Россия в красках
 Россия   Святая Земля   Европа   Русское Зарубежье   История России   Архивы   Журнал   О нас 
  Новости  |  Ссылки  |  Гостевая книга  |  Карта сайта  |     

 
Рекомендуем
Новости сайта:
Дата в истории
Новые материалы
Юрий Кищук (Россия). Дар радости
Ирина Ахундова (Россия). Креститель Руси
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Мы подходим к мощам со страхом шаманиста
Борис Колымагин (Россия). Тепло церковного зарубежья
Нина Кривошеина (Франция). Четыре трети нашей жизни. Воспоминания
Павел Густерин (Россия). О поручике Ржевском замолвите слово
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия).  От Петербургской империи — к Московскому каганату"
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Приплетать волю Божию к убийству человека – кощунство! 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). "Не ищите в кино правды о святых" 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). «Мы упустили созидание нашей Церкви»
Алла Новикова-Строганова. (Россия).  Отцовский завет Ф.М. Достоевского. (В год 195-летия великого русского православного писателя)
Ксения Кривошеина (Франция).  Шум ленинградского прошлого 
Алла Новикова-Строганова (Россия). Насквозь русский. (К 185-летию Н. С. Лескова)
Юрий Кищук (Россия). Сверхзвуковая скорость
Алла Новикова-Строганова (Россия). «У любви есть слова». (В год 195-летия А.А. Фета)
Екатерина Матвеева (Россия). Наше историческое наследие
Игорь Лукаш (Болгария). Память о святом Федоре Ушакове в Варне

Павел Густерин (Россия). Советский разведчик Карим Хакимов
Олег Озеров (Россия). Гибель «Красного паши»
Павел Густерин (Россия). О заселении сербами Новороссии
Юрий Кищук (Россия). Невидимые люди
Архимандрит Исидор (Минаев) (Россия). «Пути Господни неисповедимы». Стереотипы о Церкви. "Разрушение стереотипов, которые складываются у светских людей о Церкви" (Начало), (продолжение)
Павел Густерин (Россия). Политика Ивана III на Востоке
Алексей Гудков (Россия). Книжных дел мастера XX века
Павел Густерин (Россия). Присутствие РПЦ в арабских странах
Айдын Гударзи-Наджафов (Узбекистан). За бедного князя замолвите слово. (О Великом князе Николае Константиновиче Романове)
   Новая рубрика! 
Электронный журнал "Россия в красках"
Вышел летний номер № 51 журнала "Россия в красках"
Архив номеров 
Проекты ПНПО "Россия в красках":
Публикация из архивов:
Раритетный сборник стихов из архивов "России в красках". С. Пономарев. Из Палестинских впечатлений 1873-74 гг. 
Славьте Христа добрыми делами!

Рекомендуем:
Иерусалимское отделение Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО)
Россия и Христианский Восток: история, наука, культура



Почтовый ящик интернет-портала "Россия в красках"
Наш сайт о паломничестве на Святую Землю
Православный поклонник на Святой Земле. Святая Земля и паломничество: история и современность
«Русская Испания» 70 лет назад
 

 
 

     Гражданская война, начавшаяся 70 лет назад в Испании, «заворожила» мир: каждый поддерживал в ней своих.

     Монархисты - лигитимистов, коммунисты - угнетенный пролетариат, демократы - защитников Республики от фашизма. Образовался Комитет по невмешательству, но внешняя помощь была: «белым» - от Германии и Италии, «красным» - от СССР. Франко, которого называли «испанским Корниловым», о целях борьбы говорил: «Это война религиозная. Мы все, кто борется, христиане или мусульмане, мы солдаты Бога, и мы воюем не против других людей, а против атеизма и материализма...»

     Не осталась равнодушной к войне и русская эмиграция. Участие «белых» добровольцев в испанской войне явилось первой после гражданской войны в России вооруженной борьбой по политическим мотивам.

Белый русский след

     1 августа 1936 года харбинская газета «Наш путь» -орган Российской фашистской партии - опубликовала интервью испанского профессора Е. Афенисио.

