Россия в красках
 Россия   Святая Земля   Европа   Русское Зарубежье   История России   Архивы   Журнал   О нас 
  Новости  |  Ссылки  |  Гостевая книга  |  Карта сайта  |     
Главная / Европа / Бельгия / МИР ПРАВОСЛАВИЯ / Священник Георгий Тиммер: «Именно в России я увидел безграничную меру святости». Сергей Мудров

 
Рекомендуем
Новости сайта:
Дата в истории
Новые материалы
 
Главный редактор портала «Россия в красках» в Иерусалиме представил в начале 2019 года новый проект о Святой Земле на своем канале в YouTube «Путешествия с Павлом Платоновым»
 
 
 
Владимир Кружков (Россия). Австрийский император Франц Иосиф и Россия: от Николая I до Николая II . 100-летию окончания Первой мировой войны посвящается
 
 
 
 
 
 
 
Никита Кривошеин (Франция). Неперемолотые эмигранты
 
 
 
Ксения Кривошеина (Франция). Возвращение матери Марии (Скобцовой) в Крым
 
 
Ксения Лученко (Россия). Никому не нужный царь
 
Протоиерей Георгий Митрофанов. (Россия). «Мы жили без Христа целый век. Я хочу, чтобы это прекратилось»

 
 
Павел Густерин (Россия). Россиянка в Ширазе: 190 лет спустя…
 
 
 
 
 
 
Кирилл Александров (Россия). Почему белые не спасли царскую семью
 
 
 
Протоиерей Андрей Кордочкин (Испания). Увековечить память русских моряков на испанской Менорке
Павел Густерин (Россия). Дело генерала Слащева
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Мы подходим к мощам со страхом шаманиста
Борис Колымагин (Россия). Тепло церковного зарубежья
Нина Кривошеина (Франция). Четыре трети нашей жизни. Воспоминания
Павел Густерин (Россия). О поручике Ржевском замолвите слово
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия).  От Петербургской империи — к Московскому каганату"
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Приплетать волю Божию к убийству человека – кощунство! 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). "Не ищите в кино правды о святых" 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). «Мы упустили созидание нашей Церкви»
Алла Новикова-Строганова. (Россия).  Отцовский завет Ф.М. Достоевского. (В год 195-летия великого русского православного писателя)
Ксения Кривошеина (Франция).  Шум ленинградского прошлого
Олег Озеров (Россия). Гибель «Красного паши»
Павел Густерин (Россия). О заселении сербами Новороссии
Юрий Кищук (Россия). Невидимые люди
Павел Густерин (Россия). Политика Ивана III на Востоке
Новая рубрика! 
Электронный журнал "Россия в красках"
Вышел осенний номер № 56 журнала "Россия в красках"
Архив номеров 
Проекты ПНПО "Россия в красках":
Публикация из архивов:
Раритетный сборник стихов из архивов "России в красках". С. Пономарев. Из Палестинских впечатлений 1873-74 гг. 
Славьте Христа добрыми делами!

Рекомендуем:
Иерусалимское отделение Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО)
Россия и Христианский Восток: история, наука, культура





Почтовый ящик интернет-портала "Россия в красках"
Наш сайт о паломничестве на Святую Землю
Православный поклонник на Святой Земле. Святая Земля и паломничество: история и современность
Священник Георгий Тиммер: «Именно в России я увидел безграничную меру святости»

 
С отцом Георгием Тиммером, клириком Никольского кафедрального собора в Брюсселе, я познакомился более двух лет назад. В то время я жил в голландском городе Маастрихте, а по воскресным и праздничным дням ездил в бельгийский Льеж, в одну из русских Церквей. В день Рождества Христова, 7 января 2007 года, отец Георгий сослужил архиепископу Брюссельскому и Бельгийскому Симону в льежской церкви в честь иконы Божией Матери «Живоносный Источник». После этого батюшку из Брюсселя мне посчастливилось видеть не один раз. Он приезжал в Льеж совершать литургию – в те дни, когда отсутствовал владыка Симон. Высокий (как и большинство голландцев) и немного худощавый, отец Георгий стремился к строгости и порядку, уча прихожан не опаздывать на Божественную службу и достойно готовиться ко святому причастию. Приятно удивлял русский язык батюшки – правильный, колоритный и с малозаметным акцентом.

