Судьба нашей России, нашей кровной Отчизны не может не волновать русского человека. И особенно задумываешься над критическими поворотами в истории Рос­сии. Возьмем наш век. Здесь все как-бы на глазах. Август 1914 года. В день объ­явления Германией нам войны, русские люди собираются у Зимнего Дворца и, преклонив колени, поют гимн «Боже ца­ря храни». А спустя всего четыре года, в центре России, в Екатеринбурге, по при­казу тогдашних кремлевских правителей России — помазанника Божия, самого смиренного из династии Романовых, — Николая II, его детей, жену и слуг без су­да и следствия расстреливают в подваль­ной комнате Ипатьевского особняка. Кар­тина жуткая... Палачи добивают свои жертвы, закалывая их штыками. Правда, сре­ди расстрельщиков, преобладают в основ­ном не русские. (Здесь среди палачей, есть пленные австрийцы, чехи, евреи и русские). Но эта беспощадная расправа, невозможная даже в средневековье, свер­шается, и народ молчит... В сущности, не молчит, в стране идет гражданская вой­на... И все же народ проявляет известную пассивность. Ведь большевиков было не­много, всего около трехсот тысяч к тому времени и — полуторастамиллионная Россия. Как понять? Как объяснить?

 

Как объяснить, что отречение царя, к нему, в Псков, поехали принимать монар­хисты Шульгин и Пуришкевич?! Как по­нять, что искренним и преданным сторонникам монархии пришла в голову бредо­вая идея, — на третьем году войны про­сить отречения у императора, который был к тому же и верховным главнокоман­дующим русской армии?! И больше того: запрошенные на этот счет телеграфом все командующие фронтами, в том числе и начальник генерального штаба армии Алексеев — согласны на отречение... Оказывается, что все недовольны своим Вер­ховным. С чего? Идет позиционная война с перевесами то в ту то в другую сторону; во всяком случае, ничего близкого к той катастрофе, которая произошла четверть века спустя, в Отечественную 1941—1945 годов — нет. Более того: уже подвезены снаряды, вообще боеприпасы, налажено снабжение фронта и тыла и вот, тебе всеобщий дур­ман: «Ваше величество отрекайтесь!» И отрекся в пользу брата, Михаила. А Миха­ила-то и не спросили, — примет ли он на себя тяжкое бремя самодержавной власти. Он — не принял, отказался под явным давлением... Все было разыграно как по нотам, создается шаткое временное пра­вительство и, таким образом достигается та цель, которой так желали немцы, наши противники, именно перед решительным сражением, которое должно решить судь­бу войны, русская армия начинает разва­ливаться. И совершившее октябрьский переворот правительство большевиков во главе с Лениным заключает позорный и трагический для России Брестский мир. Обычно, в произошедшей в России катастрофе винят бывшую царицу, и Распу­тина. Это так, и, конечно, лучше бы было, если б на месте Александры Федоровны была женщина с умом Екатерины Вели­кой... Тем не менее, при царе армия де­ржала фронт и была дисциплина и нигде, в том числе и Петербурге не было и на­мека на голод! Ну, были небольшие и так понятные в войну очереди у булочных и не из-за недостатка хлеба, а из-за трудно­стей подвоза продовольствия ввиду силь­ных морозов. Вот в Германии да, был го­лод, и карточки, и Кайзер даже демонст­ративно получал солдатский паек. Что принесла революция России? Поражение и голод.

 

В гражданской войне, народ, восстав против власти кровавой большевиков, — не проявил, однако, упорства; кроме того, огромные массы народа сбила с толка большевистская демагогия... Но не сбила б, — будь у народа твердая Вера в Христа Спасителя и в святое Евангелие и в свя­тую Русь. Из всех слоев народа сильней всего вера держалась в крестьянстве и Так перевелись богатыри на Святой Руси».

 

Значит не погибли вовсе, а может ока­менели на время? И придет час заиграет вновь кровь в жилах могучего Ильи, и вскачет на коня своего Добрыня Никитич, и возьмется за меч Алеша Попович?! Рос­сия ждет своих богатырей, что помогут ей в трудных борениях со смутой и инозем­щиной.

 

Не пропадет народ. Невидимыми путя­ми Бог ведет тебя, Многострадальная Россия!..

 

26 августа 1994 г.