     «Вы знаете, кто поднял восстание у нас в Марокко? Это сделали... русские эмигранты. Я 35 дней назад видел моих друзей, которые мне передавали о замыслах иностранного легиона, где русские составляют наибольший процент солдат и офицеров. События начались в Мелилье и Сеуте, гарнизонах испанского Марокко, где как раз стояли части, исключительно состоящие из русских эмигрантов... У нас к власти пришел Народный фронт, находящийся под влиянием Москвы. Красные командиры были фактически руководителями политики Мадрида. Поэтому красные, давно косившиеся на белых эмигрантов, подняли вопрос об их выселении из страны. Русских в самой Испании живет немного, но в колониях - достаточно большое число. Они все были связаны узами симпатии с нашими националистическими организациями, им очень сочувствовал Кальво Сотело, убитый незадолго до мятежа. Русские эмигранты платили красным такой же ненавистью и старались уговорить своих испанских друзей выступить против красных комиссаров. Русские при этом делились своим опытом в борьбе с большевиками, к ним очень прислушивались в военных кругах. Я убежден, что восстание в Марокко, перекинувшееся и на континент, дело рук ваших соотечественников, которые предоставили в распоряжение восстания реальную силу в лице полков нашего иностранного легиона».

     Роль русских эмигрантов в событиях, предшествовавших гражданской войне в Испании, профессором Афенисио, разумеется, преувеличена, но то, что доля истины в его высказываниях есть, подтверждается и другими свидетельствами и документами.

     Устремления русских эмигрантов в Испании кратко выразил участник войны генерал А.В.Фок: «Те из нас, кто будет сражаться за национальную Испанию, против III Интернационала и большевиков, тем самым будет выполнять свой долг перед белой Россией».

Воевать или нет?

     В сентябре 1936 года на страницах «Царского Вестника» развернулась полемика вокруг открытого письма Керсновского «Никаких испанцев».

     «Когда наконец мы поумнеем и перестанем распинаться за чужих? Почему проливаем потоки слез и чернил во имя какой-то совершенно ненужной, чуждой и безразличной нам Испании? И если бы только слезы и чернила! Нашлись русские офицеры, пошедшие проливать свою кровь на поля Ламанчи, выручая потомков Дон Кихота, - ту русскую кровь, проливать которую за чужие интересы они не имеют права, ибо скоро она может понадобиться Матери России.

     Без негодования нельзя прочесть ребяческое письмо русского офицера, напечатанное «Царским Вестником». Он, видите ли, «счастлив, что исполняет свой долг», как будто борьба за испанское благополучие составляет долг русского офицера! Нам важно истребить русских большевиков, а на испанских нам должно быть в высшей степени наплевать.

     Пусть нам не морочат голову надоевшей пошлятиной, что борьба с «мировым злом» - наше «общее дело». Почему это вдруг сделалось «общим делом» сейчас, в 1936 году, а не было им в 1917-1921? Что делали тогда эти посылающие нам сейчас свой привет испанские офицеры? Где они были тогда? Под Тихорецкой? Армавиром? Царицыным? Харьковом? Под Киевом и Орлом? Под Каховкой? Много ли их стояло в строю наших офицерских рот?

 
 
 

 

     Изнасилованные испанские женщины, расстрелянные испанские священники... Подумаешь, нашли, чем разжалобить! А наших русских женщин кто-нибудь жалел? А тысячи замученных русских священнослужителей нашли разве отклик в чьих-либо сердцах -французских, немецких, испанских? Это, небось, не было тогда «общим делом».

     Что за негодование: разрушен Алькасар! А когда Иверскую сносили, кто из них возмущался? А когда разрушали Десятинную церковь, воздвигнутую еще Владимиром Красным Солнышком, кто из испанцев тогда возвысил негодующий голос? Укажите мне испанца, протестовавшего против уничтожения храма Христа Спасителя! Не знаете? А я зато укажу вам русского офицера, туберкулезного, без права на труд, с отобранным паспортом, которым не так давно испанцы и французы перебрасывались, словно мячиком, через Пиренеи! Этот наш искалеченный и гонимый русский штабс-капитан заслуживает в тысячу раз более нашего внимания и сострадания, чем все испанские патеры, взятые вместе.

