Россия в красках
 Россия   Святая Земля   Европа   Русское Зарубежье   История России   Архивы   Журнал   О нас 
  Новости  |  Ссылки  |  Гостевая книга  |  Карта сайта  |     

 
Рекомендуем
Новости сайта:
Дата в истории
Новые материалы
Павел Густерин (Россия). О поручике Ржевском замолвите слово
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). «Мы упустили созидание нашей Церкви»
Алла Новикова-Строганова. (Россия).  Отцовский завет Ф.М. Достоевского. (В год 195-летия великого русского православного писателя)
Ксения Кривошеина (Франция).  Шум ленинградского прошлого 
Алла Новикова-Строганова (Россия). Насквозь русский. (К 185-летию Н. С. Лескова)
Юрий Кищук (Россия). Сверхзвуковая скорость
Алла Новикова-Строганова (Россия). «У любви есть слова». (В год 195-летия А.А. Фета)
Екатерина Матвеева (Россия). Наше историческое наследие
Игорь Лукаш (Болгария). Память о святом Федоре Ушакове в Варне

Павел Густерин (Россия). Советский разведчик Карим Хакимов
Олег Озеров (Россия). Гибель «Красного паши»
Павел Густерин (Россия). О заселении сербами Новороссии
Юрий Кищук (Россия). Невидимые люди
Архимандрит Исидор (Минаев) (Россия). «Пути Господни неисповедимы». Стереотипы о Церкви. "Разрушение стереотипов, которые складываются у светских людей о Церкви" (Начало), (продолжение)
Павел Густерин (Россия). Политика Ивана III на Востоке
Алексей Гудков (Россия). Книжных дел мастера XX века
Павел Густерин (Россия). Присутствие РПЦ в арабских странах
Айдын Гударзи-Наджафов (Узбекистан). За бедного князя замолвите слово. (О Великом князе Николае Константиновиче Романове)
   Новая рубрика! 
Электронный журнал "Россия в красках"
Вышел осенний номер № 48 журнала "Россия в красках"
Архив номеров 
Проекты ПНПО "Россия в красках":
Публикация из архивов:
Раритетный сборник стихов из архивов "России в красках". С. Пономарев. Из Палестинских впечатлений 1873-74 гг. 
Славьте Христа добрыми делами!

Рекомендуем:
Иерусалимское отделение Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО)
Россия и Христианский Восток: история, наука, культура



Почтовый ящик интернет-портала "Россия в красках"
Наш сайт о паломничестве на Святую Землю
Православный поклонник на Святой Земле. Святая Земля и паломничество: история и современность
Разговоры и настроения
 
Если взглянуть на палестинские дела объективно, то приходится сознаться, что самое трудное положение у англичан! С одной стороны, их связывают обстоятельства  декларации Бальфура, с другой стороны - обещания арабам в период лоуренсовской   эпопеи. Положение усложняется  еще тем, что Англия, как колониальная империя, должна считаться с настроением своих мусульманских подданных, которых у нее многие миллионы. В результате Англией недовольны ни та, ни другая сторона. Ответственные руководители сионистской политики понимают затруднения  англичан и, вероятно, не склонны променять Англию на какую-нибудь другую державу, но общественное мнение еврейской Палестины негодует. Впрочем, как может человек улицы хладнокровно и критически относиться к событиям, читая в газете об очередном убийстве колониста или о бомбе, брошенной арабами в еврейскую школу?
 
Как во всяком социальном организме, еврейское население Палестины разделено на   политические партии, организованные по самым различным принципам cиoнистской политики. Нет надобности говорить о них подробно. Достаточно   сказать, что главными из них являются „рабочая партия" и партия „ревизионистов". Первая прекрасно организована, пользуется в стране огромным влиянием и имеет своих представителей в муниципалитетах и во всех органах сионистской жизни. Что касается „ревизионистов", то    создается такое впечатление, что влияние их сильнее в странах рассеяния, чем в   Палестине. Но во всяком случае, один из вождей „ревизионизма", Владимир Жаботинский[1], является кумиром и палестинской воинственно настроенной молодежи,  той молодежи, которая хранит культ национального героя Трумпельдора[2] и готова своими руками защитить достижения сионизма.
 
Не стоит говорить о политических партиях сионистической Палестины хотя бы и потому, что принадлежность к какой-нибудь из них еще не определяет настроения палестинца. Правда, „траваисты" более умерены в своих требованиях и еще не потеряли надежду разрешить арабско-еврейский конфликт мирным путем, а „ревизионисты" считают, что только еврейская армия можетъ сохранить еврейские достижения в стране. Первые, вышедшие из недр „Паолей Циона", социалисты, вторые — партия буржуазная, даже с фашистским душком, но дело не в этом. Дело в том, что cиoнисты в Палестине разделяются на крайних и на yмеренных, независимо от принадлежности к той или иной партии. Более крайних воззрений придерживается обычно молодежь. Она отлично умеет обращаться с оружием, и это не составляет ни для кого секрета. Но приходится встретить и в Палестине молодых людей, которые не могут слышать имени Жаботинского. Во всяком случае, еврейская политика вертится вокруг двух этих настроений. Какое течение возьмет вверх, покажет будущее. Все будет зависить от целого ряда обстоятельств.
 
