Россия в красках
 Россия   Святая Земля   Европа   Русское Зарубежье   История России   Архивы   Журнал   О нас 
  Новости  |  Ссылки  |  Гостевая книга  |  Карта сайта  |     

 
Рекомендуем
Новости сайта:
Дата в истории
Новые материалы
 
Кирилл Александров (Россия). Почему белые не спасли царскую семью
 
 
 
Протоиерей Андрей Кордочкин (Испания). Увековечить память русских моряков на испанской Менорке
Павел Густерин (Россия). Дело генерала Слащева
Юрий Кищук (Россия). Дар радости
Ирина Ахундова (Россия). Креститель Руси
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Мы подходим к мощам со страхом шаманиста
Борис Колымагин (Россия). Тепло церковного зарубежья
Нина Кривошеина (Франция). Четыре трети нашей жизни. Воспоминания
Павел Густерин (Россия). О поручике Ржевском замолвите слово
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия).  От Петербургской империи — к Московскому каганату"
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Приплетать волю Божию к убийству человека – кощунство! 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). "Не ищите в кино правды о святых" 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). «Мы упустили созидание нашей Церкви»
Алла Новикова-Строганова. (Россия).  Отцовский завет Ф.М. Достоевского. (В год 195-летия великого русского православного писателя)
Ксения Кривошеина (Франция).  Шум ленинградского прошлого 
Алла Новикова-Строганова (Россия). Насквозь русский. (К 185-летию Н. С. Лескова)
Юрий Кищук (Россия). Сверхзвуковая скорость
Алла Новикова-Строганова (Россия). «У любви есть слова». (В год 195-летия А.А. Фета)
Екатерина Матвеева (Россия). Наше историческое наследие
Игорь Лукаш (Болгария). Память о святом Федоре Ушакове в Варне

Павел Густерин (Россия). Советский разведчик Карим Хакимов
Олег Озеров (Россия). Гибель «Красного паши»
Павел Густерин (Россия). О заселении сербами Новороссии
Юрий Кищук (Россия). Невидимые люди
Павел Густерин (Россия). Политика Ивана III на Востоке
   Новая рубрика! 
Электронный журнал "Россия в красках"
Вышел весенний номер № 54 журнала "Россия в красках"
Архив номеров 
Проекты ПНПО "Россия в красках":
Публикация из архивов:
Раритетный сборник стихов из архивов "России в красках". С. Пономарев. Из Палестинских впечатлений 1873-74 гг. 
Славьте Христа добрыми делами!

Рекомендуем:
Иерусалимское отделение Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО)
Россия и Христианский Восток: история, наука, культура





Почтовый ящик интернет-портала "Россия в красках"
Наш сайт о паломничестве на Святую Землю
Православный поклонник на Святой Земле. Святая Земля и паломничество: история и современность
Мишка-вертолетчик
 
 
Батюшка звал меня «Мишка-вертолетчик».
 
Впервые я увидел батюшку нашего при таких обстоятельствах. С другом ехали после сдачи очень трудного зачета из Академии имени Можайского, доехали до Иоанновского монастыря и дальше решили немножко пройтись. Начался ливень. Ближайшее место, где можно укрыться, — это Иоанновский монастырь.
 
Заскакиваем — сидит монахиня: «Заходите, ребята, заходите».
 
— «Матушка, мы случайно». Она говорит: «Сынки мои, к батюшке Иоанну случайно никто не заходит». Постояли мы, а потом попросили отца Иоанна Кронштадтского нам помочь. Тут все кричать начали: «Батюшка Василий Ермаков!» — и побежали наверх. Мы тоже пошли. По коридору идет бодрый такой священник, люди берут у него благословение. «Давайте вы!» — «А как, чего?» Он остановился, рукой махнул. А перед этим: «Давайте, ребята, подходите». Он товарищу моему ничего не сказал, а на меня пальцем показал и говорит: «Ты ко мне придешь».
 