     Когда наконец мы поймем, что иностранные националисты - будь то испанские белогвардейцы, французские «огненные кресты», немецкие наци и итальянские фашисты - такие же враги нас, русских эмигрантов, и нашей Родины, как и преследуемые ими коммунисты? Не спасать их надо, а повторить мудрые слова Тараса Бульбы: «Чтоб они подохли все, собаки!»

     Тот же «Царский Вестник» опубликовал ответ генерала Скородумова на статью Керсновского. «Испанцы, немцы, японцы, французы все равно нас за это никогда не отблагодарят, но русский офицер с этим считаться не может, он должен быть рыцарем всегда и всюду и, будучи убежденным антибольшевиком, должен уничтожать большевиков в любой испанской, французской, немецкой и других территориях, ибо если французы, испанцы, японцы поступают отрицательно, то это далеко не значит, что и русские офицеры должны поступать так же. Принимая участие в войне, русские не должны рвать зубами Мадрид и Париж, ибо на черта они нам нужны, мы должны только помогать, но не освобождать. Но принимать участие в войне, и обязательно в русских единицах с возможно меньшими потерями, сберегая силы для последнего решительного боя под Москвой, русские обязаны. Честь и слава русским офицерам, воюющим против большевиков, хотя бы в Испании. Пускай сперва подохнут все большевики, а потом мы поговорим и все припомним иностранцам».

     Тот же Скородумов в одной из пропагандистских листовок пишет: «Не все ли равно, по какому месту бить большевиков: по морде, по затылку или по пятке, бить ли в России, в Испании или в Японии! Главное, бить и не дать опомниться! Где высунется красная морда, там и трах по морде».

Стать в строй

     Известно, что очень многие русские эмигранты хотели отправиться на помощь испанским мятежникам. Есть сведения, что Гвардейский казачий дивизион в Югославии вел переговоры с Франко о переброске в Испанию. Но переговоры ничем не закончились: казаки требовали обеспечить в случае гибели или инвалидности семьи пострадавших, испанцы на это не согласились.

     В своих воспоминаниях капитан Савин пишет, что в этот период переброска русских добровольцев в армию Франко была одной из главных целей РОВС. Возглавлявший его генерал Миллер видел в этом единственный способ уберечь от уничтожения кадры Союза, подвергавшиеся гонениям. Связь руководства РОВС с армией Франко была установлена капитаном Савиным через испанское посольство в Париже, благодаря помощи подполковника Благовещенского, который работал в страховой компании и имел деловые связи со многими странами Европы. Им были взяты на себя обязательства по финансированию первых групп.

     По плану генерала Миллера будущие воины должны были перекидываться в Испанию мелкими группами. По накоплению отряда в 150-200 человек в Испанию должен был выехать его командир - генерал Скоблин со знаменем Кор-ниловского полка. Заместителем Скоблина был назначен генерал Пешня, которого вместе с подчиненными ему марковцами планировалось отправить до испанской границы автобусами под видом туристов. При возможном конфликте на границе они должны были обезоружить пограничников и пробираться в Испанию любым способом. Этот план одобрил представитель Франко в Париже Филипе Родес.

     Но разработанный план дал сбои с самого начала. Генерал Скоблин отказался возглавить акцию, сославшись на болезнь жены. Ответственным за переброску добровольцев в Испанию был назначен генерал Шатилов. Однако и он вскоре был заменен на генерала Пешню. Отстранение Шатилова было связано, по словам Савина, «с растратой им денег, выделенных на поездку в Испанию, и уличением во лжи в финансовом отчете за командировку». Оскорбленный Шатилов стал тормозить отправку добровольцев, не останавливаясь даже перед информированием французских властей.

     В начале марта 1937 года первая группа из 7 человек выехала из Парижа к испанской границе. 16 марта выехала вторая группа, но была арестована французской полицией, что получило широкую огласку, которая в значительной степени привела к «замораживанию» акции. После же похищения генерала Миллера, скорой смерти генерала Пешни и предательства Скоблина на плане окончательно был поставлен крест.

     Но идея борьбы с большевизмом, хотя бы с «испанским», не была забыта. В сложившейся ситуации русским белым офицерам приходилось действовать на свой страх и риск, пробираясь в Испанию по горным дорогам, не только подвергаясь опасности быть арестованными французскими пограничниками, но и убитыми без суда и следствия республиканцами уже на испанской земле.