Когда вы говорите с ответственным представителем сионистской организации, он вам, конечно, лишнего слова не скажет, зная, что имеет дело с человеком пера. Всякое официальное интервью ничего не содержит, кроме общих мест. Гораздо любопытнее разговаривать со случайными знакомыми, в поезде, в кафэ, за стаканом чая в тель-авивской квартире, в бакалейной лавченке.
 
Hacтpoeниe тогда было повышенное. Молодежь горячилась. Если не считать отдельных евреев, которые были не прочь спекульнуть, и коммунистов, которые раздавали иногда средь бела дня прокламации с призывом к еврейским трудящимся присоединяться к бастующему арабскому пролетариату (и то, и другое явление совсем не характерны для Палестины), то все сходились в одном общем чувстве боли за еврейское дело. Но не все относились с одинаковым объективным чувством к положению вещей. Раздраженное состояниe многих моих собеседников легко объяснялось террором, принимавшим иногда самые дикие формы. Однако, находились люди, умевшие и в этом пылании страстей сохранять хладнокровие. Мне очень запомнился разговор с одним умным и культурным человеком. Дело происходило в Иерусалиме. Я интересовался арабско-еврейскими отношениями. Привожу разговор почти дословно, переписывая его из записной книжки.
 
—О событиях 18 апреля (когда в Яффе было убито несколько евреев, что и явилось началом «палестинских безпорядков») уже за три дня знали  во всех веселых домах Яффы. А евреи прозевали. Между тем, был случай справиться с террором в самом зачатке. Может быть, надо было пролить кровь? Но что же поделаешь! Вообще без крови нельзя завоевать страну. Помните Моисея? Было то же самое. Иудеи, не хотели воевать. Даже жаловались: нам лучше  жилось в Египте, зачем ты нас вывел на мучения? Сорок лет странствовали по пустыне, пока все поколение не вымерло. Тогда Иисус Навин повел новых людей, не знавших рабства, в землю Ханаанскую. Той же дорогой, какой шел и лорд Алленби, на Иерихон. Так было и теперь, во время  великой войны. Трумпельдор обращался к русскому правительству: дайте мне возможность собрать триста тысяч евреев на Кавказе, и мы двинемся завоевывать Палестину. Но в  еврействе тогда господствовали мирные настроения. К проекту отнеслись, как к необузданной фантазии. А между тем, это не был бред. Сколько англичане уложили людей в Палестине? Восемьдесятъ тысяч. Если   бы евреи уложили столько своих, то у них было бы моральное право на страну. А на Иерусалимском  военном кладбище три тысячи англичан и двадцать шесть евреев. Теперь многие спохватились, но уже поздно. Теперь еврейскую молодежь заставляют проходить военную службу, в иностранных армиях: пригодится. И если будут подходящие обстоятельства...
 
В тот же вечер я говорил с дугим евреем и назвал ему одного сионистского деятеля, который ратует за организацию еврейского легиона.
 
— Фельдмаршал! — презрительно фыркнул молодой человек.
 
А был и такой разговор. Мой собеседник, почтенный профессор, привыкши анализировать происходящее в своей вновь найденной родине грустно говорил:
 
 — Теперешние события совсем не то, что происходило в 1929 году. Тогда был дикий погром, вспышка стихийного чувства ненависти к чужаку. Теперь  евреи встречают уже организованное сопротивление. Наши говорят: „шапками закидаем". Я смотрю более пессимистически. Самоборона? А разве она помогла 18 апреля? Дальнейшее воздержание было уже разумным, тактическим поведением. Англичане увидели, что мы не хотим превратить безпорядки в гражданскую войну в мандатной стране. Кстати, об англичанах. Mнoгиe из наших ругают их. Но надо сказать, что интеллигентный араб ближе и понятнее англичанину, чем еврей. Араб очень быстро перенимает английскую манеру жизни. Конечно, араб для англичанина прежде всего туземец — „native", хотя официально такие   называются в Палестине и евреи. Зато араб, из тех, с которыми имеют дело англичане, знает, как положить после еды вилку и нож. А еврейский интеллигент не обращает внимания на такие пустяки и способен в пылу разговора потушить папиросу в тарелке с остатками соуса. Англичан такие манеры шокируют...
 
