочла (безо всякой системы) все книги, имеющие отношение к Норвегии, которые нашлись в домашней библиотеке. Стала интересоваться ее церковной историей, благо сама все больше и больше вживалась в Православие. К святости короля Олава на тот момент я относилась более чем скептически: у меня сложилось твердое убеждение в том, что это правитель, крестивший свою страну исключительно огнем и мечом (то есть «не по-настоящему»), фигура, принадлежащая исключительно католическому (то есть, «не нашему») миру, человек, прославленный «из политических соображений».
 
     Настал Великий пост 2000 года. Был канун памяти преп. Марии Египетской. Окончив все дела на работе, я решила, что пойду на «Мариино стояние» в ближайший храм — Святителя Николая в Пыжах. Надо сказать, что, работая в то время рядом с этим храмом, я бывала там крайне редко. Когда служба кончилась, я по привычке подошла к книжному прилавку. И первая книга, в которую я уперлась взглядом (как будто меня кто-то за руку к ней подвел!), было «Жизнеописание Святого Олафа, небесного покровителя Норвегии», составленное о. Стефаном Красовицким, настоятелем прихода Русской Зарубежной Церкви в Карелии. (Может быть, она приходила к Вам почтой года два назад. Потом я осознала, что это был последний экземпляр, Бог знает сколько пролежавший на прилавке и «ждавший» меня). Моя реакция на эту брошюру сводилась к одному: «Этого не может быть! Таких святых не бывает!»… Подняв глаза от прилавка, я увидела (хотя слово «увидела» не очень подходит, это не было телесное зрение), что святой сам стоит среди толпы выходящих из храма людей. И две вещи я тогда «услышала» (опять же, не телесно, не знаю, как): «Ты узнаешь, как крестили Норвегию» и: «Ты тоскуешь по моей земле? — не скорби, я с тобой». Это продолжалось очень недолго. Все это произошло независимо от моего желания и, по сути, против моей воли. Сказать, что это было потрясение — значит, сказать очень мало.
 
     Я очень боялась, что это было обольщение, и до сих пор я не свободна от этих сомнений.
 
     После этого был мучительный месяц внутренней борьбы. Разум упорно сопротивлялся происходящему, выдвигал бесконечные аргументы против св. Олава. Душа требовала склониться перед волей Божьей и принять эту встречу как дар. И вот однажды, когда снова ум был с сердцем не в ладу, я в отчаянии спросила: «Господи, почему для меня на признании его святости свет клином сошелся?» Прямого ответа на свой вопрос я тогда не получила (как не получила его до сих пор), но словно что-то щелкнуло в мозгу — я внимательно посмотрела на наш красный угол, посмотрела каким-то новым взглядом, иконы КАКИХ святых там стоят, и пришло ощущение близости горнего мира. И это было мгновенное исцеление от депрессии, от которой я серьезно страдала три с половиной года — вплоть до навязчивого желания спрыгнуть с балкона и полной апатии ко всему происходящему. Я поднялась с колен здоровым человеком.
 
     Но внутреннее смятение не улеглось. И тогда Господь поставил меня в положение, когда «не было бы счастья, да несчастье помогло».
 
     На Светлой седмице мы поехали в гости к родителям за город. И там наша девочка, которой тогда было три с половиной года, неудачно спрыгнула и получила сотрясение мозга. Были майские праздники, вызвать врача не было никакой возможности, в местной больнице доктора искать было бесполезно, а везти ребенка в Москву было рискованно. Вечером ее удалось уложить спать, утром она почувствовала себя немного лучше, но не могла ни есть, ни даже выпить ложку воды — сразу начиналась рвота. После того, как я изрядно понервничала, мне словно кто-то подсказал помолиться святому Олаву. И сложилась такая молитва (почему-то на «Вы»): «Я ни в коем случае не ставлю признание Вашей святости в зависимость от исцеления, но если Вы святы, вступитесь!» Через пять минут я была совершенно спокойна и уверена, что все обойдется. Потом девочке дали попить — никакой рвоты. Потом она поела — снова благополучно. Вечером мы уже пошли с ней гулять, прошли больше двух километров, и ее еще приходилось сдерживать, чтобы она не очень скакала. Через два дня мы вернулись в Москву, показали ее врачам и услышали: «Да, было сотрясение мозга, но никаких последствий нет».
 
     Что мне после этого оставалось делать? — Рухнуть святому в ноги со словами: «Все в руках Божьих и твоих». Но, поверьте мне, очень тяжело в одиночку молиться святому, имени которого нет в святцах (хотя о. Георгий меня тогда поддержал). Впрочем, это мой личный «фарисейский комплекс», сводящийся к тому, что формальная сторона дела должна быть в порядке…
 
     Потом я нашла о. Стефана (приезжая из Карелии, он живет в Подмосковье). Он хорошо меня принял. Я перечитала все книги по истории Норвегии, которые нашлись в его домашней библиотеке.
 
     Внимательно вспомнив всё, что происходило со мной в Норвегии зимой 1993 года, я начала видеть Промысел Божий и явное участие святого в моей жизни — даже тогда, когда я, по сути, поносила его. Встреча со св. Олавом заставила меня серьезно задуматься над тем, что же такое святость. А самое главное — вера стала живее и глубже. Господь научил меня не просто верить в существование Бога, но и доверять Ему, доверять Его Промыслу о нас. Господь показал мне, что небо гораздо ближе к земле, чем это кажется полуверующему человеку. Что чудеса возможны сейчас, здесь и с нами. Пришло понимание участия Бога и святых Его в судьбе каждого отдельного человека. Ведь мое воцерковление и обретение веры, в конечном итоге, оказалось возможным потому, что тысячу лет назад св. Олав пал в своей последней битве — битве за крещение Норвегии.
 