     Первыми русскими добровольцами стали генералы А.В. Фоки Н.В. Шинкарен-ко, капитан Н.Я. Кривошея и штабс-капитан Я.Т. Полу-хин, нелегально перешедшие границу Марокко, чтобы попасть к мятежникам. Их встретили настороженно - все русские олицетворялись в глазах испанцев с СССР. Но вскоре мнение о них изменилось. Стало ясно, что в ряды национальной армии встали непримиримые противники «красных». Об этих моментах повествует письмо одного из добровольцев.

 

 
 
       «При первых же известиях о восстании испанского офицерства против агентов Интернационала я твердо решил идти драться. Это грозило мне очень многими неприятностями, но я это выполнил.

     Перешло нас четверо границу Марокко. Сначала - то же, что было в Добровольческой армии, когда к нам переходили с красной стороны. При первом разговоре с пограничной охраной, когда выяснилось, что мы - русские, к нам отнеслись весьма недружелюбно и мы едва избежали больших неприятностей. Однако, пройдя допросы сержанта и лейтенанта, мы добрались до командовавшего постом капитана, который оказался в курсе событий в России, знал о существовании русской эмиграции и очень сердечно отнесся к нам. Мы впервые увидели со стороны иностранца понимание опасности большевизма и необходимости борьбы с ним до конца. Мы поведали ему, как горек опыт нашей гражданской войны, той же, что они ведут сейчас, той, что мы начали много лет назад.

     Нас отправили в штаб района, где мы встретили уже прямо дружеское отношение. Мы изъявили желание отправиться немедленно на фронт. На третий день мы были зачислены в офицерскую резервную роту и отправлены на аэропланах на полуостров.

     Офицерская рота - то же самое, что было у нас в первые месяцы Добровольческой армии. Под знамена сейчас стеклись все - и стар, и млад. Рядом со мной в строю отставные штаб-офицеры, а ротой командует капитан. Мы числимся в резерве, но уже участвовали в одном бою и трех стычках.

     Здесь, на испанском юге, все население против большевиков. Надо только видеть, как встречают белых. Красные зверствуют, как и у нас. Мы прошли уже десятка два селений, я лично видел разрушенные, сожженные и загаженные храмы, трупы священников, детей и женщин. Я присутствовал при составлении протокола: жену ушедшего к белым жандарма, мать 4 детей, изнасиловала при детях банда красногвардейцев, потом при ней же убили двух ее мальчиков. Страшные сцены, которые, естественно, ожесточают и белых. «Белые» - так они и называют себя.

 

 
 
       В испанской белой армии я почувствовал себя наконец исполняющим свой долг. То, что мы отказались от положенного нам маленького содержания, произвело огромное впечатление в нашей роте, где все довольствие и содержание идет за счет организатора роты - нашего капитана, когда-то богатого человека (теперь его имения конфискованы правительством, а он сам приговорен к расстрелу).

     Я, бывший русский офицер, горд и счастлив тем, что выполняю свой долг. Здесь борьба с большевиками не словами, а оружием. А что это большевики... В одном городке мы захватили весь их «пропагандный запас»: саженные портреты Сталина и Ленина, образцовые «красные уголки», отвратительные антирелигиозные плакаты. Испанские офицеры говорят, что все это делается по приказанию резидента Сталина, живущего в Мадриде... В трагическое положение попали те офицеры, которые пошли служить красным. Их держат, как спецов, при них комиссары, и их расстреливают при первой боевой неудаче. Мы же здесь, в белом лагере, все, от генерала и до последнего солдата, выполняем свой долг - защиты веры, культуры и всей Европы от нового натиска красного зверя».

 

 
 

 
 

  Белые судьбы

     Всего известно о 72 русских добровольцах, воевавших в армии Франко. Большинство было из Франции, но некоторые приехали из довольно экзотических мест, например - с Мадагаскара.

     В апреле 1937 года было получено распоряжение из штаба Франко о формировании отдельной русской добровольческой части с русским уставом и русским командованием, однако ввиду малочисленности добровольцев был создан лишь русский отряд.

