Россия в красках
 Россия   Святая Земля   Европа   Русское Зарубежье   История России   Архивы   Журнал   О нас 
  Новости  |  Ссылки  |  Гостевая книга  |  Карта сайта  |     

 
Рекомендуем
Новости сайта:
Дата в истории
Новые материалы
 
Павел Густерин (Россия). Россиянка в Ширазе: 190 лет спустя…
 
 
 
 
 
 
Кирилл Александров (Россия). Почему белые не спасли царскую семью
 
 
 
Протоиерей Андрей Кордочкин (Испания). Увековечить память русских моряков на испанской Менорке
Павел Густерин (Россия). Дело генерала Слащева
Юрий Кищук (Россия). Дар радости
Ирина Ахундова (Россия). Креститель Руси
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Мы подходим к мощам со страхом шаманиста
Борис Колымагин (Россия). Тепло церковного зарубежья
Нина Кривошеина (Франция). Четыре трети нашей жизни. Воспоминания
Павел Густерин (Россия). О поручике Ржевском замолвите слово
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия).  От Петербургской империи — к Московскому каганату"
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). Приплетать волю Божию к убийству человека – кощунство! 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). "Не ищите в кино правды о святых" 
Протоиерей Георгий Митрофанов (Россия). «Мы упустили созидание нашей Церкви»
Алла Новикова-Строганова. (Россия).  Отцовский завет Ф.М. Достоевского. (В год 195-летия великого русского православного писателя)
Ксения Кривошеина (Франция).  Шум ленинградского прошлого 
Алла Новикова-Строганова (Россия). Насквозь русский. (К 185-летию Н. С. Лескова)
Юрий Кищук (Россия). Сверхзвуковая скорость
Алла Новикова-Строганова (Россия). «У любви есть слова». (В год 195-летия А.А. Фета)
Екатерина Матвеева (Россия). Наше историческое наследие
Игорь Лукаш (Болгария). Память о святом Федоре Ушакове в Варне

Павел Густерин (Россия). Советский разведчик Карим Хакимов
Олег Озеров (Россия). Гибель «Красного паши»
Павел Густерин (Россия). О заселении сербами Новороссии
Юрий Кищук (Россия). Невидимые люди
Павел Густерин (Россия). Политика Ивана III на Востоке
   Новая рубрика! 
Электронный журнал "Россия в красках"
Вышел летний номер № 55 журнала "Россия в красках"
Архив номеров 
Проекты ПНПО "Россия в красках":
Публикация из архивов:
Раритетный сборник стихов из архивов "России в красках". С. Пономарев. Из Палестинских впечатлений 1873-74 гг. 
Славьте Христа добрыми делами!

Рекомендуем:
Иерусалимское отделение Императорского Православного Палестинского Общества (ИППО)
Россия и Христианский Восток: история, наука, культура





Почтовый ящик интернет-портала "Россия в красках"
Наш сайт о паломничестве на Святую Землю
Православный поклонник на Святой Земле. Святая Земля и паломничество: история и современность

Я твой Батюшка

 

Юлия Ломакина, землячка отца Василия

Я никогда не забуду приезды отца Василия в Болхов. Я тогда работала в Спасо-Преображенском соборе. Он приходил в собор, садился с нами на лавочку. И всегда говорил о храме, рассказывал о своей жизни, о войне, и я для себя какие-то выводы делала тоже. Первый раз я лично поговорила с ним, когда у меня были большие сложности в жизни, тогда я только пришла в храм. У меня дома была очень тяжелая ситуация. Пришлось выбирать между храмом и семьей. Отец Александр наш мне говорит: « Юля, ну ты сходи. Вот Батюшка Василий приедет из Питера». Я же вообще Батюшку не знала, даже не слышала о нем никогда. Так получилось, что я к нему не пошла, а он сам пришел в собор, сел на лавку, я рядом. Только я рот начала открывать, что-то такое ему говорить, конечно, это был просто крик души, больше даже не вслух, а про себя, он начал сам рассказывать мне все, но не о моих события жизни. Он говорил о том, что внутри у меня происходило, утешал, говорил, чтобы я себя не осуждала. Чтобы я не падала духом. Уныние он терпеть не мог вообще. И все время меня оправдывал. Почувствовала я тогда очень родное что-то в нем. Словами не описать. Конечно, он необыкновенный, мы были дороги ему, такие, какие есть. И поэтому Батюшка всегда нас жалел.