Впрочем, служение в Льеже было и остается для отца Георгия временным церковным послушанием. Основной его приход – в бельгийской столице. Именно там, в Брюсселе, состоялась наша беседа с отцом Георгием – коренным голландцем с удивительно доброй, искренней и по-русски открытой душой.

Эрик (Георгий) Тиммер родился в 1974 году в голландском городе Девентере, в нерелигиозной семье. Еще со школьной скамьи (с 12 лет) начал изучать русский язык. Впервые посетил Россию летом 1992 года. Поездка произвела неизгладимые впечатления на 17-летнего школьника из восточного региона центральной Голландии.

– Мы поехали в Россию с группой голландской молодежи, повезли туда гуманитарную помощь, – рассказывает отец Георгий. – Жили и работали в помещениях, где сейчас находится монастырь преподобного Александра Свирского (Санкт-Петербургская епархия). В то время большая часть этих зданий принадлежала психиатрической больнице. Там я впервые посетил православное богослужение. Литургия служилась в пустом храме, без иконостаса и икон, с маленьким, но дивным хором. Все было каким-то особым, все дышало любовью: служба, природа, общение с сельскими жителями. Мне даже показалось, что там, на границе с Карелией, сохранилась толика той великой христианской любви, которой была пронизана русская культура. После первой поездки мы с другом принялись убеждать родителей отпустить нас в Россию на целый год.

Судьба благоволила Эрику: окончив школу, он получил грант для годичной учебы в Педагогическом институте им. А.И. Герцена в Санкт-Петербурге. Многие его сверстники мечтали об Австралии, Америке, Южной Африке… А 18-летний уроженец Девентера с радостью отправился в неизвестную и таинственную для Запада Россию. В Россию оплеванную и поруганную. В Россию, порой ненавидимую своими и чужими. Но именно там, в страдающей России, Эрику было суждено стать христианином.

– В Петербурге я посещал православные богослужения, хотя и нечасто. Наверное, раз в месяц, – вспоминает отец Георгий. – Задавал вопросы своим православным знакомым, читал Священное Писание. Однако крестился только за три дня до отъезда в Голландию – 25 июня 1994 года.

Как подчеркивает батюшка, крещение перевернуло его жизнь. Многого он не знал, но был готов со смирением принять все, чему учит Православная Церковь. Даже выбор профессии был сделан с таким расчетом, чтобы не терять связи с Россией: Георгий поступил в Институт переводчиков в Маастрихте на специальность «Русский и английский языки». Особенно радовала будущего переводчика та часть программы, что предполагала стажировку в Москве. Впрочем, даже на каникулах он стремился не столько в родительский дом, сколько в Россию, становившуюся для православного голландца второй родиной.

В 1998 году Георгий успешно окончил институт, получив степень бакалавра гуманитарных наук. После института последовал год работы переводчиком в Англии и год административной работы в Голландии. А затем – кардинальный шаг. Оставив свою должность и распрощавшись со светской карьерой, Георгий поступил на очное отделение Санкт-Петербургской духовной семинарии. Это произошло в 2000 году.

– На самом деле идея поступления в семинарию созрела у меня еще раньше, – объясняет батюшка. – Но я был немного робким в этом плане, поскольку считал, что человек не должен идти в духовное учебное заведение сугубо по своей воле. Мне казалось, что нужны призвание и особый знак. И вот один раз священник, который меня крестил, – отец Михаил Николаев – как бы в шутку спросил: «Ну что, ты идешь учиться в семинарию?» Но я воспринял слова отца Михаила очень серьезно. Как тот самый знак, которого я ждал. Получив благословение своего духовника – ныне почившего протоиерея Василия Ермакова из Петербурга, – я подал документы.

Отец Георгий проучился на дневном отделении семинарии шесть лет. «Лишний» год добавился случайно – из-за… ноутбука, упавшего на пол за несколько дней до окончания духовной школы. Вместе с ноутбуком погибла дипломная работа. Защиту пришлось переносить на следующий год.