Это был 91-й год. В 95-м году к нам с космодрома приехал майор, помню, что Юркой звали. Разговорились. Потом смотрим, у него лицо такое белое: «Ты что?» Он говорит: «Пощусь». — «Чего?»
 
— «Ребята, уезжал с Плесецка, была проверка медицинская, у жены обнаружили онкологическое заболевание. Пощусь и пойду к отцу Василию на Серафимовское кладбище». — «А кто такой отец Василий?» — «Ребята, вы сколько здесь? Вы что, с ума сошли?» Тут я вспоминаю, что видел этого батюшку. Юрка говорит: «Я завтра пойду, пойдешь со мной». Но из-за учебы не удалось пойти с ним. На следующий вечер опять его встретил. Он — веселый. «Чего?» — «Батюшка сказал, что ошибка».
 
Тут же Юрка позвонил, узнал, что у жены все в порядке, и сказал нам: «Давайте, ребята, идите к отцу Василию».
 
В тот год мне так и не удалось попасть к батюшке, но попал я к нему в 96-м году.
 
Был у меня знакомый — капитан Евгений, он предупредил: «Ты если пойдешь к батюшке, надевай форму, сзади стой. Народу будет очень много. Ты просто стань сзади, голову опусти и скажи: “Батюшка, нужно поговорить”. А дальше как будет, так и будет».
 
Я прихожу: собралось человек двести, наверное. И я стою: «Батюшка, поговорить надо».
 
Буквально через несколько секунд: «Мишка, иди сюда». «Какой Мишка?» — «Расступитесь. Тебя зовут». — «Ну что, — говорит, пришел?» Я отвечаю: «Пришел». И первое, что он мне показал, — шеврон ВВС России. «А ты знаешь, откуда это?» Я говорю: «Знаю». Он мне по лбу как дал! И говорит: «Ничего не понимает, но все знает. Походи ко мне, и ты узнаешь, как и чего, откуда именно этот шеврон». Я говорю: «Батюшка, откуда?» — «Скажу, не поверишь». — «Откуда?»
 
— «Из Власовской армии. Походи, походи, время у тебя есть». Потом я с женой сюда пришел, с детьми, затем уехал к себе в Сольцы, по благословению батюшки стал алтарником. Но ездили к нему и оттуда. Эпизод такой расскажу. На 9 мая приехали, а Юрка, майор экипажа, отравился салом. Он сало терпеть не мог.
 
Стоим с ним, толкают все. Нас предупредили, чтобы мы на это внимания не обращали. Батя выходит: «Стоите?» — «Стоим, стоим». — «Смотрите». Потом в сон клонить начало. Батя зашел, на нас смотрит — с нас как будто что-то упало, проснулись — все нормально.
 
«Ребят покормить. Этому воину и этому вот такой кусок сала, вот такой кусок ржаного хлеба!» Нас завели в трапезную.
 
Юрка отказывается, а я говорю: «Тебя ж благословили. Как благословение отца не выполнять?» Он глаза закрыл, откусил, на меня:
 
«Мишка, что это?» — «Это батино сало». И вот мы это сало съели с хлебом, такие довольные были!
 
Почему именно мы, военные, батю батей зовем? Я говорю гражданским: «Ребята, для вас он батюшка, а для нас, военных, он — батя». Вот у меня три бати.
 
Это мой отец, который три войны прошел, он на «папа» не откликался. Так как на срочной я был в ДШБ в бригаде, второй у меня батя — это Маргелов Василий Филиппович. Я знаю: за ним, как за Александром Невским, за Суворовым, за Кутузовым шли воины-десантники. А третий у меня батя — отец Василий.
 
Иногда мы сюда приезжали, и нам негде было остановиться.
 