     Полтора года назад произошло еще одно исцеление. В марте 2002 г. наша девчонка попала в больницу в тяжелом состоянии с кишечной инфекцией. Четверо суток ее рвало, не переставая, из них трое суток она лежала под капельницей, и только так «пила». Температура — тридцать девять, обезвоживание. Мне разрешили остаться с ней. Ближе к ночи, после очередного приступа рвоты, у ребенка начались галлюцинации. Я потеряла самообладание. Прибежавшая врач заставила меня успокоиться. Девочка забывается сном. И вот я смотрю на своего бледного, полупрозрачного ребенка, и в голову приходят очень печальные мысли. Видимо, только в таком состоянии я и могу молиться от сердца. И я снова поставила святому Олаву своего рода ультиматум: «Если ты свят, то завтра наступит перелом, и девочка начнет выздоравливать. Если этого не случится — будет катастрофа». Было твердое убеждение, что это обращение будет услышано. (Муж, которому я потом об этом рассказывала, прокомментировал: «Какой же это ультиматум? Это твое исповедание веры»). Утром нас разбудила медсестра, пришедшая с градусником. Девочка просыпается, смотрит на меня совершенно здоровыми глазами и спрашивает: «Мам, а поесть сегодня можно?» А потом: «А папа нам цветные карандаши привезет?» Рвоты больше нет, температура — тридцать семь с «хвостиком». Через пять дней ее выписали.
 
     С самого начала мне хотелось что-то сделать, чтобы имя короля Олава прозвучало в России. Собственно, историй Норвегии XI века занимаются светские историки, но никто не смотрел на это глазами православного человека. Из этого желания получилась статья в газете «Православная Тверь» (прот. Александр Шабанов, который курирует газету, интересуется церковной историей Северной Европы, при этом его главная «любовь» — кельты). Статья, увы, получилась плохая, с фактическими ошибками, потому что написана была на голом эмоциональном порыве.
 
     Не будучи удовлетворена статьей, я постаралась поискать еще литературу о Норвегии времен крещения и о связях между Россией и Норвегией в Средние века. К сожалению, «Ленинка» до недавнего времени была на ремонте (может, и сейчас еще ремонтируют), и далеко не все ее фонды доступны. Кое-что интересное удалось найти, исходный материал «расползся» на четыре раздела, но всё это очень слабо и фрагментарно, элементарно не хватает знаний, не получается единой картины. А очень хотелось бы написать книгу. Много ссылок на книги на норвежском, но я не настолько хорошо его знаю. Впрочем, было бы желание…
 
     Одновременно с этим я дерзнула взяться за акафист, не особо надеясь на то, что он будет кому-то нужен. Просто была внутренняя потребность его написать. Что из этого получилось, Вы видели. Надо сказать, что многие слова приходили сами, и именно в тот момент, когда я в очередной раз расписывалась в своем полном бессилии.
 
     Попросила знакомого иконописца написать икону св. Олава. Он решил писать по канонам X-XI века, но при этом отступил от описания внешности святого, которое дается в «Круге земном», в пользу канона. Пыталась его убедить, но он твердо сказал, что «так не пишут». На прошлое Рождество мой духовный отец эту икону освятил. До сих пор не могу привыкнуть к этому образу…
 
     Год назад на день памяти св. Олава о. Стефан служил литургию (благо, он пришелся на воскресенье). После литургии отслужили молебен с акафистом, несмотря на то, что он еще не был закончен. А после этого ко мне в душу вернулся мир — такой, какого не было с момента моего возвращения из Норвегии. Но между о. Стефаном и мной стоит то, что Московская Патриархия и Зарубежная Церковь не имеют евхаристического и канонического общения, поэтому я бываю у него на службах гораздо реже, чем хотелось бы. Складывается впечатление, что Господь, связав мою судьбу со святым Олавом, буквально заставляет преодолевать разделения — между православными и католиками, между нами и «зарубежниками». Муж говорит, что это мой крест.
 
    В этом году, в конце августа, когда я возвращалась из командировки, у меня в Осло утром была пара часов между автобусом и самолетом. Я зашла в католическую церковь св. Олава. Было воскресенье, шла ранняя служба. Молиться с поляками я не смогла, хотя прекрасно понимала службу по-польски. Вышла, погуляла полчаса, вернулась, когда служба кончилась, зашла внутрь и помолились тихонько, как смогла, и сердце горело.
 
     Почему я не написала Вам раньше?! Всему причиной дурацкая боязнь быть непонятой и вечные сомнения: а надо ли это, а туда ли я иду? что изменится в мире, если я поступлю так-то и так-то? и не соблазн ли всё это?
 
     Простите, возможно, утомила Вас лишними подробностями. Хотя это далеко не все, чем хотелось бы с Вами поделиться. Это был рассказ обо мне, а хотелось бы поговорить собственно о Святом.
 
     Еще раз благодарю Вас за письмо и за все, что Вы делаете в Норвегии. У меня сложилось такое впечатление, что у норвежского народа здоровая и очень чуткая душа, и если эта страна до сих пор выстояла молитвами своего небесного покровителя, то у нее может быть доброе, в духовном плане, будущее
 
Вера Киселёва

По материалам сайта "Северный благовест"



[версия для печати]
 
  © 2004 – 2015 Educational Orthodox Society «Russia in colors» in Jerusalem
Копирование материалов сайта разрешено только для некоммерческого использования с указанием активной ссылки на конкретную страницу. В остальных случаях необходимо письменное разрешение редакции: ricolor1@gmail.com