– К тому времени я уже женился на русской девушке Галине, уроженке Нижегородской области, и стал священнослужителем, – говорит отец Георгий. – Рукополагал меня владыка Симон в Брюсселе. Диаконом я стал 31 октября 2004 года, а иерейская хиротония состоялась через несколько дней – 4 ноября.

– Думаю, потеря дипломной была не случайна, а промыслительна, – утверждает отец Георгий. – Благодаря разбитому ноутбуку я смог задержаться в России еще на один год. Лекции и семинары остались позади, я только писал дипломную и служил в церкви преподобного Серафима Саровского на Серафимовском кладбище под руководством своего духовника.

За время учебы в Петербурге отец Георгий полюбил Россию не меньше, чем свою родину. А в чем-то, наверное, и больше. Так, по крайней мере, думалось мне, когда я с интересом внимал словам своего собеседника.

– Конечно, голландцы, по сравнению с русскими, хорошие организаторы, – делился своим мнением батюшка. – Но мне кажется, что русские – это настоящие трудяги. Могут работать с утра до вечера, да еще и ночью. Способны на невозможное. Русским присуща особая духовность и одаренность. Я, например, видел, как некоторые студенты, не особо старавшиеся в течение учебного года, в конце, на экзаменах, получали высокие оценки.

– Безусловно, в России есть немало зла, – продолжает отец Георгий. – Зло это я хорошо почувствовал, когда ходил на ранние литургии на Серафимовское кладбище в Петербурге. На каждом шагу встречались группы молодежи со спиртным, в том числе и девушки. Порой я не знал, какой дорогой идти, потому что было страшно. В то же время именно в России я увидел безграничную меру святости. Святость людей, полностью посвятивших свою жизнь Богу. Думаю, что на Западе такую святость представить невозможно.

– И вообще я считаю себя человеком, рожденным в духе России, – подчеркнул батюшка. – Все-таки мое духовное становление проходило на российской земле. Наверное, я хорошо чувствую нужды и потребности русских людей. Мне кажется, что я понимаю русских лучше, чем своих соотечественников-голландцев.

– Почему же вы тогда решили вернуться на Запад? Причем даже не в Голландию, а в Бельгию? – интересуюсь я.

– Я бы с удовольствием остался в России, – признается отец Георгий. – Но для поступления в семинарию требовалось письменное благословение правящего архиерея. А это, в свою очередь, предполагало возвращение в свою епархию. Владыка Симон управляет приходами Московского Патриархата и в Бельгии, и в Голландии. Однако по голландским законам сложно привезти в страну жену-иностранку: срок ожидания, необходимый для оформления всех документов, может составить около полутора лет. Наш владыка, не будучи сторонником разделения семей священников, предложил мне служить в Бельгии. Как раз за десять дней до моего возвращения освободилось место в Никольском соборе.

Сегодня отец Георгий – единственный священник кафедрального собора, полностью свободный для церковного служения. Настоятель собора протоиерей Антоний Ильин исполняет обязанности руководителя Представительства Московского Патриархата при европейских международных организациях. Второй священник, иерей Сергий Модель, работает в секретариате Комиссии редакции протоколов заседаний Парламента Бельгии. И только отец Георгий имеет возможность служить практически в любой день.

– Мне с самого начала хотелось быть каждый день в храме, как можно чаще служить, – подчеркнул батюшка. – С августа прошлого года мы стали служить литургии по четвергам и субботам. В субботу – выходной, все свободны. А четверг посвящен святителю Николаю. Меня это очень поддерживает.

В то же время отец Георгий не скрывает: в Бельгии священника подстерегает очень опасный враг – уныние.

– Здесь иногда сидишь целыми днями и, по сути, ничего не делаешь, – с сожалением констатирует батюшка. – Вот и подбирается уныние. Хочется что-то сделать, а не можешь. Мне предлагали служить в будние дни ранние литургии. Однако у нас половина прихода – полячки, которые в основном работают уборщицами. Они очень набожные, но трудятся с самого утра. Поэтому служить для них ранние литургии невозможно. Другие прихожане тоже заняты на работе. От предложения пришлось отказаться.