Пару раз мы у батюшки в домике останавливались, потом здесь у ребят в сторожке, но если бы один, а когда орава такая... С нами не только взрослые, но и дети были, а иногда и сорок градусов мороза, и никакой простуды ни у кого не было. Батюшка приезжал утром рано. Все приводили себя в порядок и бегом бежали здороваться с ним. Заходили в храм, он говорил: «Так, на батареи сели, отогревайтесь».
 
Было такое дело. А однажды, когда мы приехали, восемь человек, батя говорит: «Ну вот, прибыли мои или крестники, или крестные». Мы все: «Да какие мы крестные?»
 
— «Да, ваш полк меня, тяжелый бомбардировочный, четыре раза бомбил». Первый раз бомбили около Болхова, когда они, местные жители, убирали мертвых наших, которых немцы на поле раскатали танками. Второй раз — когда батюшку вели немцы, все побежали, а он с сестрой остался и со священником. Говорит, прямо над головами ходили бомбардировщики. Третий раз бомбили, когда их везли в Эстонию.
 
А четвертый — говорит: «Я иду к отцу Михаилу из концлагеря, у меня Святые Дары, которые мне передали, чтоб я отнес, а ваши бомбили там и бухту, и все. Кирпичи летят, осколки. Высота метров четырнадцать, самолеты ваши ходят надо мной, бомбы сыплются — в меня хоть бы осколок попал! Я иду, молюсь. Дальше я не знаю, что в бухте, но хорошо помню, что в самом городе двести человек, именно гражданских, ваши на тот свет отправили».
 
Батя очень расстраивался, что русские люди не ходят в храм. Одна женщина к нему подходит, а мы с ребятами рядом стоим. Он: «Мать. Мать! Крест-то у тебя есть?» — «А зачем мне крест?» — «Ну как же зачем? Ты ж без защиты находишься! В Бога-то веруешь?» — «А зачем?»
 
— «Ну как зачем?» — «Ну, у меня Бог внутри, в душе». Он говорит: «Подожди, мать, давай я тебе расскажу, как Он в душе. Вот ты в школу ходила?» — «А как же, ходила». — «А чего ты в школу ходила? Сидела бы дома, на диване лежала бы, в потолок плевала, а в душе бы в школе училась. Через десять лет пришла, в душе аттестат бы получила. Работала где-нибудь?» — «А как же!» — «А до этого училась где-нибудь?» — «А как же, в университете училась».
 
— «Ну, ты бы тоже в университете в душе училась, а диплом бы получила». Та смотрит на батю.
 
«Ну а работала?» — «Работала, нормальная работа». — «Ну а чего ж ты на себя работала, а так бы, говорит, в день получки приходила бы к кассе и в душе получала бы». Та рот открыла, смотрит. — «Иди, мать».
 
Про батю можно рассказывать, конечно, до самого утра. В тот день, когда батюшки не стало, ему в Покровском храме Новгорода подрясник благословили.
 
Я приехал специально на могилу к батюшке на Пасху и этот подрясник положил.
 
Любимая песня у батюшки была «Любо, братцы, любо…»
 
Когда его хоронили, холод был, снег хлопьями валил. Батюшку из храма выносили, я тоже плечо под гроб подставил. Потом казак один — я запомнил, что его Николаем звали, — папаху мне дал и рукавицы. И пока батюшку несли, он говорил мне: «Так как батина любимая песня “Любо,братцы, любо…”, давай батю будем хоронить, как атамана». Он вытаскивает два кинжала серебряных — один мне дает, а один себе, и мы по чину казачьего атамана скрестили клинки, пока батюшку не похоронили. Вот такой эпизод.
 
Прокопов Михаил Федорович,
ветеран вооруженных сил, майор запаса

[версия для печати]
 
  © 2004 – 2015 Educational Orthodox Society «Russia in colors» in Jerusalem
Копирование материалов сайта разрешено только для некоммерческого использования с указанием активной ссылки на конкретную страницу. В остальных случаях необходимо письменное разрешение редакции: ricolor1@gmail.com