     Весь 1938 и начало 1939 года русские добровольцы в составе своего батальона вели активные оборонительные и разведывательные действия на участке фронта на реке Тахо. В сентябре 1938 года белые добровольцы заняли господствующую высоту Эль-Контандеро в районе Махон Бланко и оборудовали там образцовый опорный пункт. В феврале 1939 года батальон с русским отрядом был передислоцирован в Эль-Торо, где русские занимали боевые позиции до окончания боевых действий.

     Из 72 добровольцев было убито 34, а из оставшихся живыми 9 получили ранения. Среди убитых числится генерал-майор А.В.Фок. Во время боя в районе Кинто де Эбро его рота была окружена и почти полностью уничтожена, а сам Фок застрелился, чтобы не попасть в плен. В этом же бою погиб капитан Я.Т. Полу-хин. Раненный в шею, он был перенесен в местную церковь для перевязки и оказался погребен под ее развалинами после артобстрела. Известны подробности гибели морского летчика старшего лейтенанта В.М. Марченко. 14 сентября 1937 года он вылетел на ночное бомбометание. После выполнения задания самолет Марченко был атакован несколькими истребителями. В воздушном бою его самолет был подбит, а экипаж выбросился с парашютами. Приземлившись, Марченко направился к своим позициям, но наткнулся на красных и был убит в перестрелке. Его тело по требованию советских летчиков, принимавших участие в воздушном бою, было захоронено на городском кладбище. Позже местные жители откопали гроб и зарыли его вне кладбища. После занятия района белыми останки летчика были перевезены в Севилью и вновь захоронены с воинскими почестями.
 

 
 
 

 

Гражданская война, начавшаяся 70 лет назад в Испании, «заворожила» мир: каждый поддерживал в ней своих

     Русская эмиграция не осталась равнодушной к судьбам своих соотечественников, воевавшим в Испании. Чтобы помочь русским, сражающимся в армии Франко, в середине 1938 года в Брюсселе образовался Комитет помощи русским воинам. Было выпущено воззвание: «Комитет задался целью поддержать наших воинов морально, дать им почувствовать, что русская эмиграция не забыла их, сочувствует им и ценит их подвиги, а также обеспечит им в пределах наших сил и возможностей некоторую материальную помощь». Председателем комитета была избрана баронесса О.М. Врангель.

Война окончена, война продолжается

     30 июня 1939 года русские добровольцы были официально уволены из рядов испанской армии. Франко не забыл своих русских соратников. Всем им было присвоено звание сержанта (кроме тех, кто уже имел офицерский чин), они получили двухмесячный отпуск с сохранением денежного содержания и испанские награды «Военный Крест» и «Крест за воинскую доблесть». Всем русским добровольцам предоставили возможность получить испанское гражданство, чем воспользовались многие.

     29 октября 1939 года группа русских добровольцев во главе с полковником Н.Н. Болтиным была принята Франко. Каудильо спросил, что еще он может сделать для русских? Болтин ответил: «Мы ничего не просим для себя лично, мы только просим, чтоб вы устроили желающих офицерами в испанский африканский легион». Просьба была удовлетворена.

     Дальнейшая судьба «испанских русских» сложилась по-разному. Многие остались в Испании, выбрав мирные профессии, другие продолжали военную службу. Ряд русских добровольцев, сражавшихся в Испании, отправились воевать в Россию в составе испанской добровольческой «Голубой дивизии». Другие сражались с советскими войсками в составе итальянских частей. Третьи с началом войны против СССР организовали русские добровольческие части в составе германского вермахта и позднее вошли в состав РОА.

Дорога домой через Испанию

     По эмигрантским источникам, около 40 офицеров (по советским - от нескольких сот до тысячи русских эмигрантов) сражались и на стороне Республики. Они воевали в канадском батальоне имени Маккензи-Палино, балканском батальоне имени Димитрова, батальоне имени Домбровского, франко-бельгийской бригаде. Шесть украинцев сражались в «Чапаев-батальоне».

     В декабре 1936 года в операции за Теруэльский выступ пехотная часть 13-й интербригады понесла огромные потери. В ее составе сражалась рота бывших белогвардейцев, которая была почти полностью уничтожена.