Помню один момент, когда приехал он в Болхов. Мне тогда было тяжело, я жила от его приезда до его приезда. Просто какой-то глоток воздуха – и дальше опять до приезда. И он приезжает – выдох такой, и опять вдох, что он приехал, и он тебе что-то сказал. Я радовалась очень, но мне было так тяжело, я хотела что-то изменить в жизни, чтобы полегче стало. Тогда он сказал мне: «Ты здесь будешь, потому что это твой храм, а я твой Батюшка». Я даже никогда не думала, что я могу быть его чадом, вообще мечтать об этом не могла, потому что сколько у него чад, все же в Питере, а тут Болхов. Как это вообще может быть, это так далеко! В моем понимании было, что чадо – если кто-то рядом, на глазах. А если это на расстоянии, то как это? И вообще, как можно чувствовать, что происходит с человеком за сотни километров? Это был единственный раз, когда он мне это сказал, и я отчетливо поняла, что действительно он меня опекает, что он за меня так сильно молится, что я его молитвами иду, потому что идти-то сил у меня своих, в общем-то, нет никаких.  

Однажды я ему позвонила из Болхова. Это был единственный раз вообще. Ну как нам всегда хочется: чтобы нас выслушали, мы должны высказаться. А он мне говорит так конкретно по телефону: «Юлька, это ты?» Я говорю: «Батюшка, я». – «Ты чего?» Я говорю: «Батюшка, я вот хотела сказать…» Он так послушал немного и говорит: «Давай коротко и ясно». Какой тебе коротко? А ясно вообще никак. Ничего не ясно. И я молчу. Он говорит: «Ты что молчишь?» Мне казалось, что это длится долго. Вообще, это секунды, я понимаю, что он все время на линии был. Он мне говорит: «Я все понял. Ты думаешь, что ты уже все сделала, что ты поработала, Богу достаточно с тебя. Нет, от Бога отдыхать не будешь». И положил трубочку. Все. Все разговоры мои с ним совершенно маленькие и короткие. Но они меняли всю мою жизнь. Я только помню радость, Батюшка приехал – это огромная радость.

Когда он приехал последний раз к нам в Болхов, был момент – с ним никого не было рядом. Это было удивительно. Он зашел в собор, и я так обрадовалась. А он мне говорит: «Пойдем к отцу Георгию» (к мощам), взял меня под руку, и мы с ним пошли. Я помню, он на коленки встал перед ракой, голову положил на раку и так минуты, наверное, три сосредоточенно молился. Я чувствовала, что он разговаривает с отцом Георгием. И потом он встал: «Ну, пойдем».  И мы с ним уже от раки шли, он меня спрашивал, как мои семейные дела.

Батюшка никогда ничего не говорил насчет того, что будет у меня, говорил только, что я должна быть на этом поприще в храме, до последнего вздоха. Еще все время говорил про мою дочь Аню. Тогда мы жили раздельно и не могли с ней часто встречаться. Я когда приезжала, он говорил: «Возьми шоколадку, доченьке отдашь. У тебя доченька есть?» Я говорю: «Есть». Я говорю ему: «Батюшка, я же ее увижу не знаю когда». Он: «Ну увидишь – отдашь».

Матушку Мариам из Николо-Одриного монастыря отец Василий любил, и она его тоже, слушалась всегда. И когда я приехала однажды в монастырь, заходим в ее келью, а там огромный портрет - Матушка Мариам и Батюшка рядом с ней, с ее посохом стоит. Она сказала мне: «Ты канон читай Державной иконе Божией Матери, и она все устроит». Сейчас я живу в Санкт-Петербурге с дочкой Анечкой. Она поступила в Медицинский педиатрический институт. Работаю я в храме Державной Иконы Божией Матери.  А потому что кто была матушка Мариам? Отец Василий рядом с ней. И так все время происходит. И куда бы я ни приезжала – отец Василий всюду. Батюшка всегда ведет. Когда я была уже здесь, в Питере, пошла устраиваться на работу санитаркой, собеседование проводил доктор. Я прихожу к нему, начинаю с ним разговаривать. Он говорит: «А я люблю ездить на Орловщину, у меня друг с тех мест. Он там знает много кого в Орле и в Болхове, такой город есть». Я говорю: «Так Болхов – это я там живу, там собор, где я работала». Он говорит: «Да, я там был. Там такой еще Батюшка есть». – «Отец Василий». Он отвечает: «Да, отец Василий. Он же в Питере, здесь живет». Я все время понимаю, что отец Василий рядом. Он просто ведет меня, как мне в Орле сказали: «Ой, да что ты волнуешься-то? Батюшка Василий всех своих пристроил и тебя пристроит».

Я работаю в церковном магазине в храме и, конечно, когда люди приходят в книжную лавку, особенно те, которые знают Батюшку, которые когда-то его видели, мы говорим о Батюшке, всегда очень радостно о нем слушать,  как будто человек пришел как посланник от отца Василия, как будто Батюшка с нами всегда рядышком, просто идет, идет, идет. Один сказал, через некоторое время другой что-то рассказал, потом третий добавил. Всегда память живая. Она никогда не иссякает.