Несколько месяцев отец Георгий дежурил в храме. Приходил с утра и ждал посетителей. Но за три месяца в храм зашел всего один человек. Да и то не без помощи батюшки. Отец Георгий, услышав, как кто-то читает снаружи надпись, отворил дверь. Оказалось, у посетителя была мысль крестить ребенка. Больше в храме никто не появлялся.

– Все это, конечно, очень печально, – с горечью говорит мой собеседник. – Некоторые с легкостью советуют: «Да служи просто литургию. Как святой Алексий Мечёв. Служил же он каждый день». Но на самом деле это трудно выдержать – литургия без прихожан. Хотя раньше я так и планировал. Но сейчас понимаю, какой великий подвиг нес отец Алексий.

– В общем, мне пришлось смириться со здешними правилами, – замечает отец Георгий. – Мобильные телефоны всех священников указаны на двери храма. Если что-то нужно, то тебе звонят и договариваются. У меня, правда, это вызывает некоторое внутреннее противление. Мне хочется быть в храме каждый день. Мне хочется, чтобы человек, нуждающийся в помощи, шел в храм, ища там утешения и молитвы. А не просто набирал номер священника. Да и священник из-за этого меняется. Он сидит дома, ждет какого-то звонка. И уже устает ждать.

– В России, конечно, было по-другому, – оживляется отец Георгий. – Там я постоянно был в храме. Там всегда есть какие-то люди, всегда надо совершать требы. Иногда случалось до шести отпеваний в день. Здесь же шесть отпеваний бывает в год… Правда, в России ко мне подкрался другой враг – физическая усталость. Я немного сдал физически, пришлось даже сделать операцию.

Воспоминания о России будят в отце Георгии теплые чувства. Он с любовью говорит о своем духовнике – протоиерее Василии Ермакове. Вспоминает о том, сколько времени и сил батюшка отдавал своему служению – служению Богу и людям. С 5 утра в воскресенье у него начиналась исповедь, потом служба, поучения, беседы с народом, совместные трапезы. Словом, деятельная приходская жизнь. Среди людей, для которых вера в Бога наполнялась особым, неземным смыслом.

– Я вспоминаю, с каким великим страхом Божиим, верою и любовью православные подходили к причастию в Серафимовском приходе, – говорит отец Георгий. – А здесь какой-то пустой взгляд бывает. Сегодня многие на Западе говорят: причащайтесь как можно чаще. Неважно, как вы готовились – переели, перепили… Главное, чтобы были со Христом. Но мой духовник считал, что современные люди неспособны принять благодать очень частого причащения. Думаю, на Западе следует учить православных достойно готовиться к причастию: поститься, вычитывать каноны, отчетливо осознавать, что к святой чаше надо приступать с великим благоговением. Мне известно немало случаев, когда верующие, причастившись без подготовки, впадали в сильнейшие искушения. Не хочется, чтобы «упрощенный» подход к причастию, практикуемый отдельными общинами Запада, стал бы повсеместным.

В Никольском соборе г. Брюсселя
В Никольском соборе г. Брюсселя

Отец Георгий не обходит стороной и другие, не менее острые проблемы. Батюшка с сожалением констатирует, что многие прихожане в Бельгии игнорируют вечерние богослужения. Иногда всенощное бдение в Никольском соборе начинается в пустом храме. Обычно же стоит человек пять молящихся. Такая же картина в других храмах. На вечерние богослужения редко приходит больше десяти человек.

– Вот вы интересуетесь перспективами голландского или бельгийского Православия, – обращается ко мне отец Георгий. – Я же ставлю более приземленные цели. Мой родной брат принял Православие в 1999 году. Принял через святое крещение, поскольку он, как и я, крещен не был. Сейчас я молюсь о том, чтобы к Православию пришли мои родители. К сожалению, это не так просто. Даже невзирая на происходящие в их жизни чудеса. К примеру, мой отец исцелился после помазания освященным маслом. Хотя до этого сильно болел, не получая от врачей никакой пользы. Отец, слава Богу, выздоровел, но потом, как это часто бывает, воспоминания о болезни и чудесном исцелении отошли на второй план. Кроме того, мои родители переживают, полагая: став православными, они должны будут стать русскими. А им хочется остаться голландцами.