     Во многих республиканских частях русские эмигранты занимали командные должности. Командиром роты в батальоне имени Домбровского был поручик И.И. Остапченко, командовал артиллерией Арагонского фронта полковник белой армии В.К. Глиноецкий, комендантом штаба 14-й интербригады был петлюровский офицер капитан Кореневский. Капитаном республиканской армии был и сын Б.В. Савинкова - Лев Савинков. Интересно, что в его судьбе и продвижении по службе принимал активное участие майор госбезопасности Г.С. Сыроежкин, бывший в Испании старшим советником XIV партизанского корпуса. В 1920-е годы Сыроежкин был одной из центральных фигур в операции «Синдикат-2», нацеленной на уничтожение подпольной белоэмигрантской организации «Союз защиты Родины и свободы» и арест ее лидера Б.В. Савинкова.

     Участник событий А.И. Родимцев в своих воспоминаниях отмечает, что в учебном центре по формированию интербригад обучалось множество русских, украинцев и белорусов. Особенно много, по словам Родимцева, было выходцев из Западной Украины. Их численность достигала тысячи человек. Многие из них владели испанским языком и работали переводчиками. Из украинцев-добровольцев была сформирована даже отдельная рота имени Тараса Шевченко.

     Переброску в Испанию русских добровольцев из Франции, Чехословакии, Болгарии и Югославии совместно с испанцами организовывали советские разведорганы. Первичным отбором кандидатов занимались «Союзы за возвращение на родину», являвшиеся официально зарегистрированными общественными организациями. Активной участницей движения за возвращение на родину была В.А. Гучкова-Трэйл - дочь А.И. Гучкова, бывшего военного и морского министра Временного правительства. В 1932 году она стала сотрудничать с ГПУ и в 1936 году входила в спецорганизацию по вербовке добровольцев в Испанию.

     О встрече с белоэмигрантами в республиканской армии пишет в своих воспоминаниях А.А. Ветров, впоследствии генерал-лейтенант.

    «После недавних боев на нашем участке фронта установилась тишина. Вдруг послышалось далекое пение. Слаженная группа голосов выводила мелодию русской песни «Во кузнице молодые кузнецы». Услышать пение на передовой - не совсем обычное явление. Но еще более удивительно было то, что пели в горах Испании старинную русскую песню. Я пошел на голоса. В убежище около печурки сидели пожилые воины. «Салуд, камарадас!» - поздоровался я. «Салют!» - ответил кто-то. «Хорошо поете», - сказал я, присаживаясь. «Кем будете? Что делаете здесь?» - спросил меня боец во французской каске. Я не мог рассказать об участии в войне советских добровольцев и придумал историю о «мексиканском» гражданстве. «Мексиканские танкисты на советских танках?» - удивился солдат, но от дальнейших вопросов воздержался. Во время беседы я узнал, что нахожусь в подразделении интербригады, составленном из русских эмигрантов, большинство которых в свое время служили рядовыми либо младшими офицерами русской армии. На вопрос, что заставило их, далеко не молодых и многое испытавших людей, взяться за оружие, я услышал: «Мы, члены парижского «Союза возвращения на родину», присоединились к антифашистской борьбе, потому что ненавидим фашизм, а также потому, что желаем в борьбе с общим врагом заслужить право называться советскими гражданами и возвратиться на землю наших предков».

Советники из Страны Советов

     СССР не сразу принял участие в испанских событиях. В отличие от других европейских стран, имевших в Испании значительные экономические, политические или стратегические интересы, у СССР таковых в этой части Европы практически не было. Факты показывают, что в начале гражданской войны в Испании Советский Союз не собирался принимать прямого участия в конфликте и, присоединившись к соглашению о невмешательстве, выполнял обязательство не допускать экспорт, реэкспорт и транзит в отношении Испании оружия, обмундирования, военных материалов, самолетов и кораблей.

     Поворот в советской политике произошел в сентябре 1936 года. Война в Испании давала возможность СССР усилить свои позиции и радикально изменить политический ландшафт Европы. Политбюро ЦК ВКП(б) поручило начальнику иностранного отдела НКВД А. Слуцкому разработать план мероприятий по Испании. План предусматривал создание за границей специальных фирм для закупки и отправки в Испанию оружия, техники и военного снаряжения. Наркоматы и ведомства получили указания по организации военных поставок непосредственно из СССР. Обсуждался вопрос о направлении в Испанию регулярных частей Красной Армии, но это предложение было отклонено. Вместо этого было решено направить в Испанию штат военных советников и специалистов для оказания помощи в создании регулярной республиканской армии.