Люди приходят, покупают книжки его. И вот приехала как-то женщина, она купила просто кипу его книг, всяких разных: «Хочу подарить батюшке». Я все удивляюсь, думаю, сколько времени их продают, неужели еще не накупили. Нет, оказывается. А почему? А потому что к Батюшке сейчас много людей приходит на могилку, обращаются к нему с просьбами. Батюшка же помогает. Вот, например, у меня знакомая девочка в Орле вышла замуж, у нее не было деток – замирание и все, до определенного времени. А она такая девочка хорошая, с чистой душой, Оленька. Я говорю: «Оля, ты приедь, мы поедем к Батюшке на могилу. Батюшка всегда помогал. Ты молись ему. Ты проси. Как понимаешь, как можешь ты, потому что он же слышит. Он ходатай. Молись». Я ей фотографию Батюшкину дала, календарик. Она сейчас родила мальчика. Как они его назвали? Василий. Вот почему люди книги берут и почему они их дарят. Потому что Батюшка же помогает, ходатайствует перед Богом. Люди от него помощи ищут и получают по его молитвам. Я все время вспоминаю, как отец Василий приезжал с чадами к нам в Болхов. У нас же народу никого в храме нет, очень мало кто ходит. И было очень радостно, что Батюшка приезжал с питерцами, большой толпой.  Все такие радостные, мы понимали, конечно, эта радость идет от чад, от того, что отец всех их сплотил, и они взаимно уже это передавали. Радость просто жила между ними. Это реальность, которая существовала. И нам очень сильно передавалось это состояние радости. Когда они приезжали, для меня это всегда было счастьем, ветерочек такой радостный и такое веяние, и такой сразу силы, воздух даже пропитывался какой-то такой необычностью.

Батюшка хотел всегда видеть радость. В своей жизни я стараюсь настраивать себя на это. Когда унываю, говорю себе: «Батюшка бы сейчас тебе все сказал, что он думает». Помню, однажды он приехал. Решила - пойду, буду ему жаловаться на всех и на вся, такие сопли распущу, слезы... Пришла к нему в дом. Он сидит в беседочке. У него как всегда народ, но в общем-то немного. Я села, сижу, мне же надо сказать, я же такая обиженная пришла. А Батюшка так смотрит на меня, как будто не видит. Я сижу. Один пошел, ушел, другой пошел, ушел, третий пошел, ушел, а меня вообще нет, я вообще не существую. Я думаю: «Что такое?» А потом подошел какой-то мужчина ко мне, у Батюшки во дворе был еще прудик, уточки плавали, и что-то этот мужчина начал мне рассказывать про этих уточек, про пруд, что это Батюшке нравится. В общем, просто как-то ни о чем. Я чувствую, у меня настроение меняется, какая-то радость появляется. И мы начали смеяться с ним, с этим мужчиной. Батюшка на меня смотрит и говорит: «Ну, иди сюда». Я потом поняла уже, что такое. Слюни и сопли ему вообще не надо. Он не хочет так.  Он хочет, чтобы радость. «Ну, давай, иди сюда» – а я уже ничего не помню, мне ничего не надо вообще. «Все хорошо?» – «Да, Батюшка, все хорошо». На самом деле так и было.

И сейчас Батюшка  всегда рядом. Я прихожу на службу, так и Батюшка там. И у нас в храме везде Батюшка. У настоятеля отца Сергия – Батюшка, в лавочке у девочек календари с Батюшкой, в бухгалтерии Батюшка Василий. В храме у свечного ящика слова его. У меня – так вообще говорить нечего. Я когда даже в Орле из храма в храм переходила, перешла в Никольский храм, там отца Василия были фотографии.  Отца Василия была даже роспись в стене в Богоявленском собор. То есть куда бы я ни приезжала, я понимала, что я иду – и отец со мной, меня сопровождает. Сейчас у нас в храме Державной иконы Божией Матери тоже Батюшка есть в росписи. Он там такой подтянутый, молоденькое лицо. Он же святой угодник.  И это очень одухотворяет, Батюшка тут, рядышком.  Анечке я всегда говорю про Батюшку. Она на кладбище к нему ездит. И Дима, сын мой, приезжал. Он же военный. Когда он в военное училище поступал, у меня тоже был вопрос. Думаю, надо ли ему вообще это или нет. А потом я вспомнила Батюшкины слова, что из мужских профессий две главные: военный и священник, и как-то немножко успокоилась. Сын поступил и доволен.

Я Богу необыкновенно благодарна за то, что он дал мне такого человека на моем жизненном пути – важного, великого, большого, дорогого, любимого, близкого. Не знаю, как еще его назвать. Но очень надеюсь, что я буду с ним. Надеюсь. Не рядом, но так, хоть с краюшку, где-то недалеко от него. Но только с ним, конечно, потому что такой уж он любимый, дорогой. Слава Богу!




[версия для печати]
 
  © 2004 – 2015 Educational Orthodox Society «Russia in colors» in Jerusalem
Копирование материалов сайта разрешено только для некоммерческого использования с указанием активной ссылки на конкретную страницу. В остальных случаях необходимо письменное разрешение редакции: ricolor1@gmail.com