– Может быть, имело бы смысл двигаться в направлении национального голландского и бельгийского Православия? – спрашиваю я.

– С одной стороны, в ваших словах есть доля истины, – отвечает отец Георгий. – Но с другой… Я вижу, какие перемены происходят в приходах Экзархата русской традиции Константинопольского Патриархата. Экзархат возглавляет коренной бельгиец (фламандец) – архиепископ Гавриил (де Вильдер). И в общинах Экзархата в Голландии подчеркивают: мы не русские, мы голландцы. Но дух у них другой. В итоге происходит смешение православной веры и голландского либерализма.

– Что вы имеете в виду?

– Мне очень больно об этом говорить, но в приходе Экзархата в Девентере есть открытые гомосексуалисты и лесбиянки. Они официально состоят в однополых «браках». Гомосексуальная «пара» взяла на воспитание ребенка, а у лесбиянок родилось несколько детей, зачатых искусственным путем. И этим людям разрешают причащаться! Да, некоторые из них, сугубо по своим человеческим качествам, возможно, хорошие люди. Но, живя в таком грехе и оправдывая его, они, естественно, не должны быть допускаемы до святого причастия. Сначала надо дождаться их покаяния. Однако у настоятеля девентерского прихода протоиерея Феодора ван дер Фоорта, по-видимому, другое мнение. Он не видит в таком «браке» особой проблемы, будучи при этом поддерживаем священноначалием – архиепископом Гавриилом. Невзирая на смущение части прихожан и священнослужителей из разных православных юрисдикций.

– Для меня все это особенно больно потому, что приход находится в моем родном городе, – подчеркивает батюшка. – Я его нередко посещал, когда приезжал в гости к родителям. При этом и отец Феодор, и некоторые прихожане играли положительную роль на начальном этапе моего духовного становления.

– И вот я, как священник, боюсь такого голландского или бельгийского «православия», –резюмирует отец Георгий. – Когда начинают оправдывать явный грех, заявляя, что времена изменились. Когда прихожане – люди действительно умные и образованные – учат других, не практикуя сами того доброго, чему учат. Про вечерние и утренние молитвы с ними лучше не говорить: начнут смеяться. Но где же тогда почерпнуть живой духовный опыт? Его, к сожалению, нет.

А без этого опыта, считает мой собеседник, создание единой Западной митрополии и тем более автономной Церкви Западной Европы обречено на провал. Потому как православные из местных еще толком не укоренились ни в одной традиции. Ни в греческой, ни в русской, ни в сербской.

– Конечно, я молюсь за свой народ, – говорит отец Георгий. – Иногда что-то перевожу на голландский. Но без особой надежды стать новым Кириллом или Мефодием. К сожалению, шансы на скорые перемены очень невелики. Разве что жизнь начнет учить европейцев… катаклизмами и скорбями.

– Тогда, возможно, люди станут более открытыми православной вере. Пока же этого нет, – подчеркнул батюшка.

«А будет ли?» – печально сжимают сердце несказанные слова. Найдет ли Сын Человеческий веру на земле? Даже если бельгийцы и голландцы обратятся к Православной Церкви, не окажется ли Православие втиснутым в рамки «упрощенной» или морально индифферентной модели, о которой с горечью говорит отец Георгий? Конечно, представители либеральной ветви Православия на Западе в меньшинстве. Но они активно подают голос. Страстно усиливаемый теми, кто даже в вере ищет комфорт и земное удобство.

Хотя есть и отрада. Господь посылает православным русским, бельгийцам и голландцам таких священников, как отец Георгий. Деятельных, но консервативных. Твердо стоящих в вере и не пытающихся «разбавить» заповеди Христовы и каноны святой Церкви мутной водицей обновленчества XXI века.

18 / 08 / 2009

[версия для печати]
 
  © 2004 – 2015 Educational Orthodox Society «Russia in colors» in Jerusalem
Копирование материалов сайта разрешено только для некоммерческого использования с указанием активной ссылки на конкретную страницу. В остальных случаях необходимо письменное разрешение редакции: ricolor1@gmail.com