     Отправке советников предшествовал отбор кандидатов, который производился кадровыми органами Наркомата обороны. Главные и старшие военные советники, советники фронтов и дивизий утверждались ЦК ВКП(б). Отъезжающих инструктировал лично начальник Разведуправления НКО С. Урицкий.

     Для отправки советников из СССР в Испанию использовались в основном два пути - сушей через Францию и Средиземным морем до Картахены. Небольшое количество советских военных специалистов попадало в Испанию через балканские государства и Африку. Все они снабжались фальшивыми паспортами других стран. Некоторым советникам, выезжавшим в Испанию, оформлялись визы как дипломатическим курьерам и сотрудникам полпредства, торгпредства и генконсульства в Барселоне.

 


 

 
 
 

 

     Система советского советнического аппарата в Испании состояла из нескольких уровней. Высшую ступень - пост Главного военного советника - последовательно занимали Я.К. Берзин, Г.Г. Штерн и К.М. Качанов. Следующий уровень был представлен в различных службах генерального штаба республиканской армии. При генерале Рохо сменилось пять советников, в том числе К.А. Мерецков.

     В Генеральном военном комиссариате работали два советника - дивизионные комиссары Красной Армии, в том числе Н.Н. Нестеренко, впоследствии известный исследователь истории войны в Испании. В штабе ВВС сменилось 9 советников. В штабах артиллерии и ВМС было по 4 советника. Два советника были в штабе ПВО и два - при военно-медицинской службе.

     Третий уровень системы состоял из советников командующих фронтов. Эту работу осуществляли, сменяя друг друга, 19 советников. На том же уровне, но уже при штабах различных фронтов действовали еще 8 советников, а также командиры-инструкторы, советники командиров дивизий, полков и других воинских единиц, число которых точно не установлено. Следует упомянуть и о группе инженеров-специалистов по вооружению, помогавших налаживать военную промышленность в Мадриде, Валенсии, Барселоне, Сабаделе, Сагунто, Картахене и Мурсии. Они были включены в штат заводов, производящих оружие и занимавшихся сборкой истребителей по советским лицензиям.

     Четвертый уровень, базовый, составляли военные специалисты-добровольцы: летчики, танкисты, моряки.

     До сих пор не известно точное число советских военных советников, работавших для Испанской Республики. В различные периоды деятельности их численность колебалась. В некоторых источниках утверждается, что общее число советников с октября 1936 г. по март 1939 г. составило около 600 человек.

Летчики, танкисты, моряки...

     Кроме советников, на помощь Республике прибыли советские добровольцы из числа кадровых военных. Первыми в сентябре 1936 года приняли участие в боях на мадридском направлении в составе 1-й бомбардировочной эскадрильи советские летчики. В октябре того же года в Испанию из СССР было доставлено 30 скоростных бомбардировщиков СБ. К этому времени в Испании воевали уже 300 советских летчиков.

     Сохранилось много свидетельств о том, как воевали советские летчики в небе Испании. Летчик-истребитель С. Черных первым сбил в Испании немецкий «Мессершмидт-109». Командир звена П. Путивко под Мадридом совершил первый в истории советской авиации таран. А первый в истории отечественной авиации ночной таран совершил лейтенант Е. Степанов, направивший свой И-15 на итальянский самолет «Савойя». Уникальную операцию по уничтожению самолетов противника на аэродроме под Сарагосой 15 октября 1937 года провели летчики истребительной группы под командованием Е. Птухина. За полчаса советские летчики сожгли более 40 итальянских самолетов, ангары, склады с боеприпасами и горючим.

     В боевых действиях на стороне республиканцев участвовали и танкисты из СССР. До начала гражданской войны в испанской армии было всего два танковых полка. Один из них, вооруженный французскими танками «Рено» времен Первой мировой войны, перешел на сторону республиканцев. Сначала советские танкисты использовались как преподаватели в учебном центре в Мурсии, но уже 26 октября 1936 года из-за тяжелого положения в Мадриде они были сведены в танковую роту в составе 15 танков (испанские курсанты стали заряжающими). Некоторые зарубежные исследователи очень высоко оценивают боевые качества советских танкистов. Например, английский ученый Р. Карр в книге «Испанская трагедия» отмечает, что «на всем протяжении войны советские танкисты имели превосходство над германскими и итальянскими танкистами». И это, по всей видимости, действительно так. Во всяком случае, 21 танкисту, воевавшему в Испании, было присвоено знание Героя Советского Союза.