Дело, конечно, не только в вилке и ноже, а в том, что англичане связаны известными обещаниями с арабами. И потом, по моему, значительную роль играет колонизационное чувство англичан. Они видят грязь, болезни, трахому, дикие формы жизни в арабской деревушке и сейчас же вступают с ними в борьбу. Может быть, из чувства какой-то жалости. Но здесь так: строят англичане дорогу в арабскую деревню - ворчат еврейские газеты, строится дорога в еврейскую колонию—поднимают шум арабские газеты. И англичане оказываются в перманентной роли Понтия Пилата. А кроме всего прочего, играют большую роль всякие соображения высокой политики.
 
С арабской стороной контакта у меня было меньше. Когда одному националистическому лидеру сказали, что с ним хотел бы побеседовать русский писатель, он ответил:
 
— На днях я говорил американскому журналисту одно, а он напечатал другое!
 
При некоторой настойчивости можно было все-таки устроить с ним свидание, но так как в мою задачу не входила отправка в газету интервью с ним каблограммой, то я не настаивал. Тем не менее, с арабами мне говорить пришлось, и даже с ярко выраженными националистами.
 
Это было в арабской части Иерусалима. На улице, как напоминание о недавнем событии, стоял остов сожженого еврейского автомобиля. В саду за чайным столом мы вели корректный разговор о событиях. Выразителем общего мнения был молодой человек, окончивший университет, ни то в Оксфорде, ни то в Кембридже.
 
Речь зашла о забастовке. Я выразил сомнения в ее выгоде для арабских интересов.
 
- Это ничего, - возразил собеседник, - даже в том случае если мы проиграем, выгода для нас явная: опыт, спайка сознания, чтобы мы при случаем можем опять за себя постоять.
 
Опять я увидел, что стою перед неразрешимой задачей. Примирить то, что говорил этот молодой человек, со стремлениями и задачами сионизма было невозможно. Два мира.
 
Мне рассказывали с гордостью, как арабские девушки шли под английские пули, как мальчишки надевали на головы тарелки (плоские английские шлемы, похожие на тарелки) и дразнили шотландцев, как какой-то не пожалел себя и пошел на верную смерть. А исчерпав все свои аргументы, молодой араб отрезал:
 
- Дело вот в чем. Я живу в своем доме. Дом, может быть грязный, неустроенный. Прихожит чужой человек и говорит: как вы можете жить в таком доме? Позвольте, я его устрою. А я не хочу, чтобы распоряжались в моем домe. Придет время, я сам в нем наведу порядок.
 
Дело было даже не в словах, а в выражении глаз, в страстности, с которой собеседник говорил об арабско-еврейской тяжбе. Тут примирения быть не могло. Много таких? Думаю, что много, во всяком случае, утверждение, что ведут борьбу только вожди, муллы и эффенди, которые боятся потерять влияние на темные арабские массы, не лишено некоторого оппортунизма. Массы темны, но их уже иачинают забирать в свои руки не муллы, а вот такие интеллигенты, вроде моего собеседника. Такой враг, пожалуй, опаснее муллы. Вот почему еще трудно что-либо сказатъ об окончательной победе сионистского опыта в Палестине.
 
Полная или частичная перепечатка и цитирование только по согласованию с редакцией сайта "Россия в красках" в Иерусалиме
 
 
« Содержание                                                                  
 
 
Примечания

[1] Влади́мир Евге́ньевич Жаботи́нский (ивр. זאב ז'בוטינסקי‎ — Зеев Жаботинский; 1880, Одесса — 1940, Нью-Йорк) — лидер правого сионизма, основатель и идеолог движения сионистов-ревизионистов, создатель Еврейского легиона (совместно с И. Трумпельдором) и организаций Эцель и Бейтар, pусский и еврейский писатель, поэт, публицист, журналист, переводчик. Писал на русском языке (художественная проза, фельетоны, стихи, стихотворные переводы) и на иврите (публицистика). По материалам википедии.
 
[2] Иосиф Зеевич (Владимирович) Трумпельдор (1880, Пятигорск, Российская империя — 1 марта 1920, Тель-Хай, Галилея, Палестина, ивр. יוסף טרומפלדור‎) — еврейский политический и общественный деятель, российский военный, один из наиболее известных активистов раннего сионистского движения. Организатор отрядов еврейской самообороны в поселениях еврейских репатриантов Палестины. По материалам википедии.
 

[версия для печати]
 
  © 2004 – 2015 Educational Orthodox Society «Russia in colors» in Jerusalem
Копирование материалов сайта разрешено только для некоммерческого использования с указанием активной ссылки на конкретную страницу. В остальных случаях необходимо письменное разрешение редакции: ricolor1@gmail.com