     В боевых действиях в рядах республиканцев принимали участие и советские моряки. Шестеро советских подводников были назначены командирами лодок.

     Всего, согласно сохранившимся данным, в Испании сражались 772 советских летчика, 351 танкист, 100 артиллеристов, 77 моряков, 166 связистов, 141 инженер и техник, 204 переводчика.

     К осени 1938 года по просьбе республиканского правительства советские добровольцы покинули Испанию. Только в центрально-южной зоне работала небольшая группа советников под руководством комбрига М.С. Шумилова, покинувшая страну в марте 1939 г.

...и диверсанты

     Активно работали в Испании и представители советской военной разведки и НКВД. Помимо чисто разведывательных задач они проводили диверсионную работу: взрывали мосты, нарушали коммуникации и связь, пытались организовать массовое партизанское движение, которым руководил Х.У. Мамсуров, впоследствии Герой Советского Союза, генерал-полковник. Среди известных военных разведчиков и диверсантов можно назвать Г. Сыроежкина, Л.П. Василевского, Н.Г. Коваленко, С.А. Ваупшасова. Интересно, что переводчиком и помощником С.А. Ваупшасова был русский эмигрант П.И. Науменко.

     При 14-м партизанском корпусе, сформированном для выполнения разведывательно-диверсионных заданий, были созданы две спецшколы, в Барселоне и Валенсии. Начальником Барселонской школы был Жан Андреевич Озоль, инструктором по подрывной и диверсионной работе - советский военный советник Андрей Федорович Звягин, бывший офицер русской императорской армии.

     Война в Испании была активно использована НКВД для широкого внедрения в военные, государственные и политические структуры Испанской Республики, создания опорных пунктов и групп, с помощью которых предполагалось расширить секретные операции в Европе и Америке. Сотрудники НКВД должны были оказать помощь Республике в организации разведки и контрразведки, но они стали активно вмешиваться в политическую борьбу, заниматься вербовкой агентуры среди испанцев и бойцов интербригад, проводить специальные операции против политических деятелей и организаций, находившихся в оппозиции к коммунистам. По сведениям крупного специалиста по истории гражданской войны в Испании, доктора исторических наук М.Т. Мещерякова, агентура НКВД, руководимая А. Орловым, сыграла решающую роль в организации и проведении в середине 1937 года операции по ликвидации Объединенной рабочей марксистской партии (POUM). Эта левоэкстремистская партия «марксистов-ленинцев», одно время входившая в Народный фронт, занимала непримиримые позиции в отношении компартии Испании и резко критиковала теоретические и политические взгляды Сталина. Именно действия агентуры НКВД создали в некоммунистических партиях и организациях Народного фронта и западноевропейской общественности стойкое убеждение в том, что СССР взял курс на устранение всех противников компартии с политической арены и «советизацию» Испании.

     Выполнение «интернационального долга» обошлось СССР дорого. Из почти 4.000 военных специалистов, принимавших участие в боевых действиях, погибли более 200.

     Многие офицеры, воевавшие в рядах республиканской армии, стали впоследствии видными советскими военачальниками, 59 человек были удостоены звания Героя Советского Союза. Немало участников войны в Испании по возвращении на родину попали под репрессии (Я.К. Берзин, Г.М. Штерн, Я.В. Смушкевич, К.А. Мерецков, В.Е. Горев, Б.М. Симонов, П.В. Рычагов, Е.С. Птухин и другие).

 
По материалам сайта http://www.spain.kp.ru/daily/history/doc124948/
 
 

[версия для печати]
 
  © 2004 – 2015 Educational Orthodox Society «Russia in colors» in Jerusalem
Копирование материалов сайта разрешено только для некоммерческого использования с указанием активной ссылки на конкретную страницу. В остальных случаях необходимо письменное разрешение редакции: ricolor1@gmail.com